Путь Плетущейся лозы (СИ)

При самом скромном раскладе я бы дожила лет до ста пятидесяти. Но, поделившись жизнью с Рингаром, мой век сократился до семидесяти пяти. У Кентаро в запасе осталось около шестидесяти пяти лет. Не так уж и мало, если рассудить.
В субботу я, как и планировала, отправилась в Иринтал вместе с телохранителями и братьями. Караван уходил из Атарона в воскресенье утром, так что Санкос успевал сходить с нами на охоту и набить хранилище трофеями.
  
Лес встретил птичьим гомоном и рычащими звуками хищников, схлестнувшихся за добычу. Фасханов — чрезвычайно пакостных птичек мы обошли стороной. Однако само их присутствие порадовало. Они не селились в тех местах, где обитали хорбы. Затем жаркую встречу нам устроили зарши, сбившиеся в крупную стаю. Но мы с таким азартом ринулись к тварюгам, что они разом отступили и бросились врассыпную. Времени мы не теряли, вывели из строя агрессивный молодняк, а потом и с вожаком расправились. Добычу подвергли минимальной разделке, сразу упаковали в потайные хранилища. Попутно били мелочевку, собирали травы и коренья.
Навстречу нам уже мчался Саяр, оставив Ярха присматривать за Гаей. Она практически не выходила из пещеры, ожидая появления малыша. Самцы охраняли вход от хищников и таскали беременной самке еду. Иринтал стал опаснее, когда его наводнили твари второго и третьего уровней. Монстрам пришлось побороться за территорию и потеснить более слабые виды с насиженных мест. Однако впервые за долгое время я ощутила некую стабильность. Да, хищники вплотную приблизились к последней границе Гиблого леса, но массово не лезли за ее пределы. Что ж, передышка нужна, как и возможность собраться с силами.
Для Гаи я специально наловила гефоссов, чтобы побаловать нежным мясом и потрохами. Еще я тащила с собой бочонок с водой и матрасы. Пещера глирхов превратилась в настоящее логово с застоявшимся запахом подгнившей пищи и нечистот. Подобное амбре, конечно, отпугивало тварей, но там же невозможно было находиться. Я быстро организовала уборку, отправив Санкоса и Лаэрта за свежим лапником, а с Калимом и сендарами мы сгребли мусор в дальний угол пещеры. Затем установили бочку со свежей водой, чтобы Гая напилась вдоволь, и застелили лежанку новыми ветками, поверх которых положили соломенный матрас. Для будущего малыша обустроили ложе из лапника и недорогих мягких шкур.
Пользуясь моментом, попросила кошек поделиться ядом. Сихилл упоминал, что эликсиром на его основе поили молодых эльфийских воинов. Может, у меня получится приготовить что-то похожее, подходящее для людей и эльфиров. Как бы там ни сложилось, а никто не запрещал думать о будущем. Воинское искусство, которому обучал древний, не должно погибнуть вместе со мной. Если повезет, и я выживу, то передам знания своему ребенку и займусь обучением сендаров. Знать бы, сколько времени осталось в запасе.
Краткое общение с Сихиллом, обеспеченное жизнями тварей, не пролило свет на этот вопрос. Зато эльф подтвердил, что на некоторое время Иринтал стабилизировался.
— С чем это связано? — я обрадовалась, получив подтверждение интуитивным выводам. — Вижу прямую параллель с тем, что сделала следующий шаг на пути Плетущейся лозы.
— К сожалению, это только совпадение, — Сихилл покачал головой. — Как я уже говорил, темный король еще слишком слаб. Этим воспользовались неживые слуги, среди которых полно прославленных воинов и магов, чтобы поднять бунт. Любая отсрочка нам только на руку, но я бы не радовался раньше срока. Вопрос времени, когда Рийван Хин Таррен расправится с бунтовщиками и обратит взор на человеческие земли.
— Откуда такие подробности? — задала логичный вопрос, наводящий на подозрения. — Я допускаю, что тебе известны события прошлого и настоящего от тех несчастных, что стали жертвами «Поглотителя». Но как ты узнал, что происходит в логове темного короля?
