Руками не трогать! (СИ)
— Зачем так рано приходить, если я танцую только с 23:00? — взглянула на Армана, все также наблюдавшего за моим изучением договора. — Я преподаю танцы и освобождаюсь только в 21:00.
— Ладно, ты можешь приходить к 22:00. Это другие танцовщицы танцуют с 22:00, — пошел на уступки директор. — Вопросы остались?
Я еще раз пробежалась по строкам договора, как мне казалось, все внимательно прочитала. Главное прописано, что я не раздеваюсь, и меня никто не трогает.
— До какого числа я здесь буду работать?
— Пока одна из сторон не разорвет соглашение, но не менее трех месяцев. Может, ты мне надоешь…
— Скорей бы… — Как с вещью обращается, напыщенный индюк! — Значит, я тоже могу разорвать?
— Нет. — Язвительно улыбнулся он. — Можешь в свой суд бежать.
Как он меня злит своей вседозволенностью. Если имеет много денег, значит, и судьбами может управлять что ли?
— На следующей неделе мужской праздник, будет тематическая вечеринка. Все подробности расскажет Настя. Вписывай паспортные данные, подписывай договор и можешь быть свободна. — Уже не особо заостряя на мне внимание, мужчина погрузился в MacBook. — Первый рабочий день — в эту пятницу. И только попробуй станцевать плохо!
По фотографии паспорта в телефоне я заполнила необходимые строки, подписала договор. Вот и все… Теперь я официально трудоустроена, должна ликовать и пить шампанское. Но как-то мне не очень радостно работать в ночном клубе и иметь такого опасного начальника: мало ли что ему взбредет в голову? Что меня ждет? Надеюсь, никаких проблем не возникнет, отработаю три месяца и надоем Арману Тиграновичу.
5.3
Неделя пролетела быстро. Пятница… Наступил мой первый рабочий день в ночном клубе. Раз мне позволено танцевать в чем хочу, я выбрала в качестве костюма короткие шорты и топик, черные, не вызывающие. Прихватила карнавальную маску: скрою, пожалуй, свое лицо от этих похотливых мужиков.
— Привет, — Поприветствовала я танцовщиц клуба заходя в гримерную. — Агата.
Девчонки отвлеклись от своих занятий и с интересом посмотрели на меня.
— Привет, очень приятно, — первой ответила мне темноволосая улыбчивая девушка. — Я — Мая, сценическое имя Мальвина. Добро пожаловать!
— Взаимно, — улыбнулась.
— Я — Оксана, Госпожа, — девушка в черном латексном костюме натягивала высокие стрипы выше колена. Госпожа так госпожа… Иссиня-черные волосы собраны в высокий хвост, идеально прямые кончики. Большая татуировка на бедре в виде розы с лепестками и шипами.
— Я — Ангел. — Полная противоположность Оксаны помахала мне рукой. Девушка со светлыми волосами пшеничного оттенка сидела в кресле и пила коктейль. Такая милая особа в белом эротическом костюме: короткая юбка, полупрозрачный лифчик, белые кружевные чулки. — Зовут Яна.
Увидела ту девушку, с которой поменялась своей одеждой на конкурсе. Видимо, тоже здесь работает. Она меня, безусловно, узнала, но не подала виду.
— Карина. — Девушка внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале, поправила лифчик и направилась к выходу: ее танец следующий.
Интерес к моей персоне пропал, и девушки вернулись к своим делам. Я медленно переодевалась. Понятия не имею, за кем я выступаю.
В гримерную зашла танцовщица, на смену которой ушла Карина. Девушка с каштановыми волосами держала в руках свой сценический костюм, снятый во время танца. На теле стриптизерши остались лишь тоненькие черные трусики. В принципе, почти ничего не скрывающие. И зачем они тогда нужны?
— О! — Она посмотрела на меня. — У нас новенькие? Я — Алла.
— Агата. — Улыбнулась я ради приличия.
— Это ты — та Агата? — Алла с интересом меня рассматривала. — Это из-за тебя Карина тут ревела целый вечер?
Девушка, как заядлая сплетница, села на диван и закинула ногу на ногу, желая услышать невероятную историю продолжения этой драмы.
— Я никого до слез не доводила. — Безразлично отреагировала я, продолжая готовится к танцу.
