Нити судьбы. По ту сторону барьера

– Дарий, вы будете моим кайнарис.
«Какого черта! Что тебе нужно?! Выбери другого!»
Он крепко сжимал зубы, опасаясь начать говорить. Взгляд замер на её тонкой шее, которая манила, уговаривая… Одно движение его сильных, тренированных рук, и сотни магов разом освободятся от её дикости. Любой Инквизитор будет лучше её.
– Ответите мне что-нибудь? – Её бровь в насмешке взлетела вверх, словно издеваясь.
  
– Я не хочу быть кайнарис. Ни вашим. Ни чьим-либо ещё, – выдавил из себя Дарий.
– Почему? – безэмоционально поинтересовалась она, медленно поднимаясь со своего стула. – Это честь…
Освобождение людей Эарендила. Новый Инквизитор. Вина перед Виолой, что терзала душу каждый день. Тренировка, и пострадавший Эмин. Алий, которого посадили под стражу из-за него. Вчерашний сон, про который он запрещал себе думать, но который изводил его ревностью. И вот теперь великая честь! Это стало последней каплей. Он всплеснул руками, гнев вырвался наружу.
– Какая, к черту, честь? Быть марионеткой без прошлого? Чтоб в моей голове копались за несколько дней свободы, которую предоставляют в поощрение за службу? Да гори она огнем, такая свобода! Меня устраивает всё именно так, как оно есть!
– Вас не будут лишать памяти, какое бы вы задание ни выполнили. Слово Инквизитора. По крайней мере, пока я занимаю этот пост.
Он ошеломленно на неё уставился, открывая рот. На него словно вылили ушат ледяной воды. Дарий не мог поверить в то, что услышал. Что у неё за юмор такой?!
– Вы же знаете заклинание обещания, которое нельзя нарушить. Проведите его, если согласны принять моё предложение, – продолжила она.
– Почему я? – оторопело произнес он, всматриваясь в её лицо, ища там признаки безумия, влечения, веселья… Хоть чего-нибудь, что объяснило бы её предложение.
– У вас есть те качества, которые должны быть у моего кайнарис. – Она стояла ровно и позволяла ему таращиться на неё, давала время осознать сказанное.
Тысячи разных мыслей разом ворвались в его сознание. Но главной была одна. У него будет время без контроля. Без команды. Только один. И он сможет найти Лайю, не ставя её жизнь под угрозу. Прошлый сон вторгся в его создание болезненным воспоминанием. Дарий скрипнул зубами. Даже если это по какой-то безумной причине правда, он не отдаст Лайю Эарендилу. Это его ведьма.
– Я согласен, – сказал он, и леди Ивори улыбнулась.
Дарий с удивлением отметил, как преобразилось её лицо, становясь более живым и привлекательным. Пока она не передумала, он быстро прочел заклинание, и их соединенная кровь подтвердила данное леди Ивори обещание.
– Поздравляю, Дарий, вы – мой кайнарис.
Она, всё ещё улыбаясь ему, протянула руку для поцелуя. Он коснулся губами её холодной маленькой руки.
– К вашим услугам, Инквизитор.
 
