Подари мне меня (СИ)

— И встать между ней и отцом? Я что, идиот по-твоему? Они потом помирятся, а крайним сделаюсь я. Это же семья! Милые бранятся — только тешатся.
Я отмахнулся. Никогда не лез в чужие семьи и сейчас не собираюсь. Олег раздраженно поднялся и направился к выходу.
— Ты идиот, Макс! Неужели ты действительно думаешь, что нормальный отец после попытки изнасилования его дочери с наводки ее же мужа оставит это просто так? Тем более такой мастодонт, как Вознесенский? Включи мозг! Иногда он у тебя перекрывается планами отомстить. Тут точно все намного сложнее.
У самых дверей он остановился и еще раз внимательно на меня посмотрел. Не люблю этот его взгляд.
— Мой друг не мог за столько лет превратиться в говнюка, одержимого местью. Я не спорю — повод у тебя более чем стоящий. Но приди в себя. Поговори с Мирой.
Он развернулся и скрылся в дверях. А я остался в новом дорогом ремонте с ее ароматом. Этот запах перебивал даже вонь стройки.
Может, Олег был прав, пора завязывать. Не с возмездием, конечно. Пока ресторан мамы не будет снова моим, я не успокоюсь.
Но морочить голову себе и девчонке хочется все меньше. Черт, как же я запутался. Какого хрена вообще происходит в моей жизни?
Я забросил дела, персонал совсем с катушек слетел — такие ляпы в договоре. Я юриста завтра за яйца подвешу и, скорее всего, дам пинка под зад.
Я молча поднялся. Олег прислал сообщение, что отправит меня домой с кем-то из своих людей. Он же отправился по объектам со спецоборудованием.
Что я особенно ценил в друге с профессиональной стороны — это его чуйку. Он давно взял за правило раз в месяц проверять все помещения, где у нас велись важные разговоры. Если он думает, что нужна внеплановая проверка, значит, так надо.
Глаза слипались, и перед ними уже начали плясать мошки. Пора баиньки. До ближайшего номера было пятнадцать минут пути, но я решил остаться здесь. В этом мини-отеле у меня тоже были апартаменты. Только еще не законченные. Поэтому я отослал секретарю список необходимого на утро, а сам пошел спать. Утром мне привезут все, и можно не беспокоиться.
Я даже не заметил, как оказался в номере, и рухнул на кровать. Хорошо хоть, успел раздеться. Даже без душа, хотя после общения с Вознесенской мне точно было бы приятно окатить тело ледяной водой. Но все потом.
Едва я закрыл глаза, раздался противный звук мобильника. Я глянул на чертов экран — звонил Олег. Пять утра. Твою ж мать!
Но я прекрасно понимал, чем вызван этот звонок. Дерьмо! Я поднял трубку.
— Где?
На том конце усталый голос друга поверг меня в шок:
— В автомобиле, во всех офисах и всех номерах, кроме того, где ты сейчас спишь. И то — я просто его не проверял.
Я ошарашенно молчал. Когда успели? Как такое возможно?
— Все записывающие устройства писали исключительно звук. Были поставлены быстро и качественно. Я не афишировал проверку и не снимал их. Кто бы это ни был, мы узнаем это и используем. Мне нужна примерно неделя.
Вот дерьмо. И кто только посмел? И главное — как? Нас сдали изнутри. Я не мог быть уверен ни в ком, кроме Олега.
— Макс, я настоятельно тебе советую сейчас не трогать Вознесенскую. Это вполне могла быть и она. Отмени встречу, ляг на дно! Под тебя копают.
Я сжал губы. Хрен им всем! Никто не может диктовать мне, что делать!
  
Глава 17. Мира
 
Я смутно помню, как добралась до машины после встречи. Держать себя в руках, когда тело горело и требовало продолжения, было невероятно сложно.
Все мое нутро требовало его ласк, глубже и больше! Лишь присутствие Артема и его водителя отрезвило меня. Желание желанием, а офис был шикарным!
Я его хотела! Место, ремонт, вид из окна — все было идеально… Поэтому, когда я взяла в руки договор и начала читать его, мне почти удалось отвлечься. Ключевое слово — «почти».
Его присутствие напрягало неимоверно. Особенно этот изучающий взгляд. Он словно раздевал меня им.
Да, я хотела его, но это не означало, что я кинусь на шею сию секунду. Поэтому я решила немного поиграть. Игрок из меня вышел посредственный. Мне проще выступать в суде.
 
