Вернуть Боярство 7 (СИ)
— Первой. Шахта уже работает, добываем потихоньку.
— Это хорошо! — оживился генерал. — Первой — это просто отлично!
Багрянины, как оказалось, имели свою небольшую эскадру грузовозов, приносившую неплохую прибыль. И сейчас собирались расширять это дело, а это означало необходимость не только в гражданских судах, но и боевых для их сопровождения и охраны. А эсминец это вам не грузовоз, его алхимреактор чем попало питать не выйдет… Уголь или его аналоги должны быть минимум второй, а лучше первой категории…
Конечно, прямо здесь и сейчас никаких сделок мы не заключали, но предварительной договоренности достигли. Так и пролетели ещё полтора часа — генерал оказался настоящим кладезем информации о всех что-то из себя представляющих Родах. Так что благодаря ему я познакомился ещё с десятком разных аристократов, по тем или иным причинам меня интересующих.
В общем, уже могу сказать, что приехал не зря — пара тройка интересных предложений и предварительных договоренностей полностью того стоили. Петя, о котором я за всеми этими событиями едва не позабыл, порадовал меня тем, что не жался где-то в углу, обтекая от количества знатных особ (признаться, я был почти уверен, что так и выйдет). Мой ученик умудрился влиться в компанию из четверых дворян — тоже молодежь, ровесники моего нынешнего тела, не более. Что ж, пусть общаются, не буду отвлекать, решил я…
И буквально через пару минут после этого наконец настало время открывать бал. Высокий, широкоплечий мужчина в одежде церемонирмейстера вышел грохнул о каменный пол литым, украшенным резьбой посохом-артефактом, и шепотки в зале начали быстро затихать. Дождавшись, когда гости затихнут, он торжественно объявил:
— Генерал-губернатор Александровской губернии, Старейшина Императорского Рода — Павел Александрович Романов с супругой…
Я перестал слушать здоровяка, уставившись на вышедших вслед за Павлом Александровичем и его семейством людей. Вернее, как раз таки не людей — десяток нолдийцев, шествующих позади Романовых и вышедшими вслед за ними четверкой Магов Заклятий, приковал буквально все взгляды.
Какого черта здесь происходит⁈ Рогачи на балу в честь нашей победы над ними? Нет, ладно, это херня, — но почему они выходят как почетные гости⁈ Этикет в этом мире немного отличался от моего, здесь гости на балах Императорского Рода приезжали загодя, а в назначенный час к ним выходили хозяева. Выйти же вместе с ними считалось огромной не просто огромной честью — это было знаком высшего расположения, посылом для всех о том, что Романовы благоволят и покровительствуют этим людям.
Просто для справки — это… ритуалу, скажем так, почти две тысячи лет, он пришел с первыми Рюриковичами, и за всё это время ни разу не было такого, что бы правящий Род удостаивал такого жеста иноземцев. Ни единого раза! Маги Заклятий, шедшие вместе с хозяевами бала — тоже часть этой традиции. Маги Заклятий это те, на ком собственно и держится могущество любой державы, и что цари, что императоры всегда оказывали им эту честь.
За века царствования Романовых подобное происходило лишь четырежды — трижды это были дворянские Рода — Воронцовы, Румянцевы и Патрикеевы, первые три дворянских Рода, в которых появились свои чародеи восьмого ранга. И каждый раз после подобного начиналось стремительное возвышение счастливчиков — деньги, богатые земли, особые привилегии… Четвертый раз это делалось не для целого Рода, а для одного конкретного человека, чем-то сильно выручившего самого Императора.
И самое, пожалуй, главное — только Император имел право на подобное. Только и исключительно он… И сейчас Павел Александрович Романов этим жестом фактически бросил вызов власти своего двоюродного брата, императора Николая Третьего.
— Пи***ц, — выдохнула рядом со мной неожиданно хриплым голосом Инна Воронцова.
Надо сказать, блондинка в платье из чистого огня выразила мысли если не всех, то большинства присутствующих. Тишину, воцарившуюся в зале, можно было ножом резать — будь отец Хельги хоть трижды Магом Заклятий и генерал-губернатором, он не может не объясниться перед нами. Потому что мы, стоящие сейчас в зале аристократы, и были той самой губернией, которой он правил. И мы ждали объяснений.
— Что ж, дамы и господа, вижу у вас возникли вопросы по поводу происходящего, — спокойно отметил Романов. — Почему здесь стоят нолдийцы, как я посмел нарушить заповеданное ещё нашими пращурами правило о своих и чужих, и самое главное — на каком основании я, не обладая императорской короной, взял на себя подобную смелость?
— Да, господин. Мне бы очень хотелось получить ответы на эти вопросы, особенно на последний, — удивила всех Инна Воронцова. — Это мятеж против Императора?
Ну, что сказать — протекающая крыша блондинки кидала её в крайности. Сперва стервозная шлюха, теперь вот серьёзная и собранная аристократка, безо всякого следа былого жеманства и глупой улыбки на кукольном личике. Вечер потрясений, мать вашу.
— Я услышал тебя, Инна, но на этот вопрос я отвечу позже. Начну же я несколько с другого — про мирный договор, который мы заключили. Пункт первый — нолдийцы принимают российское подданство. Пункт второй — на территориях, известных как Пустошь Раевских, основывается Нолдийская губерния. Пункт третий — жители Нолдийской губернии обладают всеми правами и обязанностями, что и прочие подданые Империи. С этого дня в Российской Империи стало сто сорок семь дворянских фамилий больше. Пункт четвёртый — генерал-губернатором Нолдийской Империи назначается Видрав Гаэтий, Глава Рода Гаэтий. Прошу любить и жаловать.
Шестирогий нолдиец в вычурной мантии встал рядом с Павлом Александровичем. Стало быть, вот ты какой, новый генерал-губернатор… Ну что ж, по крайней мере в личной силе рогача сомневаться не приходилось — из всех присутствующих чародеев плотностью и мощью ауры его превосходил лишь сам Второй Император. И разница была не так уж и велика…
— Думаю, я ответил на первые два озвученных вопроса, — продолжил Павел Александрович. — Нолдийцы теперь такие же подданные Российской Империи, как мы с вами, и Род Романовых в моём лице действительно намерен оказать им всевозможную поддержку в освоении Пустоши Раевских.
— Остался главный, третий вопрос, Павел Александрович, — вновь подала голос Инна. — Это мятеж?
— Нет, — пожал он плечами. — Я просто решил, что не все традиции стоит соблюдать. И тот факт, что её свято соблюдали две тысячи лет не означает, что я должен поступать так же. Дамы и господа, я сказал, а вы услышали. На сегодня, думаю, хватит политики! Полонез, дамы и господа, сам себя не станцует!
И под сотнями ошарашенных взглядов генерал-губернатор, протянул руку одной из нолдиек, приглашая на танец.
Пожалуй, следует признать, что я сильно недооценил этого человека — не как чародея, а как личность. Осталось лишь разобраться, гений он или безумец и чего он пытается добиться. Надеюсь, Хельга пошла характером в мать…
Глава 3
Бал проходил в довольно напряженной атмосфере, далекой от праздничной. Молодые дворяне, конечно, танцевали и шутили, некоторые молодые люди даже, последовав примеру генерал-губернатора и Магов Заклятий, присутствовавших на мероприятии, тоже приглашали нолдийцев и нолдиек на танец… Но большинство аристократов не спешило брататься с бывшими врагами, и я был в их числе. Да и те дворяне, что последовали примеру хозяина бала, были либо из числа тех, кто лично в войне не участвовал, изнеженные вторые и третьи дети богатых и заметных на уровне губернии фамилий, либо носили фамилии стоящих за спиной Второго Императора Магов Заклятий. Воронцовы, Бестужевы и Патрушевы, которые, судя по всему, теперь окончательно переберутся в Сибирь, ибо в Петрограде после такого демарша им точно житья не станет. Сожрут и затравят по указке Императора, и даже свой чародей восьмого ранга тут ничего не изменит — в столице есть те, кто и самого чернокнижника восьмого ранга задавить способен. Только по общеизвестным данным в Петрограде проживает семь чародеев высшего ранга…