Отец моего (вы)бывшего (СИ)

Прошлепав прямо в пижаме в прихожую, я взглянула в глазок и увидела, что там толпилась куча людей, причем у некоторых я заметила камеры. У всех этих незнакомцев был такой перевозбужденный вид, что мне даже страшно стало.
У нас что, в подъезде знаменитость какая-то поселилась? Чего они тогда под моей дверью делают?
Осторожно приоткрыв дверь, я высунула голову, чтобы поинтересоваться, в чем тут дело, но и слова не успела вымолвить, как на меня обрушился град вопросов!
– Вера, вы встречаетесь с Михаилом Вороновым?
– Как давно вы знакомы? А как давно спите?
– Каков он в постели и пользуется ли он вспомогательными таблетками?
– Почему такая молодая девушка решилась на отношения с взрослым мужчиной? Все дело в его деньгах, да?..
…И все это сыпалось на меня со всех сторон и одновременно!
До меня не сразу дошло, что эти люди – репортеры – и пришли они по мою душу, потому что нас, скорее всего, кто-то видел вчера, а так как Михаил, кажется, известный в широких кругах человек, эти шакалы из желтой прессы решили наведаться ко мне и нарывать крутой репортаж. А вот шиш вам!
С трудом захлопнув перед их носами дверь, я заперлась на все замки и даже спиной к ней припала, чтобы уж наверняка не прорвались.
Эти люди снова стали терзать звонок, стучаться и просить меня выйти к ним, но у меня даже в мыслях такого не было. Они же разорвут меня на части и напишут такую околесицу, что мало не покажется!.. Скорее всего, они и так что-нибудь напишут, придумают, им не впервой. И мне было бы абсолютно все равно, но что обо мне станут говорить на работе? Да и родители, если узнают, станут закидывать ненужными вопросами.
Блин! Как же это все не вовремя! И как вообще эти журналюги узнали, где я живу? Как вообще попали в подъезд?
– Откройте, Вера! – стучался в дверь какой-то парень. – Слышите?
Да когда же они уйдут? Не будут же они вечность здесь торчать?
– Уходите! – крикнула я. – Или я вызову полицию!
Конечно, мои слова их не напугали, и мне действительно пришлось звонить в полицию, но там мне сообщили, что свободных машин у них нет, и ко мне, к сожалению, пока не смогут приехать.
Да что ж за утро у меня сегодня такое?
Походив по комнате из угла в угол, я все же вынуждена была позвонить Воронову, потому что дошло до того, что эти сумасшедшие стали ковыряться в замочной скважине чем-то металлическим! Это что еще такое? Для этих шакалов совершенно не известны термины «неприкосновенность частной жизни» и «неприкосновенность жилища»?
Некоторое время мужчина не отвечал на звонок, я уже думала, что и не ответит, но буквально на последнем гудке, он взял трубку.
– Слушаю, – отозвался он недовольно. – Говорите.
Я растерянно похлопала ресницами.
– Михаил… Это Вера, – пролепетала, прислушиваясь к шуму в прихожей.
– А, Вера! – тон мужчины стал мягче. – Не записал твой номер, извини. Что-то случилось?
Я присела на край кровати и прикрыла на мгновение глаза.
– Да, под моей дверью журналисты. Прогнать их не получается. Не знаю, что делать. В полицию звонила, но… это не увенчалось успехом.
Михаил хмыкнул.
– Всегда поражался их умению вынюхивать всякого рода информацию. Лучше сыщиков работают! Пи*дят только много, – он вздохнул. – Подожди меня, я скоро приеду. Можешь пока собрать свои вещи, заберу тебя к себе.
Я от удивления даже рот приоткрыла.
– Это еще зачем? – выдохнула я.
– Затем, что они тебя теперь везде достанут. К тому же, у тебя отпуск, проведешь его с пользой. Все, жди меня, я скоро! – и после этих слов послышались короткие гудки.
Бросив телефон на кровать, я нахмурилась.
Прекрасно! У меня просто нет слов! То есть Михаил теперь будет делать так, как ему вздумается и не интересоваться моим мнением по тому или иному поводу? Он просто поставил меня перед фактом! Уму непостижимо!
