Адмирал Империи – 56
– Вы опять за свое, вице-адмирал! – покачала головой Агриппина Ивановна. – Может, хватит ворошить прошлое, тем более когда будущее Империи висит на волоске!
– Будущее Империи заключено в безопасности императора, – вступил Гревс, – а не в складах с рудой и топливом!
– Император без флота, без горючего и без возможности залатать пробоины – это просто мальчик в золоченой клетке! – Агриппина Ивановна явно завелась по полной.
Дискуссия стремительно скатывалась от стратегического планирования к банальной перепалке. Нужно было срочно вмешаться.
– Господа! – я повысил голос ровно настолько, чтобы привлечь внимание, но не перейти на крик. – Давайте без эмоций. Вице-адмирал Хромцова права – пассивная оборона обрекает нас на поражение. Но правы и вы, указывая на риски распыления сил.
– Тогда что вы предлагаете, Александр Иванович? – контр-адмирал Зимина наконец подала голос, и я заметил, что все это время она внимательно наблюдала за участниками спора, словно оценивая каждого.
Я на мгновение задумался. Проблема была не только тактическая – она упиралась в отсутствие единоначалия. Пять адмиралов, пять мнений, пять самолюбий и целый букет взаимных обид. Классический рецепт катастрофы. Нам позарез нужен был главнокомандующий, чье слово стало бы истиной в последней инстанции.
И тут меня осенило.
– Предлагаю прекратить эти бесплодные дебаты, – сказал я максимально спокойным тоном. – Мы можем препираться до второго пришествия, но воз останется на том же месте. Нужно единое командование, а решение о назначении главкома может принять только один человек.
– Княжна-регент? – уточнил Пегов.
– Император, – поправил я. – В конце концов, это его флот, его система и, простите за банальность, его война. Пусть Его Величество либо сам определит стратегию, либо назначит того, кто будет за нее отвечать.
Реакция оказалась предсказуемой, как восход солнца. Арсений Павлович покачал головой с выражением человека, услышавшего предложение научить кота играть на скрипке. Гревс фыркнул, не скрывая скепсиса. Даже обычно невозмутимая Настасья Николаевна выглядела озадаченной.
– Контр-адмирал Васильков, – осторожно начал вице-адмирал Гревс, явно подбирая слова как сапер – мины. – При всем уважении к Его Величеству… Мальчику всего восемь лет. Как он может разбираться в вопросах такой сложности?
– Вы недооцениваете императора Ивана, – возразил я, чувствуя необходимость защитить честь моего юного монарха. – Да, ему восемь. Но поверьте человеку, который провел с ним последние недели – это самый необычный восьмилетний ребенок во всей Галактике. Его способность анализировать, его понимание людей, его интеллект – все это заставило бы покраснеть от зависти иного академика.
– Александр Иванович не преувеличивает, – неожиданно поддержала меня вице-адмирал Хромцова, хотя я понял, что она делает это скорее назло балтийцам, чем из реальной убежденности. – Я достаточно наблюдала за Его Величеством, чтобы подтвердить – мальчик действительно феноменален.
– Даже если так, – Яков Сергеевич явно остался при своем мнении, – разумно ли взваливать такую ответственность на детские плечи?
– А разумно ли продолжать бодаться как бараны на мосту, когда враг уже в системе? – парировал я. – Послушайте, я знаю императора лучше любого из вас. Видел, как он принимает решения, как схватывает суть на лету. Он либо найдет правильный ответ, либо выберет того, кто его найдет.
В глубине души я, конечно, надеялся именно на второй вариант. И да, признаюсь – тешил себя мыслью, что выбор падет на вашего покорного слугу. Не из тщеславия… хотя кого я обманываю? Немного и из тщеславия тоже. Но главное – у меня был план. Тот самый, с «гуляй-городами» и прочими фокусами, который требовал единоличной власти и готовности к экспериментам.
– Я категорически не вижу смысла в этой затее, – упрямо заявил Пегов. – Мы теряем драгоценное время на сомнительную авантюру.