— Ты забыла, для чего меня создавали? — заложив руки за спину, эльф уставился вдаль печальным взглядом. — Я поглощаю жизнь и душу любого живого существа, чей крови напьется кинжал. Лиурелия должна была пронзить сердце темного короля, но слишком любила, чтобы убить. Она ранила мужа, а я забрал часть души, прежде чем Рийван Хин Тарен задействовал всю свою магическую мощь и проиграл. Лиурелия погрузила темного короля в лекарский стазис, выбраться из которого невозможно без посторонней помощи. Однако между нами образовалась незримая связь, через которую я чувствую, что с ним происходит. Длительный сон темного короля вызван сильнейшим истощением. Восполнить потери способны только живые одаренные, которых в Иллевере не осталось. Прежде Рийвану неоткуда было черпать силу. А Адесс не способен вселиться в мертвеца или простого смертного. Человеческие тела не выдержат божественной сути и тут же разрушатся.
— Поэтому Гиблый лес и его обитатели так чутко реагировали на проявление магии? — сообразила я.
— И поэтому — тоже, — подтвердил Сихилл.
— Погоди, если между тобой и королем образовалась связь, не может ли она быть двусторонней?
— Исключено! — эльф нервно дернулся. — Я бы знал! Время на исходе, тебе пора возвращаться.
— А откуда темный король теперь черпает силу? Кто его пробудил? — выкрикнула в пустоту, когда меня уже выбросило из безвременья.
Жаль, что так быстро, я бы не отказалась узнать ответы и перекрыть эти источники, если такое возможно. Недосказанность в словах эльфа также насторожила. Почему Сихилл раньше не сказал о связи с Рийваном хин Тарреном? Попросила Лаэрта разузнать подноготную «Поглотителя». Каким образом он попал к Хианду Кайтаку? Кто владел артефактом до него, и как часто менялись хозяева?
В Атарон мы вернулись под вечер, груженные мешками с добычей. Но еще больше трофеев хранилось в пространственных артефактах. Основную часть добычи я собиралась использовать на собственные нужды, а остальное продать. Главное, чтобы никто не заподозрил, что реализуем мы больше того количества добра, которое приносим на себе. Пока нас выручало то, что я сдавала трофеи тану Тинтару, а Лаэрт сбывал товар по каналам Кайтака Хианда. Главарю преступного мира не придет в голову задавать вопросы брату, а вот официальным властям любопытствовать не запретишь. На собственном горбу две телеги с мешками не притащишь. Так что пару раз в неделю Лаэрту в облике Тэльдара Анвеяра приходилось демонстративно выбираться за пределы города и возвращаться с добычей.
Ночью мы усиленно разбирали трофеи, которым требовалась первичная обработка, и трамбовали их в потайное хранилище Санкоса. В мирных землях цена на монстров возрастет вдвое. Вырученное золото наверняка пригодится брату для дальнейшего обустройства. Помимо этого, часть тайника заполнили готовой едой, запасами питьевой воды, эликсиров и мазей. Тэбан суру я написала письмо, в котором подробно изложила последние события и моменты, касающиеся темного короля и нападения тварей. Пока имелась возможность, лучше бы им перебраться вглубь езеаранского королевства. В Рамалохе и его окрестностях скоро станет небезопасно.
Утром гигантская вереница повозок потянулась через южные ворота. Зажиточные горожане, аристократы со слугами, скарбом и многочисленной охраной покидали Атарон. С братом я попрощалась заранее, поэтому издали смотрела на вытекающий из города людской муравейник. С собой путешественники везли тревожные вести. Впрочем, большая часть приграничных земель на собственной шкуре уже убедилась, как сильно изменился Иринтал. Вряд ли только они успели об этом кому-то рассказать.
Возглавлял караван королевский кортеж, в составе которого двигались комфортабельные повозки с гербами Кентаро. Знаю, ночью Лаэрт отлучался, чтобы попрощаться с Тэмилией. А вот я не решилась встретиться с Рингаром. Хватило ресторации, когда Илиндор вместе с дочерью и будущим зятем заглянул в нашу кабинку, чтобы поприветствовать. Интересно, они догадались, что происходило за закрытыми дверями? Внешние признаки Верион благополучно устранил, но шальной блеск глаз и чересчур довольное выражение лица наследник скрывать даже не думал. Да и тот факт, что езеаранский принц остался в приграничном городе, красноречиво говорил, ради кого он тут задержался. Возможно, следовало побеспокоиться на этот счет, но у меня имелись дела поважнее.