Поцелуй небо (ЛП)

Я кривлюсь, пытаясь найти подходящий ответ и никого не обидеть.
А потом я нажимаю «Отправить».
 38. Роуз Кэллоуэй  
 . 
  Коннор:   Я бы трахнул, женился и убил тебя.  
О. Он так просто не отделается. Он заставил меня признаться, что я бы трахнула дерево, убила апельсин и вышла замуж за книгу. Он меня не обманет. Я же была честной с ним.
Держа телефон в одной руке, я пытаюсь отправить ему ответное сообщение и защелкиваю свои туфли на высоких каблуках на лодыжках. Мои старые серебристые туфли предали меня сегодня. Каблук сломался, когда я спускалась по лестнице, так что мне пришлось спешно искать альтернативу, которой оказались черные туфли на каблуках со слишком большим количеством пряжек.
— ЛИЛИ! — кричу я.
После долгой паузы она отвечает.
— Я НЕ ВЫЙДУ!
Я поджала губы. Я забыла. Лорен и Лили изолировали себя на трое суток в своих комнатах. Они ждут, когда Скотт извинится за выходку с «Супер Майком XXL» и вообще за все гадкие комментарии, которые он говорил Лили. Я думаю, что последней каплей было то, что он сказал ей «пойти отсосать член» с рядом стоящим Ло. Просто чтобы начать драку.
Вместо того, чтобы напасть на Скотта, они оба затаились в своих комнатах, перехитрив его. Ему не удается снять ни одного кадра с этой парой, разве только когда они пробираются в ванную. Я не знаю, как они едят, потому что ни я, ни Райк не будем участвовать в этом безумном заговоре. Изоляция от нас — это способ усугубить их зависимость. Мне это не нравится, но я не могу их заставить выйти, не дав при этому победить Скотту.
У меня есть подозрение, что Дэйзи и Коннор снабжали их необходимыми для завтрака продуктами и едой, приготовленной в микроволновке. Я застала Дэйзи с тремя пустыми мисками хлопьев в руках. А поскольку ее фотосессия для Marco Jeans быстро приближается, я очень сомневаюсь, что она ест так много.
И я не могу позвать Дэйзи сюда. Ее нет в таунхаусе. За последние две недели я видела ее в лучшем случае всего три часа. Так как она была занята школой и моделингом. Я спросила у охранников, когда Дэйзи вчера вечером вернулась домой, и они сказали, что в три часа ночи, потому что она ехала домой из Нью-Йорка. Плюсы богатства: у нас есть семейный водитель, которым каждый из нас может воспользоваться, если захочет, так что никому не приходится беспокоиться о том, что она заснёт или будет пить за рулём. Но это вряд ли поможет уменьшить другие заботы, которые я испытываю о своей младшей сестре.
Саванна направляет на меня свою камеру и смотрит так, будто хотела бы помочь мне с каблуками. Я попросила всех операторов любезно оставить нас в покое, пока мы с Коннором будем с его матерью, которая не хочет, чтобы ее снимали. Они все любезно согласились, и Коннор попросил охранника прочесать лимузин, чтобы убедиться, что там нет скрытых камер.
Кроме Саванны, в гостиной находится только Райк. Он пьет воду из бутылки, его руки покрыты мелом после восхождения на какую-то гору.
Я не шучу.
Он делает это ради забавы. Без веревок. Без страховки. Он такой же сумасшедший, как и моя младшая сестра.
— Райк, — говорю я самым фальшивым девичьим голосом, на который только способна. — Не мог бы ты мне помочь? — я чувствую себя так, будто только что подавилась косточкой от бифштекса.
Он кивает, и я забываю, что он не его брат. Он не собирается спорить со мной. Слава Богу. У меня нет на это времени. Он опускается на колени у моих ног, и прежде чем он касается моих пяток, я вздрагиваю.
— Что? — грубо спрашивает он.
— У тебя грязные руки, — я сморщила нос.
Он смотрит на меня, вытирая остатки мела об бордовый ковёр.