Если честно, его слова меня слегка выбесили, но вскоре я успокоилась и приняла ситуацию, потому что журналисты мне и правда покоя не дадут, а провести еще неделю в поселке идея неплохая. К тому же это возможность понять наверняка, хочу ли я встречаться с бывшим свекром или нет. Боже мой, если мама с папой узнают о том, что Михаил отец Ильи, решат еще, что я извращенка…
 
Воронов, как и обещал, приехали где-то минут через сорок, раскидал оставшихся выжидать меня журналистов и без проблем вошел в квартиру.
– Собралась? – он осмотрел прихожую на наличие сумки.
– Собралась, – пробормотала я, чувствуя, как живот сворачивается в узелок от голода, ведь позавтракать у меня возможности не было. – Они еще там?
Мужчина кивнул.
– Самые стойкие остались, – он подхватил сумку. – Не переживай. Игнорируй их и все.
Коротко кивнув, мы вышли из квартиры. Я заперла на ключ дверь и поплелась к лифту, но не услышав за собой шагов Михаила, обернулась и обнаружила его рядом с лестницей.
Вопросительно приподняв бровь, я уставилась на него.
– Может, спустимся на лифте? – наконец спросила.
Воронов нахмурился и помотал головой.
– Ты можешь спуститься и подождать меня внизу в компании журналистов или же пойти по лестнице со мной.
Шантажист. Чем лифт-то ему не угодил?
Тяжело вздохнув, я поплелась следом за мужчиной, бормоча под нос недовольства, на которые он даже внимания не обращал.
Выйдя на улицу, на нас попытались наброситься самые стойкие и бесстрашные работники, но увидев свирепый взгляд Воронова, отступили подальше.
– Вера, скажите, а каково это спать и с отцом и сыном? – услышала я со стороны и у меня даже к груди что-то екнуло. Как же это мерзко! – Это ваше хобби или же деньги не пахнут?
Я резко развернулась в сторону говорившего, готовая наплевать на все и разбить этому подонку нос.
– Да что вы… – только лишь успела крикнуть я, но Михаил тут же сгреб меня в охапку и повел в сторону машины, в которую молча усадил, а потом закинул на заднее сиденье сумку с вещами.
Обойдя автомобиль, он сел за руль и тронулся с места, умело игнорируя провокационные вопросы.
– Ты ведь понимаешь, что они того и добивались, чтобы ты потеряла над собой контроль? – первым заговорил Воронов, смотря на дорогу. – Ты сорвалась, и они почти получили то, что хотели.
Я недовольно поджала губы, нехотя принимая тот факт, что мужчина прав.
– Почему вы не сказали, что настолько популярны? Кто вы вообще и чем занимаетесь, что эти люди готовые глотку перегрызть, лишь бы написать о вас бомбическую статью?
Михаил поморщился от того, что я снова ему «выкала», а потом пожал плечами.
– Да так, имею свой маленький бизнес, не более.
Лгал. Нагло лгал.
Дальше мы ехали в полном молчании. Я больше не пыталась разговорить его и узнать что-нибудь о «маленьком бизнесе» – просто смотрела на проносящиеся мимо деревья и поля, думая о своем, когда у меня неожиданно зазвонил телефон.
Достав его из кармана, я увидела, что входящий вызов был от Лиды и, бросив быстрый взгляд на Михаила, нажала на зеленую кнопку.
– Алло? – отозвалась я.
– Ну, Верка, могла бы мне как лучшей подруге рассказать! – услышала я голос полный презрения и поморщилась.
– Что сказать? – не поняла я. – Ты о чем вообще?
– Ой, да не придуривайся! – прошипела она. – Знаю я, что отец Ильи тот самый бизнесмен Воронов! Ты давно об этом знала, да? И именно поэтому тогда забралась к нему в машину на парковке! Зачем разыгрывать этот спектакль?
Я, слабо сказать, опешила от этого заявления.
– Лид, ты дура? – вырвалось у меня. – Ты думай, что говоришь! Какой спектакль? Кто тебе рассказал этот бред?
– Никто! Сама поняла! Ты же бросила Илью ради рыбы покрупнее, да? Не зря он тебе изменял! А я дура, молчала, тебе не говорила, чтобы не ранить! А ты!..
– Что ты сказала? – переспросила, не веря своим ушам. – Ты знала, что Илья мне изменяет, и молчала? – в висках запульсировало. – Да как ты могла? И сейчас ты меня обвиняешь в том, чего я не делала? Да какая ты после этого мне подруга?!