Невинная помощница для альфы (СИ)

Мне страшно. И этот страх не сиюминутный, какой возникал, когда Трэй свирепо смотрел на меня. А пробирающий до костей, сидящий в самой глубине. Ощущение, что надо мной нависает огромная угроза, давит почти физически. Хочу, чтобы все кончилось. Я настолько сильно этого желаю, что мне плевать, сколько мексиканцев перемелют Белые волки, чтобы уничтожить угрозу. Сейчас я пронзительно понимаю Трэя. В этом мире или ты, или тебя.
  
Когда мы заходим в кухню, Том идет к кофеварке, а я подхожу к окну, выходящему во внутренний двор. Мексиканцы же знают, что в этом полицейском участке сейчас собралась вся верхушка Белых волков и несколько десятков самых лучших бойцов. Почему не нападут? Тут мы в ловушке, можно даже измором взять… Наверное, Оливер попросил не устраивать такую уж масштабную бойню, не иначе.
К плечу кто-то прикасается. Едва не подпрыгиваю на месте. Сердце стучит в горле, ладони мгновенно становятся ледяными. Это Трэй. Так задумалась, что не учуяла его запаха. Он протягивает мне кружку. Успокоение наваливается волной слабости, кончики пальцев покалывает от прилившей крови.
— Будешь? — участливо спрашивает Трэй.
Киваю. В горле пересохло, язык не ворочается. Беру кружку. Он хочет еще что-то сказать, но в кухню влетает Хейден и прямиком направляется к нам.
— Я выяснил, как они получают пушки! — произносит бодрым голосом, а глазах пляшут азартные огоньки. — Морем! География деятельности Морских — район порта. Я запросил у Синих данные по грузам, поступающим в порты побережья, и вычислил все, вплоть до дат поставок. Клуб Морских волков был перевалочным пунктом. Теперь, когда его нет, им пришлось арендовать склад!
В его голосе звучит предвкушение, рот кривится в азартном аскале.
— Дай угадаю, через людских посредников, — злобно произносит Трэй.
От него пахнет негодованием и агрессией.
— Все еще серьезнее, — отвечает Хэйден, открывая на телефоне какую-то таблицу. — Склад в собственности Ордена! Выходит, под нас копает даже Орден?
Повисает небольшая пауза. Волки молчат, а я кожей ощущаю ярость Трэя. Я бы тоже злилась, когда человек, с которым ты заключил паритет, отдает тебя на съедение.
— С Оливером я поговорю, — мрачно говорит он. — Ты выяснил, когда следующая поставка?
— Такой информации нет, но Синие обещали сообщить, как только мексиканцы запросят окно для швартовки, — Хэйден, похоже, уверен, что таким образом удастся перехватить груз. — У нас будет полдня, чтобы подготовиться.
Трэй кивает, приказывает главе ищеек начать вычислять гостиницы, в которых селятся мексиканцы, и отпускает. Мы допиваем кофе в молчании, а потом альфа вдруг упирает в меня тяжелый взгляд.
— Посиди на кухне, — он кивает на открытую дверь. — А я кое-что сделаю, и поедем в штаб.
— Что именно? — вырывается первее, чем соображаю, что не стоило спрашивать. Он сам бы сказал, если бы хотел.
— Так, последние приготовления, — озабоченно отвечает Трэй и почти нежно поправляет воротник моей куртки.
Его что-то дико тревожит. А меня терзает вопрос, когда мы поговорим с близнецами. Но я не рискую спрашивать. Чего доброго Трэй снова решит, что я к ним неровно дышу. Хотя отчасти он прав, но не к ним самим, а к информации, которую они могут дать.
— Просто побудь тут, — тихо добавляет он и направляется в коридор.
Провожаю Трэя тоскливым взглядом, напоследок заглядывая в мысли. Ничего хорошего. В его голове возникают пугающие картинки — оружие ящиками, бронежилеты на белых волках, стрельба, горящие машины. Он думает о войне, и мне становится совсем жутко.
***
Проходит много времени. Я, наверное, уже час сижу в кухне. Время от времени заходят бойцы, едят пончики и пиццу из открытых коробок на столах, готовят кофе, пьют воду, а Трэй все никак не возвращается. Аппетита нет. Меня пропитывает нервозность — что ж можно делать столько времени?!
В коридоре раздаются знакомые шаги, но, кажется, не моего альфы. Вскоре в кухню заходит Эван. Получается, Трэй решил отправить меня в штаб отдельно?
