Салон «Побрей Дракона»

Уйти бы, да нельзя. Вернидуб мне весь мозг выскоблит, если посмею его ослушаться. Поэтому сердито махала шваброй, больше разгоняя грязь по углам, чем сметая в кучу. А мажоры продолжали потешать надо мной. Обидно до невозможности. И хотя я обещала себе сдерживаться и не влезать в конфликт с этими придурками – не выдерживаю.
– Свитти, может, примешь нас? Мы тебе денежку дадим, – потешалась Лиана, достав из кармана медяк, – смотри какая. Кругленькая. Может, хоть платье себе приличное купишь.
  
– Э нет, дорогие мои. Можешь, конечно, попробовать записаться, но не обещаю, что найду время на тебя и твоих прихвостней. Да и не привыкла я работать с такими пустоголовыми экземплярами. Тебе на ферму надо, туда, где овец стригут. Самое то.
Она тут же подобралась и прошипела:
– Да ты знаешь, что я с тобой сделаю, проходимка сельская?
– Ничего, – демонстративно перехватываю швабру, – потому что кроме как губы дуть и волосами трясти, ты ничего и не умеешь. И подружки твои бестолковые. И дружки.
Это я, конечно, нарывалась. Могут и еще как. Цвет академии, сильные маги, кое-кто даже дракон. Но это не значит, что я буду перед ними прогибаться и угодливо улыбаться, позволяя себя пинать. Перебьются.
– Что здесь происходит?
От дальнейшего конфликта меня спасло возвращение Вернидуба. Он кинул нас всех требовательным взглядом и строго спросил снова:
– Что здесь происходит?
– Да вот представляете, понаехали тут из своих деревень и выпендриваются, – пожаловалась Лиана, – ни кола, ни двора, зато гонору выше крыши.
Я невольно покраснела, потому что дорогой профессор глянул на меня уж очень недобро.
– Свитти, вы закончили?
– Да, – кротко ответила я, незаметно отпихивая носком ботинка скомканную бумажку от конфет.
– Тогда можете идти. И не забудьте про завтрашнюю отработку.
– Хорошо, профессор.
Я забрала свою старенькую сумку с потертыми ручками и сбежала из аудитории, чувствуя, как все остальные смотрят мне вслед.
После столкновения со старшекурсниками мое настроение сильно ухудшилось. Как они меня раздражали! Словами просто не передать. Но еще больше раздражала прошлая Свитти, которая не смогла дать отпор и нажила себе врагов в лице местной золотой молодежи.
Надо было сразу их всех посылать далеко и надолго, а не писать трактаты о любви дракону и не сочинять оды о его прекрасных глазах. Дурища. Она там страдала романтической дребеденью, а мне теперь разгребать все это.
На зельеварение я прибежала с опозданием в пятнадцать минут, уже окончательно смирившись с тем, что получу нагоняй и очередную отработку.
Профессор Лайон встретил меня холодным сарказмом:
– Свитти! Зачем же так торопиться? Еще только ползанятия прошло, а вы уже здесь. Балуете нас. Не знаю, как остальные, а я польщен.
– Простите, – я виновато потупила взор, – у нас занятия были в башне, меня задержали… я бежала…
Чуть склонив голову набок, он смотрел на меня, с участливой улыбкой ожидая продолжения. И я поняла, что бесполезно.
– В общем, извините, пожалуйста. – Нет смысла оправдываться. Я опоздала, и это только мои проблемы. – Больше этого не повторится.
Наверное. Но это не точно.
– Садитесь на свое место, Кейт. И учтите, вас ждет…
– Отработка, – обреченно прошептала себе под нос, заканчивая фразу вместо него.
Он услышал и кивнул:
– Вот видите, вы и сами все прекрасно знаете. Горжусь вами.
Язвительный мужик. Нет бы промолчать, так ведь обязательно подковырнет.
В общем, день не задался. Стычка с Лианой и ее прихлебательницами, две отработки и вдобавок натертая пятка из-за забегов из одного крыла в другое.
Очень хотелось лечь, накрыться одеяльцем и поплакать, но я должна была явиться в кухню на вечернюю смену. Меня ждала гора немытой посуды, уборка и мои любимые сальные котлы. Есть отчего впасть в уныние.
После занятий я спустилась в свой темный пустынный подвал, зашла в свою темную унылую комнату и приуныла еще больше.
Хотелось праздника. Такого чтобы душа сначала развернулась, а потом завернулась обратно. Вот только где этот праздник взять?
Хотя стоп! День рождения же скоро у близняшек! Эта мысль немного взбодрила. А там еще и поход в город, и выбор подарков. Хоть какой-то лучик света в этом царстве печали и уныния.
В коридоре напротив кому-то было весело. Я слышала голоса, смех, а потом… стук в мою дверь.
Не совсем понимая, кто это может быть, я открыла и выглянула наружу. Никого. Пустынный коридор.
Из нового – только лист бумаги, приклеенный к моей двери.
– Что за…
Там было изображено непотребство.
А именно: толстый карикатурный мужик, стоящий к зрителю спиной. Портки приспущены, и из них выглядывает лохматый зад.
И слоган:
«Отрастил себе кусты?
К Свитти сразу иди ты.
И почешет, и помнет.
И в п-семь она живет».
Зашибись! Дрожа от негодования, я сорвала дурацкий лист со своей двери и пробежала вперед в надежде, что увижу того, кто мне это безобразие налепил.
Бесполезно. Шутников и след простыл
– Сволочи! – прокричала я во весь голос, надеясь, что меня все-таки услышат, и поплелась обратно к себе.
Доказать не могу, но знаю, что это дело рук Лианы и ее друзей. Пожаловаться бы, да некому. Никто не будет защищать бедную сиротку из провинции, когда против нее лучшие ученики, цвет академии.
 