В итоге я сбегала со встречи, сверкая пятками. И это его предложение… Отдаться этому мужчине? С темной историей, записанной в папке, которая лежит у меня дома? При наличии почти бывшего мужа? Ведь я же еще замужняя женщина.
Пока мысли вихрем проносились в голове, мы подъехали к новому дому. Сейчас важно, что завтра это помещение будет мое надолго и задешево.
Поэтому я взяла все договоры, отсканировала их и переслала Юле: пусть она все посмотрит и переделает в соответствии с моими пометками. Несмотря на сомнения, встреча прошла более чем плодотворно. Я облизала пересохшие без его поцелуев губы. Во всех отношениях!
Эта мысль заставила меня улыбнуться, и я выпорхнула из машины.
— Мирослава Илларионовна…
Я обернулась на Артема. Он же не улыбался. Просто протянул папку о Трофимове. Я же вроде относила ее домой. Или нет?
— Прежде чем соглашаться на завтрашнюю встречу, я настоятельно советую изучить содержание этой папки. Это необходимо, поверьте мне, — он внимательно смотрел прямо в мои глаза. — Там очень много информации касаемо вашего мужа и его отношений с Трофимовым.
Артем проводил меня прямо до двери и там, извинившись, ретировался. Не успела я открыть дверь, на меня из проема буквально вывалилась тетя Ира.
Да я уже и забыла. каково это — чтобы тебя встречали улыбкой! Она лучилась радушием. Охая и ахая, тетя впихнула меня в квартиру и сразу за руку отвела на кухню.
Только сейчас я поняла, что, кроме сырников да кофе, целый день ничего не ела. Кажется, об этом догадывалась и моя личная заботушка.
— Небось крошки за целый день во рту не было! Вон как щеки-то с глазами горят. Такое либо от голода, либо от страсти. — она весело мне подмигнула. — Так! Тут у тебя котлетки с пюрешкой и оливье. Я решила тебя сегодня по-простому накормить, а то вон как отощала!
Тетушка крутилась вокруг меня, болтая без умолку. Я же молчала. И не потому, что мне нечего было сказать: рот мой в следующие полчаса был занят.
Как же было хорошо! Ароматная домашняя еда, такая вкусная и родная. Дорогой сердцу человек рядом, весь в заботах о тебе. Я разомлела и хотя бы на сегодня запретила себе все плохие мысли.
В конце концов, у меня едва ли не первый семейный вечер за столько лет! Только дяди Толи не хватало. Надо будет его пригласить на этой неделе…
Тетя тем временем все болтала:
— Я не хотела переезжать из своей квартирки. Ну, ты помнишь, где Южное Бутово, но Толя меня пристыдил. Говорит, что ты барышня современная, занятая, да и готовить-убирать тебе совершенно некогда. Вот я и поддалась. Но ты не волнуйся! Как только устроишься, я тут же перееду к себе. Хоромы хоромами, — она обвела рукой, — а мне моя двушка в панельке милее всего.
Тетя мечтательно задумалась.
— Когда в гости ко мне приедешь, то сразу все поймешь! А я не хочу тебя стеснять, скоро вон, может, мужчину какого достойного приведешь! Ты же своего козла, прости Господи, выпрешь взашей?
Я поперхнулась ароматным чаем с чабрецом:
— Тетя! Откуда хоть ты все знаешь? И не собираюсь я сюда никаких мужиков водить.
Несмотря на эти слова, перед глазами встал образ Максима, приносящего мне завтрак постель. Чур меня!
— Я все знаю, даром что Толя секретничает. Я сразу смекнула, что твой этот Витя козлина редкостная. У него на морде написано — уродец мерзопакостный.
Я улыбнулась. Целых два человека теперь поддерживали меня в моем решении развестись. Это было так необычно. Но очень приятно!
 
Покончив с ужином, я откинулась в удобном кресле.
— Тетя! Я больше не могу! Ты волшебница. Как же давно я мечтала о твоей стряпне! Я же почти забыла вкус домашней пищи.
Я обошла стол и обняла немолодую женщину. У нас обеих глаза были на мокром месте. Совсем я расклеилась. И где же сильная и волевая Снежная Королева, способная взглядом приморозить к стенке? Должно быть, она осталась в Сити.