Путь Плетущейся лозы (СИ)

— Сан, какими судьбами? Разве ты не желаешь служить будущему консорту Неньясира? — подколола новым статусом Рингара и скривилась, понимая, что неприятно его так называть.
— Я оставил службу у Кентаро. Одно дело служить Рину. Другое — гадине, которая покушалась на жизнь сестры. А они теперь вместе и, похоже, надолго.
— И что? Рингар так легко отпустил?
— Нет, он не хотел, чтобы я уходил. Но и удерживать не стал. Рин просил передать, что не желал этого брака, но не посмел пойти против воли отца и навлечь королевский гнев на весь род. Илиндор подобного унижения не простит. Еще Рингар сказал: «Знаю, Тай гордая и никогда не попросит о помощи, если попадет в беду. Но, если вдруг такое случится, она может рассчитывать на мою поддержку».
  
— Что ж, Кентаро неплохо меня изучил. Просить не буду, — расстроилась из-за нахлынувших воспоминаний и, чтобы это не бросалось в глаза, поинтересовалась, как там поживает Его величество. — Король сильно злился?
— Не знаю, что ты сделала, сестренка, но Илиндор больше ни с кем не танцевал и ушел с приема сразу, как позволили приличия, — ответил Лаэрт. — Кстати, что произошло? Вы танцевали, мило беседовали, а потом ты вдруг резко засобиралась домой.
— Не поверишь, Илиндор позвал замуж. Наследников чистокровных захотелось. А то настрогал избалованных принцессок, которых не знает, кому сбагрить, а теперь нормальных отпрысков подавай. Ну, я и обиделась немного. Надеюсь, не сильно отбила величеству его королевское достоинство.
— Тай, я в тебе даже не сомневался! — прыснул со смеху брат. — Такой супруг даром не нужен. Поверь, он тот еще изменщик. Молва не приукрашивает, а преуменьшает похождения любвеобильного величества. Илиндор тебя недостоин.
— А ничего, что он король Неньясира? Мой отказ в будущем еще аукнется, — посмотрела на парня пытливо.
— Пфф! Подумаешь! — Лаэрт пожал плечами. — Ты себе получше мужа найдешь. Вон, среди зельдов полно наследников кланов. Ребята дружелюбные, толковые, с ними можно иметь дело. На худой конец, езеаранец сгодится. Он тот еще заршевый выкормыш, но Калима из беды выручил. И помог тогда сбежать из дворца. Если захочешь, Арусанд у тебя из рук есть будет. Чем не устроил? Запретами? А он сумел бы действительно что-то запретить? При желании вертела бы им, как хотела. Но ты чересчур мягкая и добрая, не пользуешься преимуществом, которым наделила природа.
— Я? Мягкая? А ты навести Илиндора, спроси, как самочувствие, — фыркнула в ответ.
— Тай! — Братец подошел, сгреб в охапку, оставляя невесомый поцелуй на макушке, и тут же отпустил. — Не сомневаюсь, что ты нарастила толстую броню, через которую чужакам не пробиться. И безумно рад, что знаю тебя другой: отзывчивой, любящей, готовой прийти на помощь по первому зову. А еще ты умница и красавица, каких поискать!
— Лаэрт, ты меня так хвалишь, как будто сватаешь, или?.. — прищурившись, окинула братца подозрительным взглядом. — Нарочно заговариваешь зубы, чтобы не вспомнила о представлении, которое устроил на приеме у наместника. Неужели, это ради Тэми?
Парень не ответил, а только грустно вздохнул и развел руками. Мол, понимай, как хочешь.
— А объясните нам, пожалуйста, что происходит? — жалобно попросила Нелринья, а Нимернис кивнул, присоединяясь к девчонке.
— Лаэрт, давай ты? — состроила умоляющую рожицу и посмотрела брата. — Заодно познакомитесь, обсудите дальнейшее взаимодействие. Подумаете, к какому делу Санкоса пристроить. Или ты в академию хочешь вернуться? — обратилась к младшему, притихшему в сторонке.
— Нет, — мотнул он головой. — Устал я от остроухих снобов. Извините! — тут же исправился, заметив возмущение на лицах сендаров. — К вам не относится. Я об отпрысках древних родов, считающих себя хозяевами Мирильсинда.
— Как я тебя понимаю. — Подошла к мелкому и взъерошила светлую макушку, как делала раньше. — С возвращением! Нам тебя не хватало.
