Путь Плетущейся лозы (СИ)

— Неужели наш нелюдимый братец пошел на контакт? — поразился новости Лаэрт. — Впрочем, зная тебя, чему удивляться? Но я прикажу ребятам, чтобы присмотрели за вами. Вмешиваться они не будут, только в крайнем случае.
— Прикажешь? — я хмыкнула. — Смотрю, ты здесь освоился. Что задумал? Разве мы не планировали по-тихому поквитаться с убийцами и исчезнуть?
— А ты сама подумай, сестренка. Ну, убьем сейчас Кайтака и его ребят. В городе среди разбойничьих банд начнется грызня за власть. Куча народа пострадает, а в итоге на смену одним преступникам придут другие. Вот я и подумал, зачем ломать отлаженную систему? Можно ведь сместить приоритеты, привести костяк наемных сил к подчинению через кровную клятву и направить их усилия в другое русло.
  
— Лаэрт, это же невероятная ответственность, куча проблем, а еще и огромный риск. Зачем нам это надо?
— Таурелия, ты никогда не задумывалась, что у наших врагов в руках ресурсы трех королевств, армия обученных воинов, маги, артефакты? В Иринтале ты намного сильнее любого королевского отпрыска, но в мирных землях твоя жизнь в опасности. Тебе нечего противопоставить Хеллариону в Мелисине, Вериону в Езеаране или Исильмее в Неньясире. Пожалуй, только зельдов можно считать союзниками, но с остальными королевствами нам не по пути.
— А с чего ты взял, что я собралась враждовать с эльфирскими королевствами? — удивилась странным рассуждениям брата, хотя зерно истины в них присутствовало.
— Тай, может, я ничего не понимаю в дворцовых интригах. Но даже мне было ясно, что та проверка на приеме наместника возвысила тебя над остальными. Ледышка не ожидал подобного результата. Вот увидишь, он на аркане притащит тебя в Мелисин, чтобы использовать в собственных целях. Вспомни, что известно об этом королевстве? Да практически ничего! Чужаков не пускают за стену. И как я один или даже с наставником и братьями справлюсь с армией ледышек, если тебе вдруг потребуется помощь?
— А что изменит жалкая кучка наемных убийц?
— Ха! Насчет жалкой кучки ты ошибаешься. Я только начал вникать в структуру организации, но уже поражен масштабами. В каждом городе или поселении найдется представитель хотя бы одной тайной гильдии. Людей в организации тысячи, и все подчиняются жестким законам. Гильдия убийц — протест против беспредела эльфирских магов. Гильдия воров и контрабандистов — ответ на монополию торговцев, выкупающих у охотников товары по дешевке и продающих после втридорога. Кайтака Хианда убивать нельзя. Он станет нашим проводником и верным соратником. Не по доброй воле, конечно, а благодаря клятвам и подчиняющему зелью. Ну, так ведь он и не посланник Рааду, чтобы с ним церемониться.
— Лаэрт, надеюсь, ты понимаешь, в какую игру ввязываешься и в полной мере осознаешь последствия? Изменения, которые ты начнешь проводить в Атароне, вряд ли останутся без внимания. Неужели, ты думаешь, за столько лет никто не пытался подмять под себя управление гильдиями, имея в распоряжении обученных бойцов, доступ к ресурсам Иринтала и зелью подчинения?
— Пытались, и не раз, — не стал отрицать парень. — Однако те попытки изначально были обречены на провал, потому что не имели достойного предводителя.
— И ты надеешься им стать? — удивленно повела бровью. — Лаэрт, я тебя люблю и знаю, насколько ты храбрый и умелый воин. Ты лучший брат в мире. Но в Мирильсинде найдутся более сильные бойцы, и даже лидеры. Помнишь, чему учил Тэбан сур? Никогда нельзя недооценивать противника.
— Спасибо, сестренка. Я тоже тебя люблю. Но я не себя имел в виду, — Лаэрт хитро ухмыльнулся.
— А кого же?
— Тана Тэльдара Анвеяра — могучего бойца и удачливого охотника. После нападения тварей на Атарон, слава о человеке, победившем гигантского монстра, разнеслась по четырем королевствам.
— Но его же не существует на самом деле!
— Тсс! — парень приложил палец к губам. — Если человека нет, то и убить его невозможно, ведь так? Только нам известно, чье лицо скрывается под маской. Но нашим врагам об этом знать необязательно.
— Когда ты успел так измениться? Повзрослеть? — я подошла к брату, взлохматила его жесткие волосы и чмокнула в щетинистую щеку. — Будь осторожен. И никому не доверяй, — указала взглядом на Кайтака, который молчаливо сидел в сторонке. — Прикажи ему забыть о нашем разговоре.