Глава 7
 
Королевство Иллинуя. Земля за барьером.
938 год Века Дракона.
Лайя, Тэруми и Чонсок не оставляли надежды отыскать место, которое бы открыло проход обратно. Фенрис же в этом участие не принимал, делал лишь замечание, когда его спутники отходили от него далеко. Первой сдалась Лайя.
– Назад ведь пути нет? – И хоть на него она не смотрела сейчас, было и так понятно, что вопрос адресован Фенрису.
– Скорее всего, – задумчиво ответил эльф, а потом всё же подошел к едва видимой прозрачной стене и коснулся рукой. – Не могу понять, что за силы питают эту стену. Они кажутся мне знакомыми и незнакомыми одновременно.
– Возможно, это поддерживают маги, что живут здесь? – предположила Лайя.
– Или эльфы, – добавила Тэруми, вспоминая привратника.
– Какая разница, – вклинился в размышления остальных Чонсок. – Нам нужно добраться до ближайшей нормальной земли и людей, если такие ещё здесь остались.
– Давайте уже посмотрим, что ждет нас впереди, – как можно оптимистичнее сказала Лайя, поправляя сумки и оружие. – Может, ещё рано паниковать.
Тэруми иронично хмыкнула и отправилась вперед. Чонсок поспешил нагнать её. Фенрис посох не стал убирать. Оружие мага при движении иногда касалось черной земли, издавая глухой звук. В иной раз Тэруми непременно пошутила бы по этому поводу, но окружающий лес напрочь отбивал желание юморить.
Земля под ногами потрескалась от недостатка влаги. Деревья, окружавшие их, стояли скрюченные, без листвы, и протягивали свои ветви, как руки, к небосводу, словно моля о помощи. Небо над головой было затянуто плотной пеленой облаков, создавая полумрак, несмотря на то что было раннее утро.
– На Гиблый лес похоже, – заметил Чонсок спустя время.
– Не совсем, – отрешенно проговорил Фенрис, пребывая в ещё большей задумчивости, чем обычно. – Земля здесь мертва. Нет живых энергий.
– Насколько это плохо? – решила уточнить Тэруми.
– Люди с даром используют свою особую внутреннюю силу для связи со стихией и для колдовства. Но магия не рождается сама по себе, мы вытягиваем её из внешнего мира. На этой земле ничего нет. Я едва могу колдовать. Подозреваю, что магия, которая держит столько лет этот барьер, убивает землю, вытягивая из неё силы.
– А учитывая, сколько лет прошло с Великого раскола, вся земля за барьером может быть такой? – предположил Чонсок.
– Возможно.
– А вот сейчас для паники самое время. – В голосе Тэруми причудливо смешалось охватившее её нервное веселье и ужас.
Лайя зашептала заклинание, золотисто-черные вихри едва выбрались из земли, как сразу же погасли. Она опустилась на одно колено и коснулась земли, желая ощутить отклик, а потом подняла глаза, полные ужаса, на Фенриса. Что бы кому ни говорила, она представляла землю за Полосой отчуждения чем-то вроде рая. Местом, где рожденные с даром люди свободны и счастливы. Поэтому разочарование от открывшейся реальности было настолько велико, что мыслить рационально у неё не выходило. Она была готова броситься обратно к стене и искать выход до тех пор, пока есть силы.
Порыв Лайи Фенрис угадал и взял за руку, поднимая и притягивая к себе.
– Если здесь есть хоть кто-то, мы его найдем. Если ничего нет, то найдем способ вернуться, – прошептал он ей на ухо. – Всё будет хорошо. Я рядом.
– Говори, угрюмый, говори… – пробормотала Тэруми, что тоже услышала его слова, и стала растирать свои озябшие от страха плечи. – Прямо бальзам на душу…
Чонсок подошел и обхватил её, обнял со спины, наклонился и прижался щекой к её щеке.
– Я не верю, что наша с тобой история вот так закончится, – твердо сказал ей Чонсок. – Поэтому отставить панику танэри, пойдем искать людей.
– Боги с ними, с людьми, еды надо найти, – уже более спокойным голосом ответила Тэруми, нежась в его объятиях. – У нас с собой достаточно провизии, но дольше недели вряд ли получится бродяжничать.
Заключение Тэруми было здравым, поэтому в путь отправились немедленно: чем скорее выйдут из мертвой зоны, тем лучше.
К окружающей природе, вернее, её останкам, они привыкли довольно скоро. Длительных остановок не делали, и, несмотря на голод, не ели, единогласно решив, что можно обойтись небольшим перекусом перед сном.
– Знаете, о чем я подумала? – спустя почти полдня молчаливого хода раздался вдруг веселый голос Тэруми. Лайя и Фенрис вздрогнули, вырываясь из плена своих тяжелых мыслей. Чонсок бросил на девушку теплый взгляд, становясь счастливым от одного только звука её голоса. – Прошел почти год с момента нашей первой встречи, а ничего не изменилось. Мы снова куда-то идем. Вчетвером. Впереди неясные цели и бесконечная дорога. Пешком. Может, это и есть наша судьба? Вот такая жизнь?
  
– Меня такое не устраивает, – категорично ответил Чонсок. – Я не хочу жить, скитаясь. Мы найдем место, которое станет нашим домом.
– А мне всё равно, – сказала Тэруми и небрежно пожала плечами. – Мой дом там, где вы! Или, как говорит Лайя, вы и есть мой дом! – Она чуть сместилась и обняла Чона за талию, заглядывая ему в глаза и посылая нежную улыбку. – Но если ты этого так хочешь, то найдём мы, где жить.