В когтях у хищника

В аэропорту ему предстояло встретить англичанку и сообщить ей необходимые сведения о ее наследстве.
В Харварде, стоя на открытой всем ветрам взлетной полосе, Дугал слегка волновался. Голос девушки, с которой он говорил по телефону, немного дрожал, как будто его обладательница не отличалась уравновешенностью и была не из тех, кто любит путешествовать в одиночку. Тем не менее, этот голос не был лишен приятности. А вдруг у нее окажется спокойное лицо и темные глаза? Что, если это именно та, кто царит в его воображении?
  
Впрочем, нет. Не стоит и надеяться, понял он, когда увидел спускавшуюся по трапу девушку, в которой инстинктивно угадал Антонию Вебб.
Шляпу она несла в руке, и, как только сошла со ступенек, ветер тотчас подхватил и приподнял воздухе ее сияющие волосы — темно-рыжие, оттенком скорее напоминающие розовое дерево, но все-таки рыжие. И, конечно же, у нее было тонкое живое лицо. Именно такие девушки чаще всего нравятся мужчинам. Но только не ему. Нет, это всем не его тип. Все волнение мигом улетучилось. Осталось лишь легкое разочарование. Перед ним была всего лишь еще одна клиентка. Возможно, с ней его ждут немалые хлопоты — девушки с такими лицами обычно ужасно дотошны.
Шагнув к ней, адвокат вежливо протянул руку
— Мисс Вебб? — спросил он.
Девушка улыбнулась. В глазах ее как будто зажглись огоньки. Дугал мысленно вздохнул. Пожалуй, она не из робкого десятка. Что ж, Саймон Майлдмей наверняка с ней поладит.
— Да, это я. А вы, наверное, мистер Конрой? Как мило, что вы меня встретили.
— Ну что вы! Это идея вашего кузена. Надо же нам где-то переговорить.
— Да-да, конечно. — Вдруг она схватила его за руку. — Посмотрите, видите вон того человека? Вот досада! Он только что зашел внутрь.
— Кто? Куда зашел? — Дугал недоуменно огляделся. — Это ваш знакомый?
— Да нет же. Он сидел сзади меня в самолете. По-моему, он за мной следил. Спиной чувствовала его взгляд.
Дугал мрачно посмотрел на ее шелковистые волосы. Некоторые мужчины просто без ума от такого оттенка.
Девушка подняла взгляд — ее глаза показались Конрою очень умными.
— Я понимаю, все это похоже на фантазию. Но он правда за мной следил. Когда мы приземлились в Парапараму, он пошел за мной в кафетерий и уселся за столик напротив. Но это еще не все — он как будто смеялся надо мной. Про себя. Как будто знал что-то, чего не знала я, и это его забавляло.
— Он пытался с вами заговорить?
— Нет.
— Надо же, какой нерасторопный, — заметил Дугал. — Ну что, захватим ваш багаж?
Девушка покраснела. Она сухо бросила ему:
— Похоже, вы не за ту меня принимаете, мистер Конрой.
— А за кого, интересно, я вас принимаю? — безразлично спросил Дугал, направляясь к тележке с багажом.
— За особу, которая только и ждет подобных знакомств, — выпалила Антония.
Конрой бросил на нее смущенный взгляд.
— Извините, мисс Вебб. У меня и в мыслях такого не было. Я только хотел сказать, нет ничего удивительного в том, что с вами действительно хотели… хотели познакомиться. Где здесь ваши чемоданы? У меня машина.
Девушка достала багажную квитанцию и показала на чемоданы. Взяв вещи, Дугал направился к стоянке машин.
— Я подвезу вас в Скарборо, — сказал он. — Может, по пути вы хотите выпить чаю или еще что-нибудь?
— Благодарю вас. — Англичанка все еще сердилась. Ее синие глаза гневно сверкали.
Дугал распахнул перед ней дверцу машины, затем уселся сам и завел мотор.
— Как выглядел тот парень? — серьезно спросил он, пытаясь загладить промах.
— Ну, такие темные волосы и глаза, очень бледный. Тонкий нос с небольшой горбинкой. Послушайте, мистер Конрой, — неожиданно сказала она. — Я не обратила бы на все это внимания, если бы не странный случай. Вчера в Окленде мне позвонили и назначили встречу в кафе, а пока меня не было, покопались в моих чемоданах
Дугал бросил на нее изумленный взгляд:
— Вы не шутите?
— Какие уж там шутки! — с жаром продолжила она. — В отеле меня пытались убедить, что мне это все показалось — ну, будто я сама начала распаковываться и забыла. Но я-то знаю, что я в своем уме.