Сказавшись на усталость, я оставила ребят в гостиной, а сама отправилась отдыхать. Братьям есть о чем поговорить, а мне хотелось побыть наедине, чтобы никто не видел, какой болью отозвалось известие о женитьбе Кентаро. Не знаю, на что я надеялась после случившегося? В той измене вины Рингара не было. Но малейшие чувства к нему обходились слишком дорого.
К тому же принцесска уже не отпустит парня. Только не после того, как внушила ей, чтобы любила будущего мужа, хранила верность и была примерной женой. 
Но будет ли Кентаро счастлив? А какое мне до этого дело?
За счастье нужно бороться и иной раз жертвовать чем-то дорогим. Когда на одной чаше весов благополучие рода, а на другой — личные чувства и привязанности, выбор очевиден. И не мне за это осуждать. Однако теперь нам с Кентаро не по пути.
Я разделась и легла на кровать, свернулась клубочком, подтянув колени к животу. Внутри меня теплилась маленькая жизнь. Ради ребенка я должна быть сильной. Никто не посмеет его отобрать. Никому не позволю нами манипулировать. Теперь малыш и его безопасность — моя главная цель.
Утро началось задолго до рассвета. Я проснулась сама, сработал внутренний будильник. Переодевшись в спортивную форму, отправилась во двор, чтобы размяться. По дороге постучала в комнаты братьев, чтобы присоединялись к тренировке. Минут через пять подтянулись все участники ночных посиделок. Нелринья с опухшими глазками, полусонный Нимернис. Настроение Калима я не угадала сквозь маску, но двигался он бодро. Лаэрт привычно улыбался и шутил, а Санкос сиял, предвкушая сегодняшнюю охоту.
После усиленных физических упражнений по очереди приняли душ и перекусили. Затем я с Нимом, Нел и Калимом отправилась на церемонию прощания с погибшими сендарами. На Лаэрта и Санкоса легла подготовка к охоте. Следовало собрать еды в дорогу и договориться с помощниками Кайтака о доставке трофеев. Заодно Лаэрт взялся пристроить мелкого к какому-нибудь полезному делу. Верных помощников мало не бывает, а намерение остаться с нами младший подкрепил клятвой неразглашения, замешанной на магии и крови. Повторения ситуации с Исильмеей и подчиняющим зельем мы больше не допустим.
Проводы Истияра Ариндака и Куэльи состоялись за городом, на опушке Гиблого леса. Ученики мастера заранее соорудили погребальные костры. Усопших нарядили в парадные одежды, возложили на помосты вместе с оружием и личными вещами. Каждый, кто знал мастера и его ученицу, сказал по паре прощальных слов. Я ограничилась благодарностью за воспитание достойных сендаров и сожалением, что не познакомилась с этими замечательными людьми раньше. Затем мы вознесли всеобщую молитву Рааду и запалили костры. Вместе с дымом души погибших сендаров вознеслись в небесные чертоги воинственного бога.
— Таурелия! — окликнул после церемонии Хелларион. — Нам нужно серьезно поговорить.
— О чем? Это потерпит до завтра? — задерживаться дольше положенного срока я не планировала.
— Сама скажи, — на губах принца зазмеилась самодовольная ухмылка, что само по себе редкое явление. Обычно ледышка скуп на проявление эмоций. — Сколько осталось времени, прежде чем вырастет твой живот? Арусанд уже знает, что станет счастливым отцом? — добавил леденящим душу шепотом.
— Не понимаю, о чем ты, — процедила, стараясь не выдать охватившего волнения. — В любом случае, поговорим завтра, на обеденном перерыве.
— Береги себя, — проявил фальшивую заботу Эркасс. — У меня на тебя большие планы.
— Не сомневалась даже, — обронила упавшим голосом.
Попрощавшись с сендарами, которые вскорости отправлялись в обратный путь, я поспешила к месту встречи с братьями.
  
— Тай, что сказал принц? Отчего ты так побледнела? — заметила перемены Нелринья.
— Потом, Нел. Я должна сама все обдумать.
Внутри меня все кипело от ярости и в то же время обмирало от беспокойства, что же Эркасс потребует за молчание. Меня не оставляло предчувствие, что разговор обернется очередной сделкой в ущерб собственным интересам. Я должна найти способ защитить ребенка, на которого у ледышки нет никакого права. Что же он предложит? Чем придется поступиться?