Игра Хаоса

Точка перехода располагалась на небольшой круглой поляне посреди огромного леса из странных грибов и невероятных растений. Вокруг поляны росли в основном здоровенные белые грибы, похожие на поганки, на их шляпках можно было поиграть в футбол небольшой командой. Рядом с ними — огромные то ли деревья, то ли кусты, закрывавшие тенью своих листьев грибы от солнца, с гроздьями красных ягод размером с пушечное ядро. Чуть дальше — гигантские папоротники, одного листа которых хватило бы на крышу дома. И везде бегало, ползало, прыгало и летало местное население, от его разнообразия рябило в глазах: огромные лиловые слизни ползают по грибу, поедая его шляпку; кузнечик-переросток с огромными лапами пронёсся куда-то вдаль; цветок размером с дерево, похожий на розу, внезапно накрыл собой большую многоножку, проползавшую мимо, и, захлопнувшись, начал её переваривать.
Я спокойно стоял на поляне, зная, что местные хозяева сейчас внимательно за мной наблюдают, решая, что со мной делать. Логику насекомых сложно понять. Я не раз уже вёл с ними торговлю, обменивая товары из других миров на муравьиную кислоту. Её охотно брали в техномирах, можно было выручить немало дайнов. На Площади Игроков ещё ценились личинки зелёных слизней: деликатес для маасари, людей-мотыльков, вытягивавших из них питательную жидкость. Взамен я приносил в Муравейник розовый сахар и баат, серые кристаллы которого значительно ускоряли рост растений. Меня здесь знали, но не доверяли; впрочем, как и везде.
Постояв на поляне, я последовал ритуалу, выработанному ещё в момент первого моего появления в этом мире. Подошёл к краю и выложил товары для обмена: термос с кристаллами баата и несколько холщовых мешочков с сахаром. Вернулся назад и снова стал ждать.
Наконец появились хозяева. Огромный чёрный муравей, вынырнувший из-под листьев папоротника, подбежал к разложенным мной товарам и внимательно обнюхал мешки с сахаром, потом осмотрел термос с гранулами и, убедившись, что всё в порядке, издал писк. Появились ещё муравьи. Сначала всегда подбегают воины, окружают поляну: здоровенные чёрные муравьи с массивными челюстями, прочными, но тонкими панцирями и тонкими ногами по три штуки с каждой стороны.
Я чувствовал себя крайне неуютно: отбиться от этих созданий, вздумай они атаковать, будет непросто. С одним-двумя я бы справился, но если атакуют одновременно все восемь стоящих вокруг поляны муравьёв — мне конец.
Следом за охраной показался чиновник (так я его называл): ещё один муравей, только крупнее и синего цвета. Без таких больших челюстей, но зато с четырьмя парами глаз и большой головой. Он тоже оглядел предложенные мной товары и наконец обратил внимание на меня. Подойдя поближе, всеми своими глазами внимательно осмотрел, потом обнюхал и, лишь убедившись, что я — это я, издал какой-то звук, похожий то ли на крик, то ли на визг пилы. Солдаты, готовые меня растерзать, отступили назад, а чиновник повернул ко мне голову и начал свистеть и поскрипывать. Браслет на моей руке немного нагрелся и перевёл:
— Мир, обмен, еда.
Кивнув, я подтвердил:
— Мир, обмен, еда.
Сделка заключена. Муравей-чиновник подхватил передними лапами принесённые мной товары и устремился туда, откуда появился. За ним исчезла его свита. Через некоторое время, когда я уже присел на землю и даже успел отдохнуть, появился рабочий муравей, вдвое меньше солдата и коричневого цвета. Он положил возле моих ног два мешочка: зеленовато-прозрачные то ли желудки, то ли странные растения; внутри находилась густая, тягучая, прозрачная жидкость с кисловатым запахом — выделения муравьёв. Потом пришёл ещё один, принёс шесть личинок, замотанных в паутину: толстые, жирные комочки, тёплые и живые. Сквозь паутину я чувствовал, как они шевелятся.
