Боксер-7: назад в СССР (СИ)

Вообще говоря, такой расклад меня не совсем устраивал. Я, конечно, был очень рад за своего друга, но все-таки не забывал и о собственных целях. Тем более я уже успел привыкнуть, что без меня не обходится ни одно значимое событие в жизни «Динамо».
— Григорий Семенович! — я потянул тренера за рукав. — Можно вас на минутку?
— Можно хоть на две, — улыбнулся Григорий Семенович. — Чего тебе?
  
— Слушайте, ну Сенька — это, конечно, здорово и правильно… — я решил не тянуть кота за хвост и сразу дать понять о своих намерениях. — Но почему не я? Я тоже хочу выступить на этой встрече!
— Мишка, — улыбнулся Григорий Семенович. — Ну естественно, ты был первым, о ком я вообще подумал! Но ведь там-то будут пацаны только начиная от полутяжелого веса, то есть от 75 килограммов! А ты на последнем взвешивании до семидесяти и то не дотянул! Ты элементарно по весу не проходишь!
— Ну и что? — упрямо продолжал я. — Значит, выступлю с недовесом.
— Миша-Миша, — Григорий Семенович покачал головой. — Ну ты же понимаешь, что такое спорт, что в нем есть определенные правила, и нарушать их нельзя. Честное слово, ну невозможно же выступать вообще везде, независимо от требований к выступающим!
— А мне везде и не надо, — парировал я. — Мне нужно конкретно здесь. Я уверен, что моих навыков хватит, чтобы хорошо выступить, а что касается веса — если это будет критично, то впоследствии наберу.
— И как ты себе это представляешь, интересно? — с едва заметным раздражением переспросил Григорий Семенович. — Что, мне нужно приехать на это мероприятие, разыскать там начальство и потребовать от них изменить условия выступлений, потому что один из моих воспитанников хочет показаться?
— Но ведь в любом правиле бывают исключения, — заметил я.
— Бывают, кто же спорит, — согласился Григорий Семенович. — Только вот всякий раз рассчитывать на то, что именно ты будешь исключением — это, знаешь, не очень надежная тактика.
— Григорий Семенович, — я настаивал на своей правоте — ну давайте хотя бы попробуем! Я, конечно, не знаю тех людей, которые устраивают эту встречу, но вряд ли они откажутся от участия чемпиона Европы! Простите меня за нескромность, но это же любому мероприятию веса придает, если уж на то пошло!
Григорий Семенович с сомнением посмотрел на меня.
— Мда, — наконец произнес он. — Ты ведь не успокоишься. Ладно, давай сделаем вот как. У меня сейчас в тренерской сидит еще один тренер — из ЦСКА. Собственно, именно он и предложил мне поучаствовать в этой встрече, и специально приехал сюда, чтобы захватить нас на выступление. Давай я сейчас с ним поговорю насчет тебя. Если он одобрит — поедешь. Если нет — ну извини, брат, не все в этой жизни зависит от нашего с тобой желания.
Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться. Григорий Семенович зашел в тренерскую, откуда тотчас же послышались голоса. Судя по отдельным долетавшим до меня словам, наш Семеныч пытался убедить гостя, что Сеня, конечно, прекрасный боксер, но и меня нельзя лишать шанса лишний раз себя продемонстрировать.
— Да он у тебя и так по всем чемпионатам уже выступает, — возражал незнакомый мне голос.
— Ну правильно! — парировал Григорий Семенович. — А ты думаешь, что это просто так происходит, само по себе? Пацан-то ведь действительно сильнее остальных! Нам американцев победить нужно или смотр устроить?
В итоге прошло еще минут десять тренерских споров, прежде чем дверь снова распахнулась, и ко мне вышел раскрасневшийся Григорий Семенович.
— В общем, мы тут поговорили и решили вот что, — сказал он мне с серьезным видом. — Поскольку ты не соответствуешь условиям по весу, то нужна веская причина, чтобы позволить тебе участвовать в матчевой встрече. А у них есть свой такой же пацан, который претендует на выступление. Он весит как раз что-то около восьмидесяти килограмм. Поэтому сейчас мы все вместе отправимся в ЦСКА и поставим вас в спарринг. Если ты сумеешь его победить, то выступишь на встрече с американцами. Идет?
— Идет, — с готовностью кивнул я.
Конечно, два выступления вместо одного подразумевали двойную нагрузку, но где только наша не пропадала!
Приехав вместе с тренерами в ЦСКА и выйдя в зал, я увидел своего нового соперника. Да, что и говорить, парнишка был действительно очень мощный! Увидев меня, он слегка улыбнулся, как бы давая понять, что для него одолеть такого противника с недовесом — все равно что раз плюнуть.
«Да, перевес нехилый», — подумал я. «Значит, силой взять вряд ли получится».
— Ну что, Мишаня, — Григорий Семенович, кажется, буквально прочитал мои мысли. — Ты теперь уже знаешь, как нужно действовать в таких случаях.
— Знаю, Григорий Семенович, — кивнул я. — Калач-то уже тертый.
— Давай, сынок, — подытожил тренер, легонько подталкивая меня в сторону ринга. — Я в тебя верю!
Мой противник выглядел уверенно и даже немного самодовольно. Это и неудивительно: со стороны наш спарринг выглядел, как будто против огромного профессионального боксера выставили начинающего школьника. Ничего, сейчас мы увидим, кто из нас здесь больший профессионал!
Я решил применить свою излюбленную тактику, которая уже много раз меня выручала в сложных боях: заставить соперника выдохнуться. Мне повезло: парнишка явно был хорош в силовой тактике, но ему не хватало тактической гибкости.
Я начал передвигаться по рингу, при этом постоянно меняя дистанцию. На те из его ударов, которые до меня все-таки долетали, я контратаковал и проводил встречные двойки. Затем так же неожиданно увеличивал дистанцию.
В результате мой соперник окончательно запутался, что усугублялось и его физическим состоянием. из-за моей постоянной смены тактики у него уходило все больше и больше усилий на то, чтобы меня атаковать. Так что уже через минут десять спарринг был завершен моей победой.
— Молодец, Мишка! — широко улыбаясь, объявил Григорий Семенович. — Вот так всегда и надо — использовать силу более мощного противника против него самого! Смотрю, ты уже усвоил эту хитрость!
— Стараюсь, — скромно ответил я.
— Да, Семеныч. — подошел к нам тренер ЦСКА. — Грамотных кадров ты выставляешь! Хоть и не в своей весовой категории, а погляди как работает! Таким макаром он и всех тяжеловесов еще раскидает!
— А ты думал, — с гордостью отозвался Григорий Семенович. — Мы еще и за Олимпиаду с ним поборемся!
  
