Руками не трогать! (СИ)
— Какой билет? — Ничего не понимаю!
Раздражение проскользнуло в его взгляде. Арман пытался держать себя в руках, Агата ему небезразлична. Но что если она действительно фантастическая актриса, способная запудрить мозги любому?
Арман открыл другой файл, где Агата увидела билет на вечерний рейс. на себя и на дочь Так вот почему ей пришло сообщение о регистрации! Неужели она и правда все это сделала? Впервые в жизни Агата не была уверена в своих поступках, в своей непричастности к произошедшему.
— Я не покупала ничего… — Голос дрогнул. — Я совсем ничего не помню.
Арману хотелось наконец-то поставить точку в этом непонятном деле. Он взял стоящий на столе рюкзак Агаты и, расстегнув замок, высыпал содержимое на стол. Ничего примечательного, кроме черного пакета.
Мужчина развернул таинственный пакет… Пачки пятитысячных купюр выпали на стол.
— А это что? — Гаркнул Арман.
Глаза наливались кровью. Ярость росла в груди мужчины. Как, как он мог так легко доверится этой лживой стерве? Как она смогла к нему подступиться? Запудрить мозги?
— Это не мое! — Слезы катились по моим щекам.
Дрожь пробежала по телу. Это жестокая подстава! Но кто? И как мне доказать Арману, который уверен в моей причастности, что это не мое!? Или это… все-таки я? Ничего не понимаю! Я не могла такое сделать, в каком бы состоянии ни находилась! НЕ МОГЛА!!!
Арман считал Агату своим близким человеком. Впервые за такое долгое время хоть кто-то смог затронуть и смягчить его бессердечную душу. Он к ней прикипел, и от этого было еще больнее и сложнее поверить, что она воровка и лгунья. Эротические фотографии с соблазнительной фотомоделью вспыли в голове, а перед ним стоит заплаканная дрожащая мышь. И это один и тот же человек! Арману хотелось причинить боль Агате, чтобы она прочувствовала на себе, как ему плохо, как больно, как он растерян!
— Сука! Ты прекрасно играешь, стерва! — Он включил фотографии с фотосессии для Вики. — А вот здесь ты уверена в себе, сексуальна, раскрепощена!
Арман подошел к девушке и схватил ее за руку. Им овладела жестокость и желание отомстить:
— И что ты на это скажешь?
— Ай! Мне больно! — Я не узнавала это человека. Передо мной стоял демон с горящими глазами и ненавистью внутри. — Это не то, что ты думаешь! Это просто исходники… Это же совсем не то!
Он не дал ничего объяснить, сжал другой рукой волосы и причинил этим сильную боль.
— Раз ты элитная шлюха, так отработай тогда украденные деньги! — Арман заставил девушку опуститься на колени перед ним.
— Не надо! Пожалуйста! — Истерические всхлипы не давали громко говорить. Получались лишь жалкие попытки мольбы. — Арман, Арман Тигранович, пожалуйста…
Мужчина расстегнул ремень, приспустил брюки, девушка обессилено взглянула на Армана. В ее глазах он прочитал столько боли и безысходности. Такие глаза он видел единожды — глаза матери, потерявшей мужа. Это привело его в чувство. Гнев и месть отошли на второй план, рассудок вернулся. Агата упала к его ногам и громко рыдала.
— Пошла вон! — скомандовал Арман.
Я на автомате поднялась, не знаю, где я нашла в себе силы. Вероятней всего, это страх не позволил мне здесь остаться. Не глядя на мужчину, я выбежала из кабинета.
Глава 19.1
Ноги несли меня прочь от этого страшного безжалостного кабинета, где осталась и умерла моя душа…
Резервные силы направляли меня в безопасное место, в дом Риты. Все содержимое рюкзака, включая ключи от моего дома и наши с Алисой документы, остались лежать на столе у Армана. В карманах ветровки — ключи от Ритиной квартиры и мой телефон.
Одна мысль о встрече с этим мужчиной доводила до панической атаки. Я изо всех сил пыталась не поддаться панике. Убежав от бизнес-центра на приличное расстояние, я присела на лавочку ближайшей автобусной остановки.
— Рита… — подруга ответила на мой телефонный звонок. — Забери меня…
— Что случилось? Ты где? — Рита не на шутку испугалась. — Алло!