Глава 4.
 
На следующий день мне предстояло самое нудное занятие на свете – отработка у профессора Вернидуба. Я уже заранее предвкушала, как поползу наверх по бесконечным ступеням, как встретит меня профессор с постной физиономией. Наверняка в очередной раз отчитает, потом заставит разбираться в пыльном чулане и подклеивать старые карты. И все это под его непрестанное бухтение.
А если звезды сойдутся особенно неудачно, то в башне окажутся старшекурсники, и тогда мне предстоит очередное купание в грязи и публичное унижение. А у меня и так терпение уже на исходе. Я уже как только вижу Лиану и ее компанию, так трястись начинаю. Еще Кай этот со своими темными глазищами, которые как будто в душу смотрят. И я сейчас вовсе не восхищаюсь и не предаюсь романтическим бредням. Нет. Меня не покидает чувство, что он рассматривает меня, пытается что-то понять.
А еще он перестал меня задевать. Раньше Свитти постоянно от него прилетало, а тут как подменили. Меня это напрягало. Настолько, я даже начала от него шарахаться – едва появлялась его темная макушка, как я сворачивала в первый попавшийся закуток и ждала, когда несносный драконище уйдет. И уж совсем не хотелось повстречаться с ним или с кем-то из его приближенных на этой проклятой отработке.
В общем, к башне я плелась, едва переставляя ноги и пытаясь хоть как-то взбодрить себя мыслью о том, что вечером с девочками пойдем в город за подарками. Однако на входе в башню весь мой позитивный настрой окончательно завял.
– Ну, здравствуй, гадина, – прошипела я, с ненавистью глядя на лестницу.
Всего семьсот тридцать две ступени. Справлюсь.
– Я ее ненавижу, – раздалось рядом со мной.
Я обернулась и увидела, что голос принадлежит высокому худощавому парню.
Он стоял чуть позади меня и, заправив руки в карманы, уныло смотрел туда же, куда и я. Впечатление он производил так себе. На нем были серые брюки и какая-то неопрятная рубаха. Русые волосы длиной чуть ниже ушей взлохмачены так, будто никогда не видели расчески, в зеленых глазах – вселенская печаль. Нос с горбинкой, широкий подбородок с ямочкой посередине, губы, сжатые в тонкую линию. Все это не делало его красавцем, но и неприятным его назвать было нельзя.
  
Интересный. Да именно так. Он был интересным.
Пытаясь скрыть внезапно разыгравшееся любопытство, я украдкой посматривала на этого товарища, но заговорить не решалась. Он сделал это сам.
– Саймон, – не глядя, протянул мне руку, – можешь звать меня просто Сай.
– Катя, – брякнула я, но тут же спохватилась и, едва коснувшись пальцем его ладони, поправилась: – Кейт. Кейт Свитти.