— Пойдем, Шона, — мой нянь говорит нарочито доброжелательно, а в мыслях у него почему-то один из микроавтобусов, на которых ездят отряды бойцов. — Трэй приказал мне доставить тебя в штаб.
Шона
По спине стекает холод. Встаю, как велено, но не могу не спросить.
— А он? Можно мне его увидеть? — интонация получается писклявой. — Я без него поеду?
— Трэй сейчас занят, — голос Эвана начинает скрипеть металлом. Во взгляде знакомая тяжесть. — Пойдем, или я просто понесу тебя.
Чувствую себя Лючией, которой Трэй однажды сказал, что Дик ее отнесет в спальню, если она не пойдет сама. Это было сразу после покушения. Похоже, и меня он сейчас отправляет отдельно, чтобы защитить. Опасается, что на его машину нападут? Смекнул, что волки Грозы точно знают наше местоположение и лишь чудом еще не осадили участок.
Выхожу из кухни вслед за Эваном и в коридоре замечаю альфу с заместителями. Облачаются в бронежилеты. Черт. В желудке становится горячо, к горлу подкатывает тошнотворный страх. Все настолько серьезно, что даже Трэй считает правильным подстраховаться.
До последнего сворачивая голову, смотрю на него, надеюсь поймать взгляд, но альфа слишком увлечен обсуждением чего-то с Тиггером. Когда оглядываюсь, вижу, что Эван ведет меня не к главному входу в участок, а в сторону камер. Оказывается, там есть еще один выход, похожий на пожарный. Дверь металлическая с длинной ручкой на все полотно. Нянь открывает ее передо мной и показывает на черный микроавтобус с решетками на окнах.
— Ч-что? — само срывается с губ. — Я поеду в этом?..
Звучит не так, как я хотела сказать, я не возмущалась, а удивилась… но Эван почти звереет.
— В этом, Шона, — рычит и жестом приказывает мне залезать в кузов через распахнутую заднюю дверь. — Хватит уже выкобениваться! Ничем не хуже седана, только враг не будет знать, в какой ты машине!
Эван сажает меня к самой кабине, пристегивает ремнём безопасности, как в гоночных автомобилях. Сам опускается в кресло напротив. Через несколько минут внутрь залезает ещё десять бойцов. Салон забивается до отказа. Последний захлопывает дверь, и Эван стучит в перегородку, за которой находится кабина. Машина трогается.
От бойцов пахнет сосредоточенностью и адреналином. Все чувствуют опасность. Ждут нападения. У меня по коже тоже бегут мурашки. Прекращаю заглядывать в мысли к бойцам — там только кровь и смерть.
***
Дорога до Даунтауна занимает около сорока минут. По пути в офисный центр на наш автобус никто не напал, хотя все были на взводе. В подземном паркинге Эван помогает мне выйти и провожает в штаб, на десятый этаж. Велит оставаться в комнате до приезда Трэя, обещает сам быть в соседней.
Привычно подчиняюсь, хотя душа не на месте. Очень тревожно за альфу. Умом-то я понимаю, что вряд ли мексиканцы станут действовать так явно, тем более, что их меньше. До этого они пытались уничтожить Трэя исподтишка, растаскивая союзников, откусывая по кусочку. Но все равно в груди пульсирует тяжелое предчувствие, что грянет война, и именно сегодня улицы Лос-Анджелеса обагрятся кровью.
Сегодня в штабе многолюдно. Сидя в своей комнате, я слышу шаги за дверью, приглушенные разговоры, шум чайника и кофемашины из столовой. Начинает хотеться есть, но страх выйти и оказаться в окружении множества пропитанных адреналином белых волков пересиливает. Никто не рискнет покуситься на волчицу альфы, а вот на засланную чужачку с неизвестным даром — запросто. Тем более, после того, что в плен угодили двое волков моей породы.
Время идет, и голод становится совсем невыносимым. Наконец не выдерживаю. Выхожу в коридор. Мимо проходят несколько бойцов в полной экипировке и не обращают на меня ни малейшего внимания. Похоже, все страхи я себе надумала… Стучу в комнату к Эвану. Он открывает через долгую минуту. Бледный и взъерошенный. Не могу удержаться, заглядываю в мысли. На картинке, которая там крутится — изрешеченный пулями внедорожник альфы.