— Не смога она станцевать, как ты, вот Арман Тигранович и разозлился. Ладно хоть оставил здесь работать…
— Девочки, добрый вечер, — прервав речь Аллы, в комнату зашла менеджер Настя. — Все на месте? Пришли ваши костюмы.
Настя начала раздавать маленькие пакеты, в которые лежали костюмы. Хотя костюмами их сложно назвать. Тоненькие стринги, очень короткая юбка, больше напоминающая широкий пояс, и полупрозрачный топик-лифчик, через который будет хорошо просматриваться грудь и соски. И все это камуфлирующего цвета.
— Я не буду в этом танцевать! — Протянула я обратно весь набор менеджеру.
— Все согласовано с директором, все вопросы к вышестоящему руководству! Ты, кстати, танцуешь после Оксаны. — Не особо обращая внимание на мое возмущение, Настя не собиралась забирать костюм. — И помним, девочки! Никакого секса в приват-комнатах! Хотите заниматься проституцией — это за стенами клуба! Арман Тигранович сразу выкинет вас на улицу!
— Помним, помним… — протянула Мая.
— Все! Хорошей работы! Я буду в зале. — И девушка ушла.
— Почему ты не хочешь в этом танцевать? — поинтересовалась Яна. — По-моему, очень милые костюмы…
— Я не танцую стриптиз.
— А зачем пришла сюда работать? — удивилась Оксана. — Сюда многие приходят найти своего папика…
— Никакой папик мне не нужен. Я не хочу здесь работать! Так сложились обстоятельства!
— Хм… Странная ты. — Оксана примеряла перед зеркалом новый костюм, прикладывая юбку к талии.
— То есть тебе не надо рассказывать, как незаметно подсовывать богатым мужикам свой номер в приват-комнатах? — захихикала Яна.
— Нет! Не надо!
— Алла, во вторую приват-комнату! — Снова заглянула Настя.
— Ура! Надеюсь, он красивый! — Девушка надела недостающие части своего танцевального костюма, чтобы снова их потом снять.
Алла ушла. Я немного опешила: что еще за приват-комнаты, и почему там надо танцевать?
— Что за приват-комнаты? — спросила я у девушек.
— Ты такая смешная: устроилась на работу, а всех моментов не знаешь, — улыбнулась Мая. — Тебя может пригласить любой желающий в приват-комнату. Будешь исполнять танец какому-нибудь богатенькому мужику.
— Не хочу я так танцевать… — Вот это я вляпалась!
— Ничего там страшного нет! — поддержала ее Оксана. — Чаевые хорошие платят, если, конечно, это не какой-нибудь толстый скупердяй. И еще тебе доплата в конце месяца, так сказать, премия.
Не помню, чтобы в моем договоре стоял этот пункт! «Я же тут на других условиях, значит, меня это не касается!» — наивно подумала я.
Оксана ушла танцевать. Я — следующая. Волнений нет, да и кружиться перед пьяными мужиками тоже нет желания.
Почти голая девушка вернулась из зала. Да куда там «почти», можно сказать абсолютно голая, не считая малюсенького куска ткани, оставшегося на лобке. Вот зрители удивятся, когда я приду и уйду в одежде.
Босиком прошла по подиуму до шеста.
— Уважаемые гости! А вот и бриллиант нашего вечера! Встречайте! Неподражаемая победительница конкурса! — ведущий торжественно объявил мое выступление. Хм… Я теперь бриллиант.
Заиграла музыка, мужской гул немного стих. Вокруг подиума сидели мужчины на кожаных диванах. Свет сцены позволял осмотреть первые ряды зрителей. Ничего не поменялось: разновозрастные мужчины с суровым взглядом ждали, когда же очередная барышня перед ними разденется.
Я абстрагировалась от мужских любопытных взглядов и погрузилась в музыку, позволяя телу впитывать ритм и произвольно двигаться. Я представила, что танцую в пустом зале, только я, пилон и музыка. Первое выступление из четырех запланированных окончено. Легким бегом на носочках покинула сцену.
В гримерной комнате девочки обсуждали свои приват-танцы.
— Опят мой старикашка приходил, — весело говорила Госпожа. — И, как обычно, десять тысяч, как будто если увеличит чаевые — мир рухнет, акции упадут, обнищает! Или что там бывает у богатых…
— Ну так пусть он уже станет твоим папиком! — подключилась Алла. — Спать тебе с ним не придется! Не стоит уже его агрегат!