— Ты тоже изменилась, сестренка. Превратилась в настоящую красавицу. Не переживай, никто здесь не вспомнит о твоем визите.
— Вот и хорошо! Мне пора идти. Здесь есть свободная комната, чтобы переодеться?
— Разумеется! Весь этот дом к твоим услугам, — широко улыбнулся брат. — Идем, покажу кое-что, — поманил пальцем к книжным шкафам, занимающим восточную стену кабинета.
Как оказалось, за полками скрывался вход в потайную комнату, оборудованную спальным местом, кухней с запасом воды и продуктов, а также собственным санузлом. Вдобавок, изнутри имелся дополнительный выход, которым Кайтак пользовался, когда покидал дом незаметно от охраны. Глава преступного мира подстраховался на все случаи жизни. Помещение изобиловало ловушками, способными задержать вооруженный отряд, а тайные проходы в стенах позволяли подслушивать, что происходит в других помещениях. Помимо этого, под зданием был прорыт подземный ход с выходом на тихую улочку. Идеальный вариант, чтобы скрыться от возможного преследования.
Я переоделась в стандартный охотничий костюм, усиленный хитиновыми вставками, спрятала лицо под маской и покинула дом. Лаэрт пообещал разобраться со служанкой и пареньком, работающим при академии, и направить к особняку Квалма звезду опытных бойцов. Я не считала, будто нам с Акхаром понадобиться поддержка, но отказываться от страховки не стала.
Встретившись с братом, который теперь ничем не отличался от городского жителя, мы направились к Гилентару. Внутрь попали тем же способом, которым я воспользовалась накануне. Свет в особняке не горел, а ворота были наглухо закрыты. Я подумала поначалу, что старый эльфир сбежал, но он обнаружился в спальне. Сидел, забившись в угол между стеной и кроватью, трясся за собственную жизнь. Оцепенение, вызванное ядом лягушки, уже отпустило, но ослушаться приказа остроухий не мог.
Поначалу я хотела отдать гада в руки брата, глаза которого горели жаждой отмщения. Но недавняя беседа с Лаэртом навела на мысль, что в будущем нам не помешают родовитые союзники. Вот только сама кандидатура Гилентара меня не устраивала, поэтому решила поинтересоваться, не осталось ли других наследников, кроме погибшего сыночка. Учитывая разгульный образ жизни остроухого, наверняка же появились на свет и другие отпрыски.
Однако в вопросе потомства Квалм оказался чрезвычайно аккуратен. Зачем плодить слабосилков, когда магия рода досталась первенцу? Вот Гилентар и не заводил других детей. С аристократками проблем не возникало, они сами предохранялись, понимая важность наследования силы. А с простолюдинками эльфир не церемонился. Если и допускал оплошность, то исправлял ее самым жестоким способом, чтобы у Айвендила в будущем не было конкурентов. Первенца эльфир по-своему любил и переживал его гибель, оттого и задался целью отомстить убийце. Мне, то есть.
— «Чего? Ты? Медлишь? — проявил нетерпение Акхар. — Квалм. Должен. Умереть».
— Да я и не спорю, но пользы от этого не будет никакой. Только мимолетное удовлетворение, что мерзавец получил по заслугам. Однако смерть сына, а потом и отца привлечет ненужное внимание. Если Гилентар не оставит после себя наследников, его состояние и земли отойдут родственникам по линии супруги. А там тоже, судя по всему, неблагополучное семейство, раз продали собственную дочь человеку, прославившемуся непомерной жестокостью.
  
— «Что. Ты. Предлагаешь?»
— Вчера я застала тут девушку, которая согласилась удовлетворять извращенные потребности Гилентара, чтобы не оказаться на улице. Как думаешь, согласиться она выйти замуж за аристократа и родить ребенка, если предложить ей обеспеченную и сытую жизнь?
— Это мезальянс! — констатировал эльфир, прислушивающийся к каждому слову. — Король не признает подобный брак, даже если я притащу грязную потаскуху в столицу и выведу в общество. Ребенка у девки отберут. Выбрать нового наследника должен глава рода или Его величество. Если вы меня убьете, то ребенку, если такой все же появится на свет, назначат опекуна. Никто не доверит простолюдинке управлять активами древнего рода.