— А с кем вы должны были встретиться?
— Понятия не имею. Он только сказал, что знает кое-что о смерти тети Лауры. Но он так и не появился, и я подумала, что это просто уловка. Вот только зачем?
— Не представляю. Ужасно странно. У вас пропало что-нибудь?
Девушка подняла на него яркие живые глаза. Дугал вдруг догадался, что та читает его мысли. И поняла, что он сейчас о ней подумал: немного струхнувшая от долгого путешествия фантазерка и неврастеничка. Впрочем, он подумал не совсем так. Хотя история и правда невероятная. Такое скорее случилось бы где-нибудь в Марселе или в Чикаго — или приснилось бы девушке с богатым воображением, которая впервые отправилась в путешествие. Он слышал, что мисс Вебб немного играла на сцене. Что ж, очень на это похоже — такая эффектная и чувствительная.
— Ничего не пропало, — спокойно ответила мисс Вебб.
С легким сожалением Конрой подумал, что впредь она не станет поверять ему свои секреты. Впрочем, если что-нибудь подобное повторится на его глазах, он непременно будет на ее стороне.
— Пожалуй, причин для беспокойства пока нет, — примирительно сказал адвокат. — В смерти вашей тети нет ничего необычного. У меня есть медицинское заключение. Так что — кто бы там ни был — он просто пытался вас напугать. Надеюсь, вам понравится Новая Зеландия, мисс Вебб. Ваш кузен выбрал прекрасное местечко. Правда, оно немного отдаленное и открыто всем ветрам — в общем, на любителя. Впрочем, мисс Мэтьюз — такая энергичная дама; во всяком случае, пока ей удается все, за что бы она ни взялась.
— Вы говорите об Айрис? Какая она? — Антония все еще держалась отчужденно, однако не смогла побороть любопытства.
Что ж, это вполне понятно — ей же интересно узнать о своей новой родственнице. Это еще не значит, что девушка вообще любопытна.
— Она очень симпатичная, — ответил Дугал ничего не значащей фразой. — Похоже, ваш кузен здорово влюблен. А вы надолго в Новую Зеландию, мисс Вебб?
— Зовите меня просто Антония, — с легким раздражением ответила англичанка, как будто формальность действовала ей на нервы. — Пока не знаю. Посмотрим. Расскажите мне лучше о наследстве. О нем никто со мной еще и словом не обмолвился. Думаю, оно невелико. Бедная тетушка Лаура. Знаете, я совсем ее не помню. Какая она милая, не забыла обо мне!
— Как я уже говорил, именно поэтому я вас и встретил, — пояснил Дугал. — Мне сказали, что это будет прекрасной возможностью сообщить вам то, что я могу сообщить.
— Что можете сообщить? Что вы имеете в виду?
— Видите ли, в завещании вашей тети есть один не совсем обычный пункт. Вы не сможете ничего унаследовать, пока вам не исполнится двадцать четыре года. А до этого времени вы не должны знать о размерах вашего наследства.
— Интересно почему? — удивилась Антония.
— Этого мы не знаем. Но возможно, чтобы защитить вас от охотников за состоянием.
— Как забавно! Ну какое у меня может быть состояние!
— Пожалуй, вы правы. Я еще не получил сведений об английском имуществе вашей тети, но, поскольку Саймон получает десять тысяч с новозеландской собственности, вряд ли вам останется слишком много. Ведь если ваша тетушка долгое время не жила в Англии, она едва ли оставила там большой капитал. Но я, конечно, сделал запрос.
— Подумать только! — воскликнула Антония, — Так, значит, старина Саймон получит десять тысяч? Ну и ну! Кругленькая сумма, правда?
— Да, кое-что, — коротко ответил Дугал. Если английский капитал мисс Майлдмей окажется незначительным, вряд ли будет справедливо, что Саймон получит вдвое больше этой девушки. Впрочем, при желании она может оспорить завещание. Пока это, правда, невозможно, поскольку нет еще всех данных.
  
— Ваш кузен сказал, что вам двадцать три, мисс… Антония. Это правда?
— Чистая правда. Но через шесть недель мне уже будет двадцать четыре. Сомневаюсь, что за столь короткое время я успею пострадать от преследований всяких жиголо. Тетя Лаура, наверное, думала, что к двадцати четырем годам у меня ума прибавится.