Глава 15
 
Я не случайно приложил столько усилий, чтобы попасть на матчевую встречу. Такие встречи между боксерами СССР и США имели давние традиции и проводились еще начиная с шестидесятых годов. Причем эти традиции сохранялись вне зависимости от того, в какой стадии на данный момент находились отношения двух супердержав. Хотя именно сейчас жаловаться в этом смысле было не на что — знаменитое взаимное бойкотирование Олимпиад состоится чуть позже, а пока продолжалось очередное потепление.
Поэтому матчевая встреча вызывала интерес в обеих странах на самых разных уровнях — я, например, точно знал, что за подобными событиями наблюдают в Кремле. Более того, несмотря на то, что эти встречи носили товарищеский характер, Государственный комитет по спорту рассматривал их как международные соревнования (то же отношение было к ним и в США). Соответственно, за участие в этих соревнованиях платили очень неплохие деньги. И хотя заработок не являлся моей основной целью в боксе, я в этом отношении никогда не был ханжой, и считал, что деньги лишними никогда не будут.
В общем, участие в такой встрече было не просто очередным выступлением, а, как бы сказали в следующем веке, статусным мероприятием. Если спортсмен выступает на матчевой встрече, то это автоматически означало, что его рассматривают как основного в советской сборной. И, конечно, то, что на эту встречу выдвинули меня и Сеню, было для нас не просто огромным шагом вперед — мы перепрыгнули сразу через несколько ступенек!
В случае с Сеней, правда, сыграло свою роль везение — тяжеловес, бывший в тот период основным в сборной СССР, восстанавливался после травмы, и требовалась срочная замена. Ну а что касается меня — мне удалось доказать, что на данный момент я являюсь одним из лучших боксеров в своей весовой категории.