На ее вопросы я уже не смогла ответить. Замолчала, чувствуя, как грудь разрывается от мощнейших ударов сердца. Пульсация ощущалась в голове. Мне стало так страшно, как никогда в жизни. Я поняла, что безумно боюсь потерять сознание, умереть и оставить свою дочь одну… Душно. Что-то застряло в горле и не дает вдохнуть полной грудью…
— Вам плохо? — Обратилась ко мне девушка, видя, как я теряю сознание.
Я лишь успела взглянуть в ее встревоженные глаза, выронив телефон из рук. Темно. Темнота поглотила меня…
* * *
— Агата, Агата! — Где-то очень далеко слышался женский голос.
Я попала в рай? А где же белый туннель? Кто это меня зовет? Голос становился все более отчетливым и громким.
Очнулась…
— Агата! — воскликнула Рита, прижавшись к моей груди.
Я ничего не понимала, но сознание медленно возвращалось, расставляя все по своим местам. Люди в белых халатах, белые стены… Больница. Я лежу в коридоре на кушетке, рядом со мной Рита и врач с ваткой, пропитанной нашатырным спиртом.
— Ты очнулась! — обрадовалась подруга. — Что произошло?
Сесть на кушетку не было сил, и я осталась лежать. Потом посмотрела на Риту и замотала головой. Она поняла, что я не в состоянии сейчас рассказывать.
— Где твои документы? У тебя рюкзак с собой? — Рита внимательно на меня смотрела.
— Нет, — прошептала я, понимая, что боюсь даже думать о произошедшем, чтобы вновь не потерять сознание. — У него все…
— Мы не можем вас оформить без документов, — подключился врач.
— И не надо! Лежать у вас здесь в коридоре? — возразила Рита. — У нас есть свой замечательный врач частной клиники!
Я отстранено слушала, о чем говорили, даже не вникая в суть разговора. Какая-то отрешенность от реальности поселилась внутри меня. Может, мозг так пытался меня защитить?
Рита помогла мне подняться с кушетки и спуститься по лестнице на улицу.
— Съездим к одному очень хорошему доктору! — объявила подруга мне план действий, открывая дверь своего автомобиля. — Садись.
— Алиса? — произнесла я, как только подруга разместилась на водительском сиденье.
— Мы как раз успеем забрать ее из садика после твоего квалифицированного осмотра! — Рита рванула с места. — Я уже договорилась о нашем визите. Людмила Афанасьевна творит чудеса! Очень хороший врач, причем с образованием психолога в том числе!
— Думаешь, я стала шизофреничкой?
— Надеюсь, что нет! — Хихикнула подруга.
Я улыбнулась ей в ответ. Как хорошо, что можно почувствовать себя в безопасности и не принимать никаких решений.
Людмила Афанасьевна — пожилая женщина с короткими волосами цвета горький шоколад. На стенах ее кабинета висело множество дипломов, почетных грамот и благодарственных писем.
— Риточка, добрый день! Что у вас случилось? — Улыбнулась она, встречая гостей в своем кабинете.
— Здравствуйте, Людмила Афанасьевна! Моей подруге стало плохо на автобусной остановке, она потеряла сознание.
— Причин может быть много, и что вас смущает?
— Думаю, она пережила сильнейший стресс, и теперь ей нужна помощь.
Женщина посмотрела на приведенную к ней пациентку, отчаянно кутающуюся в ветровку, хотя в ее кабинете далеко не холодно. Здесь, на первый взгляд, можно было предположить психоэмоциональное расстройство.
— Хорошо! Риточка, оставьте нас, — сказала врач и пригласила меня присесть на ближайший стул.
Женщина сначала меня визуально осмотрела, потом задала несколько общих вопросов, не касающихся пережитого стресса. Попросила описать, что я вижу на картинках с различными кляксами.
— Хорошо, Агата, немного посидите здесь, а я переговорю с Ритой.
Я лишь кивнула.
Рита внимательно выслушала вердикт Людмилы Афанасьевны.
— Без сомнения, девушка пережила глубокий для нее стресс. Ей нужен покой, организму надо помочь восстановиться. Никаких переживаний, если состояние ухудшится — сразу ко мне. Я выпишу таблетки для сна и для снятия напряжения. И никак расспросов о случившемся, чтобы не спровоцировать паническую атаку. Только после полного медикаментозного курса можно привезти ее ко мне на проработку произошедшего.