– Это не авантюра, а единственный законный способ учредить главное командование, – возразил я. – Или вы предлагаете тянуть жребий? Устроить голосование? Скрестить сабли в поединке?
– Закон писался для совершеннолетних императоров, – заметил Гревс.
– В законе про возраст ни слова, – отрезал я. – Там черным по белому: «Император назначает главнокомандующего». Точка.
Спор грозил зайти в глухой тупик, и тут случилось неожиданное.
– Я поддерживаю предложение контр-адмирала Василькова, – спокойно произнесла контр-адмирал Зимина.
Все, включая меня, уставились на нее как на внезапно заговорившую статую. Настасья Николаевна до сих пор больше молчала, и ее поддержка стала громом среди ясного неба. Особенно для коллег-балтийцев.
– Настасья Николаевна? – Арсений Павлович явно не верил своим ушам.
– Мы можем спорить еще час, а можем за это время слетать в резиденцию и получить конкретное решение, – пояснила контр-адмирал свою позицию. – К тому же, Александр Иванович прав – единое командование необходимо как воздух. И если император действительно настолько исключителен…
Она пожала плечами, но я уловил, как ее взгляд на мгновение задержался на моем изображении. В этом взгляде промелькнуло нечто… личное? Эта мысль одновременно польстила и встревожила. Профессиональные отношения – это одно, а вот примесь личных чувств в боевой обстановке – совсем другое.
– Итак, трое за, – подвел я промежуточный итог. – Господа Пегов и Гревс?
Два вице-адмирала переглянулись с выражением людей, которых заставляют есть особенно невкусное лекарство.
– Ладно, – наконец сдался Арсений Павлович. – Но я настаиваю на том, чтобы основные силы Балтийского космического флота в любом случае остались на орбите столичной планеты.
– Разумное требование, – согласился я. – Предлагаю не тратить время и отправиться в резиденцию на офицерских вельботах. Учитывая расстояния до аномалий, у нас минимум десять стандартных часов форы. Противнику еще добираться до любой значимой цели под миллиард с лишним километров…
– Хорошо, – вице-адмирал Пегов явно остался недоволен, но спорить больше не стал. – Подчиняюсь большинству. Но все же думаю, это лишнее…
– Не сомневайтесь, – заверил я и обернулся к своему старпому. – Аристарх Петрович!
Жила материализовался рядом с готовностью джинна из лампы.
– Слушаю, Александр Иванович.
– Подготовьте мой вельбот к немедленному вылету. И передайте на флагман семнадцатой дивизии – контр-адмирал Зимина составит нам компанию.
– Будет исполнено! – кавторанг умчался, оставив за собой лишь легкий запах одеколона.
Я отключил селектор и на мгновение прикрыл глаза. Ставки росли как грибы после дождя. Где-то там, в космической черноте, три вражеские армады ползли к нашим позициям. У нас было катастрофически мало времени, еще меньше информации и слишком много целей для защиты.
Но если план сработает, если император назначит меня главнокомандующим… Я невольно ухмыльнулся, представив физиономии вражеских адмиралов при встрече с мобильными «гуляй-городами». Они-то готовятся к классическому сражению, а получат нечто из области экспериментальной тактики.
– Господин контр-адмирал? – голос Аристарха Петровича вернул меня на грешную землю. – Вельбот готов. Контр-адмирал Зимина подтверждает готовность.
– Превосходно, – я поднялся. – Мостик ваш, кавторанг. Если ситуация изменится…
– Немедленно доложу, – заверил Жила.
Я направился к ангарной палубе быстрым шагом человека, который точно знает, куда идет, даже если не совсем понимает зачем. Время поджимало сильнее, чем корсет викторианской дамы, но я чувствовал странный эмоциональный подъем. Кризис – это ведь не только источник седых волос, но и шанс проявить себя. А у меня были большие планы на этот шанс.
Офицерский вельбот – штука быстрая и маневренная. Я устроился в кресле второго пилота – хотя управлять предпочитал сам, старая привычка.
– Курс на столичную планету, правительственный комплекс, – скомандовал я пилоту. – Оптимальная траектория, максимальная скорость.