Украсть невесту, или Второй шанс для мажора (СИ)
Сначала мы с Олегом купили ни разу не полезную уличную еду и кофе, потом долго сидели на лавочке на набережной, завтракали и болтали обо всем на свете. В том числе и обсуждали мой дипломный проект, парень даже дал мне несколько весьма дельных советов — в рекламе он разбился прекрасно. И даже затронули совершенно неожиданную тему.
— А тебе никогда не хотелось после окончания университета вернуться сюда? С твоей специальностью работу найти легко, мозги тоже есть, проблем не возникнет.
— Ты что, избавиться от меня хочешь? — с деланным возмущением посмотрела на него я, хотя вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз. Я нередко размышляла над тем, как сложилась бы моя жизнь, если бы не тот чертов случай. Конечно же, никакого Питера бы не было. Я ведь до этого даже и мечтать о таком не смела — уехать в другой город. Ну как я могла? У меня же есть Елисей, Элька, за которой нужно присматривать. Вот только предательство любимого человека сильно расширило границы моего «могу». И пусть тогда я собирала вещи как в тумане, ничего не соображая, но сейчас, четыре года спустя, я помню это так отчетливо, будто стою и наблюдаю за этим со стороны. Глупая, наивная девчонка, так свято верящая в свою любовь и так страшно упавшая с высоты и обломавшая крылья.
— Глупости не говори, прелесть моя, — Олег сцапал мою ладонь и поднес ее к губам. — Куда же я без тебя? Просто интересно. Ты вернулась сюда после нескольких лет отсутствия. Твои впечатления? Домой не потянуло?
— Потянуло, конечно, — я вздохнула. — Я люблю свой город, люблю свою семью, друзей. Но там у меня тоже есть жизнь. У меня есть работа. Ты, в конце концов. И еще я люблю Питер. Там все хорошо, выстроено. Я не вижу смысла это все ломать, чтобы потом начинать все с начала. Жить с чистого листа — страшно и тяжело, уж поверь мне.
Олег ничего не ответил, только крепко сжал мою ладонь. Понял мое настроение. И постарался отвлечь, затащив на аттракционы. А потом уже я его в парк… Так и гуляли мы почти до ночи. Затем пришла пора возвращаться — Олегу надо было ехать в аэропорт. На прощание я крепко-крепко обняла его и сказала:
— Ты самый лучший. Спасибо, что ты у меня есть.
С его уходом стало как-то грустно и пусто. И тогда я подошла к молчаливой ящерке в террариуме:
— Ну что, Зинка, и как нам с тобой жить дальше? И что делать? Может, хоть ты мне подскажешь? Я как-то запуталась.
Но эублефар только улыбался и отвечать не спешил. Кажется, мироздание намекало, что со своими проблемами я должна справляться сама. Эх! Никакой справедливости!
Глава 14
Улыбку эублефара в своем доме я еще могла понять и принять, и даже с удовольствием. А вот улыбку Елисея Керна с утра пораньше — нет. А он был первым живым существом, которого я увидела, поднявшись с кровати и направившись в сторону ванной. Неумытая, лохматая, без макияжа, в короткой пижаме… И если до этого момента я еще существовала в какой-то полудреме, то тут проснулась в момент.
— Керн! — возмущенно воскликнула я, пока тот беззастенчиво пялился на мои ноги и плавно поднимал взгляд все выше и выше, застыл в районе груди, заставив меня покраснеть, а потом вспомнил, что глаза у меня находятся выше. — Ты какого хрена здесь делаешь?
И я очень надеялась услышать относительно адекватный вариант, а не что-то вроде: «На тебя смотрю». Зная Елиса, я вполне могла предположить такой ответ. Хотя… Не стоит ему отказывать в фантазии, потому что он озвучил совсем уж неожиданное:
— Исполняю твои обязанности.
При этом еще и улыбался так нагленько и с подтекстом, что в голову тут же полезли совершенно неприличные мысли. Или это я настолько испорченная? Такую вероятность я тоже не готова исключать. Правда, почему-то моя испорченность проявляется только в компании Елисея Керна, но это уже частности. Просто он будит во мне все самое плохое, вот и все. Других объяснений нет и быть не может!
— Какие еще обязанности?! — возмутилась я. — Керн, ты обалдел?!