Я сморщиваюсь еще больше. Мой бедный ковер. Но если бы мне пришлось выбирать между ковром и каблуками, я бы всегда выбирала каблуки.
Он поднимает руки, чтобы показать, что они слегка чистые. Отлично. Придется это сделать. Я снова выставляю ноги, и он застегивает ремешки на лодыжках, пока я пишу Коннору.
 
  Роуз:   Я не занимаюсь сексом с обманщиками.  
Это должно заставить его ответить правдиво.
Мой телефон пикает, но новое сообщение не от него.
  Мама:   2 месяца и 13 дней. 
— Кто-то умер? — спрашивает Райк.
Я смотрю на него, нахмурив брови.
— Ты выглядишь расстроенной, — уточняет он, возясь с последней застежкой.
— Беспокойся лучше о моих каблуках, — огрызаюсь я.
Он качает головой и издает короткий раздраженный смешок, после чего встает.
— Закончили, ваше высочество.
Я разглаживаю платье, направляясь к двери.
— Спасибо, — видите, у меня есть манеры. — Постарайся не испачкать диван, пока меня не будет.
Перевод: Иди прими душ.
— Я тоже тебя люблю, Роуз, — говорит он с натянутой улыбкой.
Мои губы поджимаются, когда я выхожу на улицу и спускаюсь по кирпичной лестнице. Лимузин стоит на улице, и мне нужно пройти мимо нескольких охранников, чтобы попасть туда. Лучше бы он написал мне до того как я сяду.
Словно прочитав мои мысли, он наконец-то принял настоящее решение.
  Коннор:   Трахну. Убью. Женюсь. 
Он бы трахнул Дэйзи.
Убил Лили.
И женился на мне.
Он едва дает мне время обдумать это, прежде чем снова отправляет смс.
  Коннор:   Ло, я, Райк. 
Теперь мне нужно выровнять ситуацию.
И сделать это довольно просто.
  Роуз:   Убью. Выйду замуж. Трахну. 
Я посылаю почти такой же ответ, как и он. Теперь, думаю, я готова встретиться с его матерью. Я делаю глубокий вдох. Это не может быть тяжелее, чем признаться в том, что я бы трахнулась с Райком Мэдоузом, или услышала, что твой парень хочет убить твою родную сестру.
По сравнению с этим все будет просто.
Верно?
 39. Роуз Кэллоуэй  
 . 
— Не могу поверить, что я это сделала, — говорю я с широкими, остекленевшими глазами, моя грудь поднимается и опускается так сильно, что кажется, будто я в двух шагах от гипервентиляции. Мы забираемся обратно в лимузин Коннора после ужина, который длился буквально десять минут. Мы даже не успели заказать еду. — Я опустилась до уровня ребенка.
Коннор улыбается, это первая настоящая улыбка за весь вечер. Он берет бутылку шампанского из ведерка со льдом, пока лимузин трясется по дороге.
— Здесь нечего праздновать! — кричу я и шлепаю его по руке, когда он откидывается назад рядом со мной.
— Я праздную тот факт, что ужин закончился на семьдесят минут раньше, чем я ожидал, — его ухмылка охватывает всё его лицо.
Я в недоумении смотрю на него.
— Твоя девушка только что вылила вино на шёлковую блузку твоей матери!
Он пытается сдержать смех. Но ему это не удается.
— Это не смешно, — говорю я. — Она, наверное, стоит целое состояние. Можешь передать ей, что могу я отдать ее в химчистку или заменить на ту, которую она захочет.
Мне не было так стыдно с шестого класса, когда мы поехали в Смитсоновский музей науки. У меня тогда начались месячные, и чтобы сделать это событие ещё более запоминающимся, глупый мальчик показал пальцем и сказал мне, что мой Уран кровоточит(с англ.Uranus - Ur anus - твой анус).
Хотя могло быть и хуже. В этом сценарии я была самой незрелой.
— Я поговорю с ней, — спокойно говорит он. Я выдохнула с облегчением. — Я дам ей знать, что полностью поддерживаю твое решение вести себя как ребенок, и если бы ты этого не сделала, то это сделал бы я.