Всё это я убрал в сумку, в отделение для особых товаров. Как насекомые рассчитывали, сколько мне заплатить за принесённый товар, я не знал. Торговаться или обсуждать цену или условия обмена бесполезно, они этого просто не понимали. Или делали вид, что не понимают. Я подозревал, что они гораздо умнее, чем хотят казаться. Но всё равно был доволен: за шесть килограммов сахара и контейнер с кристаллами баата я заплатил сотню дайнов, а выручу за то, что мне принесли, не меньше полутора тысяч. Так что и усилия на путешествия сюда, и риск быть съеденным муравьями, стоили той прибыли, что я получу. Этот мир был моим маленьким секретом, позволявшим выживать в Игре. Путь сюда знали многие, но почти никто не рисковал появляться здесь. Этот мир предпочитали обходить стороной даже игроки высших ступеней, не говоря уже о таких, как я.
 
Но мне повезло. Оказавшись здесь впервые, я даже толком не знал, куда попал. Едва взглянув на огромных насекомых, снующих повсюду, я не рискнул лезть в незнакомый мир и предпочёл остаться на поляне: ждал, пока зарядится Компас, чтобы поскорее убраться отсюда, и поглядывал на странный толстый браслет, найденный мной благодаря карте Сокровищ. Я даже не успел толком понять что получил, место было очень опасным и пришлось срочно убегать, используя карту спасения «Слепой прыжок», переносившую игрока в случайный мир на игровом поле. Описание браслета появилось в моей Книге после того, как я взял его: «Он поймёт то, что ты понять не в силах». Немного подумав, я нацепил браслет на руку.
Я сидел, потягивая из фляжки вино (тёмно-красное, из Фарина), и грыз сухарь, пытаясь понять, что мне попало в руки и что с этим делать, когда ко мне со всех сторон бросились муравьи-воины из темноты ночи. Я даже опомниться не успел, как меня окружили десятка полтора этих тварей. Они приближались, вереща, скрипя и попискивая:
— Враг! Враг! Убить! Убить!
Я с перепугу чуть сухарём не подавился. Выплюнув его вместе с вином, вскочил и заорал:
— Я не враг! Не враг!
И твари остановились; огромные жвала застыли на расстоянии ладони от меня. Я стоял, боясь шелохнуться, а они о чём-то переговаривались между собой. Потом один убежал, остальные остались караулить меня.
Я молился про себя всем богам Хаоса, чтобы Компас поскорей зарядился, но удрать не успел. Появился большой синий муравей. Он долго обнюхивал меня и мои вещи, лежавшие на земле. Больше всего его заинтересовал кусок сахара, который я достал из сумки, чтобы съесть вместе с сухарём (всегда любил сладкое). Он-то мне и спас жизнь. Здоровенная тварь подхватила его и куда-то убежала — а вернулась только к утру. К этому времени я устал просто зверски: всю ночь простоял на ногах, боясь лишний раз пошевелиться. Даже помочился в собственные штаны, решив, что это безопаснее, чем пытаться пописать нормально. Мало ли как эти твари отреагируют, глядя на то, как я мочусь на кустик или землю… Посчитают, что я нападаю или мечу их территорию — и всё, конец. А штаны — хрен с ними, отстираются.
Когда синий урод появился, я ему обрадовался как родному. Он что-то пропищал, и чёрные твари отошли от меня, а я без сил сел на землю: ноги уже просто не держали. Чиновник, как я его потом назвал, подбежал ко мне, ещё раз обнюхал и начал разговор:
— Мир, не мир.
Воевать я точно не был готов, поэтому произнёс:
— Мир.
Браслет на моей руке засветился и что-то проскрипел, а я, обалдев, уставился на него. В момент нападения от неожиданности и страха не обратил внимания, как у меня получилось сообщить муравьям, что я не враг.
Довольный моим ответом, синий опять что-то начал скрипеть. «Обмен, обмен!» — перевёл браслет.
Тут я уже задумался: чего он от меня хочет и что на что собрался менять? Идей как-то не было, но и отказываться нельзя. Даже если эта тварь мне ногу откусит — хрен с ним, главное живым остаться. Зелья лечения есть, кровь остановить сумею. Добраться бы до Города игроков, а новая нога со временем вырастет.
Нужно было поскорее убраться оттуда, поэтому, решив не мудрствовать, я произнёс два раза:
— Обмен, обмен.
Видимо довольный моим ответом, муравей закивал башкой и опять что-то начал скрипеть и пищать, а браслет перевёл новый вопрос: