Инфер 10 (СИ)

Видимо я совсем стал тупым, но осенило меня только к исходу второго часа догонялок и после того как Выдра едва не снесла мне полбашки прицельным выстрелом. В какой-то крохотной темной клетушке, пока Шейна тихо вскрывала уже тупым и погнутым лезвием тонкую стену, я включил фонарь, неспешно достал пистолет, щелкнул предохранителем и вжал глушитель в левую ушную раковину декламатора.
  
— Отдай, сученыш — ласково попросил я — Считаю до десяти. Раз… десять…
— А? Что?
— А-А-А-А-А-А-А-А!
Пистолет дернулся в руке. В стену плеснуло нереально красной в свете фонаря кровью и ошметками уха.
— Тебе следовало поторопиться — вздохнул я, прижимая упырка к стене и вжимая глушитель в его правое ухо.
— Что ты делаешь, Ба-ар? Прекрати! Прекрати! — экз с визгом сервоприводом повернулся ко мне, едва не прибив златовласку и… Клоун застыл на месте, а пистолет уже вжимался не в ухо, а в лоб высокородного дерьмоеда.
— Отдай, сученыш — повторил я, заглядывая в его побелевшие от дикого ужаса глаза — Считаю до пяти… раз…
— Вот! Вот! Вот!
Выдернув предмет из-за молнии многослойного защитного костюма, он чуть ли не швырнул его в меня.
— Вот!
— Вот — согласился я и ударом рукояти пистолета разбил ему губы и выбил пару зубов — С-сука! И я тупой…
— Ба-ар! — в рявке Шейны уже не было недавней экспрессии — Его нельзя трогать! Он…
— Ну да… генетический ствол наследия… отстрелить ему его что ли вместе с яйцами?
— Н-не… не надо! Нет!
— Я не понимаю — пискнула Сусана.
— А че тут понимать? — удивился я, показывая ей толстую металлическую пластину — Это маяк. Подающее сигнал мощное устройство. И сигнал с него уходит к тем, кто рыщет повсюду в поисках наших взопрелых жоп. С-сука! Как же я раньше не допер! Совсем плох стал после мозговой чистки и выковыривания электронных изюмин… дерьмо! — я с огромным трудом сдержал внезапно сильную и рвущую меня на части звериную ярость, рыча в лицо трясущегося упырка — Дерьмо! Я дебил определил вашу троицу как самую ценную и автоматом записал вас всех в жертвы похищения… даже не подумав, что кто-то из вас может быть заодно с похитителями…
— ЧТО⁈ — изумленного ужаса в усиленном динамиками голосе Шейны было столько, что она и оглушила и чуток отрезвила меня — Не может быть! Он один из молодых столпов рода Браво Бланко! Он…
— Он предавший вас дерьмоед! — процедил я, крутя в пальцах пластину — И вот доказательство. Пока мы в этой сраной каморке, окруженной стенами потолще, нас не найдут. Но как только высунем жопы наружу… нас мгновенно обнаружат и снова кинутся по следу. Та Выдра… машина быстрая, пилот тоже явно не новичок, но даже будь на его месте я сам и в своем родном экзе… даже у меня не получилось бы отыскивать юрких крыс раз за разом… Надо было раньше это понять. Но я устал… с-сука как же сильно я устал… Следовало догадаться еще когда нас отыскали на той парковке… а о чем кстати ты тогда нашептывал Сусане, ублюдок? А?
Трясущийся декламатор шипел кровавой слюной и молчал. За него ответила златовласка:
— Он хотел, чтобы мы убедили Шейну пристрелить тебя, а затем дождаться похитителей и сдаться им, убедив, что Шейну трогать нельзя и она должна стать частью будущей сделки по обмену. Я отказалась. Так нельзя! Но я не знал что он… что он… предал нас…
— Я не предал! — прохрипел высокородный — Я… я просто устал быть на третьестепенных ролях! Я хочу играть более важную роль! Хочу присутствовать на советах с самой Седьмицей! Но меня не замечают! И я… я согласился, когда мне предложили… клянусь — тебя, Сусана, пальцем бы никто не тронул! Нас бы обменяли самое позднее через неделю, и мы стали бы героями! И тебя бы тоже заметили! И… и ты могла быть стать моей женой… мы бы сплели наши ветви в истоме… у нас был бы сын!
Драчливый Клоун шевельнулся и… голова высокородного улюдка оказалась зажата в медленно сжимающейся ладони. Ухмыльнувшись, я отошел на шаг — чтобы мозгами не забрызгало, прислонился к противоположной стене и принялся наблюдать и добавлять Шейне решимости своими словами:
— Давай, уродина — жми! Сделай ему тыквенный тост с мозговым джемом… Но как же я не допер. Ведь первый неправильный сигнал — почему погоня продолжается так упорно даже после кучи смертей, после очевидного провала операции. Тут не те условия, слишком много риска… но они продолжают упорно нас искать. И вот до меня дошло — они боятся. Они так и не узнали почему операция сорвалась и предполагают худшее — этот упырок на чем-то прокололся, потом во всем признался и продолжает петь певчей птичкой. А раз они так испугались — значит, знает он очень немало и нельзя, чтобы он добрался до дома. Но при этом они пока не уверены и все же хотят взять их живьем, а не кусками… Шейна, сжимай уже пальцы… пусть брызнет мозжечковая птичка…
Зарычав, я ударил кулаком в стену:
— УБЕЙ ЕГО УЖЕ!
Встряхнув головой, вскинул глаза и увидел испуг в глазах вжавшейся в угл Сусаны.
— Выдохни — буркнул я, прилагая все силы, чтобы не броситься на все живое в этой каморке и не начать стрелять — Это стресс выходит… у меня либо кровавым поносом — либо через агрессию. Дерьмо… Шейна!
— Да?
— Либо уже убей — либо хватит ему прическу делать!
Шейна медленно разжала руку и экз выпрямился. Покрутив в пальцах пластину, я подкинул её на ладони и спросил:
— А эти трахнутые флеборры быстро плавают по мелководью?
— Более чем.
— Помнишь того подранка в соседней комнате? Ты задела картечью.
— Помню.
— Поймай ее живьем, всади ей в жопу эту пластину и швырни ее в ту шахту мусоропровода которой мы сюда поднялись и где тот поток, что нас едва не унес — приказал я — Поняла?
— Я быстро.
— Давай.
— Ба-ар…
— Уже вернулась? Или я в кому впадал?
— Не убивай его — попросила она — Его надо доставить в башню Браво Бланко живым.
— Нахера мне это?
— Тебя озолотят — за нее ответила Сусана — Ты поднимешься как истинный герой на лифте на верхние уровни башни Браво Бланко, где тебя встретит мой отец… и лучшие наши врачи. Хотя…
— Хотя?
— Тебя озолотят даже если эта гнида сдохнет прямо сейчас — Сусана мило улыбнулась, глядя на одноухого высокородного.
— Госпожа!
— Шейна! — прошипел я — Иди и пихай пластину в жопу с иглами! Или я ее тебе в жопу запихаю и сделаю отвлекающей приманкой! На следующий забег наперегонки с гребаной Выдрой меня просто не хватит!
— Я поняла… ох… — экз шатнулся, сработали гироскопы и он выпрямился — Я в порядке. Я в порядке…
— Да тебя никто не спрашивал, мать твою, в порядке ли ты! Бегом, гоблин! Бегом!
— Кто⁈
— БЕГО-О-О-О-ОМ!…
  
Глава 12
 
Глава двенадцатая.
У меня в глазах что-то взрывалось. Яркое. Радужное. Много. Сквозь эти частые вспышки перед зрачками и комариный писк в ушах, я пытался понять, где нахожусь, но вокруг было черное марево с мигающим на груди жалким светлячком вечной лампы. Руки и ноги остервенело работали, но зачем — этого я не знал…
Что я вообще делаю? Где я?
Комариный писк в ушах перерос в оглушительный вой, чернота вокруг осветилась фейерверком в глазах, вдруг посерела, посветлела и… я вынырнул, ощутил это лишь на инстинктах, пока тонущий в углекислоте мозг медленно крошился внутри черепа, сделал несколько жадных глотков воздуха и… осознал себя достаточно, чтобы придушенно заорать, подзывая идущую мимо длинную лодку.
Загорелые до черноты полуголые парни среагировали мгновенно и оказались рядом в считанные секунды. Крепкие руки работяг выдернули меня наверх и, сжимая что-то в кулаке, я рухнул на дно лодки. Глянул на ладонь, увидел обмотавшую её веревку, вспомнил и захрипел, тыча ей в склонившиеся надо мной лица. Те вроде поняли, сдернули веревку, начали быстро выбирать из воды в четыре руки, пока я с хрипами трясся на дне лодки под лучами палящего солнца.
  
Изумленные вопли… и в лодку одно за другим валятся три привязанных к веревке мертвых тела. С хрипом поднявшись, я с размаху бью ближайшее по щеке. Мотнувшаяся на шее голова ударилась о скамью, а я навалился на труп сверху, надавил на грудь… и меня оттолкнули в сторону. Сверкнули навахи, веревки за секунды были разрезаны, тела встряхнуты, вялые рты разжаты, животы вдавлены и… наружу хлынула вода.