На деле же в это состояние пришла скорее я. А он даже бровью не пошевелил. Зато спокойно, как неразумному ребенку или истеричке в психбольнице, пояснил:
— Обязанности дуэньи, конечно. Пока ты дрыхнешь, Арс вполне может совратить Эльку. Ты же потом такого ни себе, ни мне не простишь.
Я себе не прощу, если сейчас его не стукну. Руки так и тянутся. Вот только вступать в прямой контакт прикосновениями не стоит. И без того воображение разыгралось. Мы ведь стоим вдвоем, посередине узкого коридора, и расстояние между нами ничтожно маленькое. Вот только я почему-то не делаю ни шага, чтобы его увеличить.
— Как-то странно ты их исполняешь, — скривилась я. — Из коридора. Или ты за ними шпионишь, чтобы в самый пикантный момент выскочить, как черт из табакерки, и вызвать Ленского на дуэль? Не хотелось бы, откровенно говоря.
— Это еще почему, Лисенок? — он все-таки сделал шаг по направлению ко мне, сокращая и без того малое расстояние. — Беспокоишься за меня?
Эй, стоп, не надо меня трогать! И пусть это вполне невинное прикосновение — Елисей всего лишь отвел от лица мои волосы, будто невзначай коснувшись скулы подушечкой пальца. Однако этого мне хватило, чтобы замереть, завораживающе глядя на него. Как кролик на удава, да. Сейчас он меня того, задушит. Или съест. Или сделает еще что-нибудь, что мне совершенно не придется по вкусу. Или слишком сильно придется, и потому находится под запретом. Черт, Алиска, вредно перед сном любовные романы читать — потом снится всякая непотребщина, и ты даже на Керна начинаешь реагировать слишком бурно.
— Беспокоюсь? — я состроила смешливую гримасу и даже тряхнула волосами в подтверждение своих слов. — Вот еще, Елисей. Ты, конечно, королевич, как говорит Элька, и все такое… Но видишь ли, фамилия у Арсения красивая, даже не поспоришь. Одна проблема — нехорошая у нее репутация, очень нехорошая. Особенно в контексте дуэлей.
— То есть, если что, ты уверена, что я одержу победу? — промурлыкал этот котяра, вызывая ярое желание попросить его отодвинуться под предлогом того, что у меня аллергия на пушистых. Пусть даже это ложь, и он об этом точно знает.
Идиотский диалог! И не менее глупый танец, когда он идет на меня, а я отступаю назад, лишь бы не приблизиться. Он шаг вперед, я два назад. Но ведь когда-нибудь свободное пространство закончится. И что тогда?
— Понимаешь, Елисей, я предпочитаю не рисковать парнем своей любимой сестры, — мягко улыбнулась я, — Мало ли что?
Все. Финиш. В мои лопатки упирается твердая поверхность стены, дальше мне бежать от этого представителя семейства кошачьих некуда. Разве что прорываться с боем.
— Например? — он, сообразив, что загнал меня в угол, опирается о стену руками, напрочь перекрывая мне возможность маневрирования. И губы находятся так близко, что я уже чувствую его дыхание…
— Скажем так, Керн, — сухо проговорила я, стараясь отодвинуться как можно дальше. — Лучше я тебя убью самостоятельно, чем ты пристрелишь Арса. А ты нарываешься, Елис!
На последних словах я уже повысила голос, вот только мой визави не впечатлился. Ни капли. Даже не пошевелился, хотя, по моим прикидкам, должен был отодвинуться. То ли я слишком наивная, то ли еще что…
— Или ты нарываешься, Лисенок, — в тон мне отозвался он, наклоняясь все ближе и ближе. Так, что поневоле начало захватывать дух и снова вспомнились не совсем приличные сны. С его участием, каюсь, грешна. Вот только поддаваться заведомо ложному искушению я не планировала. Собралась с волей, состроила каменную физиономию и рявкнула:
— Керн, я не поняла, ты бессмертный, что ли?!
Если и сейчас никто не соизволит появиться, то я буду страшна в гневе! Хомячки пусть прячутся по углам. Под хомячками, конечно же, Елиса с Арсом подразумеваю. Ну и сестренку еще заодно. Сильно сомневаюсь, что она совсем тут не у дел осталась.
Кажется, мой посыл в космос сработал. С кухни высунулись Эля с Ленским.
— А что это вы тут творите? — с любопытством и едва уловимой насмешкой поинтересовался Арсений. — Да еще и кричите так… Мы в свидетели убийства идти не готовы!