Петр 2. Петербург (СИ)
Вице-канцлер сокрушённо покачал головой и уставился в окно каюты, на берег, где вокруг дворца зажигались огни в наступающих сумерках.
- Будем решать, Питер. Есть надежда, что через несколько лет денег станет больше. Но в ближайший год чудес ждать не стоит. Отменяются внутренние пошлины, ряд мелких налогов. Да и высокая экспортная пошлина может вместо прибавки в казну отпугнуть иностранных купцов! Но работу нам с вами нужно начинать уже сейчас. Его величество ждет от нас подробного плана действий на ближайшие годы. Что-то нужно в первую очередь, что-то может подождать год-другой.
- План на год у Морской коллегии уже есть. Скорректируем его по итогам сегодняшнего совещания и предоставим на утверждение Его величеству. Надеюсь, он одобрит наши усилия.
- Не сомневайтесь, адмирал. Пётр Алексеевич, как и его великий дед, ценит людей инициативных, какого бы происхождения, народа или веры они не были! В этом плане он гораздо лучше относится к иностранцам, чем многие его придворные!
- Что вы имеете в виду, Генрих? Грядут какие-то изменения, вроде отъезда голштинцев или ареста Меншикова?
- Трудно сказать, Питер... Что-то происходит среди русской знати. Недовольство такими как мы, иностранцами, растёт.
- Мне казалось, что породнившись с царской династией, вы теперь стали своим среди бояр, Андрей Иванович?
- Тем сильнее я чувствую, как консолидируется антинемецкая партия. Кое-кто рассчитывает, что после коронации в Москве юный царь не вернётся в Петербург и станет править по старым обычаям, слушая советы только природных русских. Это может обойтись дорого мне, вам, Миниху, Левенвольде, любому иностранцу при дворе.
- Если есть возможность как-то помешать такому развитию событий, Генрих, я готов оказать всемерную помощь.
- Благодарю вас, Питер фон Сиверс, я рад, что мы поняли друг друга!
23/06/14
Глава 3
Чтобы успеть больше, лучше всего придерживаться определённого распорядка. День для меня начинается ранним утром с пробежки по Летнему саду. На мне неброская форма егерей Преображенского полка. На ногах недавно пошитые сапоги с короткими голенищами. Может быть, под меня обувь шили более старательно, но бегать в ней заметно удобнее, чем в туфлях или ботфортах.
Бегу по кругу вокруг Первого и Второго летнего садов, мимо Грота, до Карпиевого пруда, затем обратно мимо Лабиринта, вдоль Лебяжьей канавки до второго Летнего дворца, который раньше занимала Екатерина I. Далее мимо галерей вдоль берега Невы замыкаю круг. Верста и еще 520 аршин. Мой шаг примерно равен аршину, поэтому считать дистанцию легко. Две тысячи шагов - полный круг. Хотя конечно, для верности заставил промерить длину всего маршрута. Два круга и еще небольшой финишный отрезок - дистанция три версты. В конце дюжий гренадер сторожит песочные часы. Нужно вернуться до того, как упадёт последняя песчинка. К сожалению, моя мечта о секундомере пока не реализована. Старый часовщик Иоаким Гарно конечно озадачился моим заказом и даже обещал изготовить переносной хронометр в лучшем виде, только уходил он от меня с отчётливым сомнением на лице. Подозреваю, что изготавливать новинку он будет долго и результат получится дорогой и неточный. Насколько понимаю, проблема в отсутствии хорошей пружинной стали.
Сталью сейчас занимается колокольный мастер Ферстер. Сейчас он пытается переделать печь для тигельной выплавки стали. Надеюсь, мой рецепт ему поможет, и литейщики смогут начать эксперименты со сплавами. Я не тороплю, но поручил Матюшкину обеспечить секретность объекта. Теперь Ферстер и его помощники находятся под плотным контролем V Отделения. Участок экспериментальной металлургии отгородили трёхметровым забором с единственными воротами под присмотром хмурых гренадёр особого батальона дворцовой охраны. Вне режимного объекта работники и их семьи тоже попали под негласный надзор. Не дай бог проболтается кто-нибудь под хмельком приятелю в кабаке!
Отсутствие секундомера не помешало мне ввести нормативы по бегу среди гвардейцев. Пока только для сдачи зачёта. Попозже обязательно введу что-то вроде значков ГТО. Пусть солдаты соревнуются и гордятся достижениями! Экзамен по физической подготовке пока ввел по трем упражнениям: бег на три версты, на 50 саженей и подтягивание на перекладине. Для тех, кто не выполнит задачи с нужным результатом, а таких много, особых взысканий не предусмотрено, но в личном деле отметка появится. Кадровую ротацию гвардии я буду продолжать и дальше, как только прибудут и вольются в её состав ветераны войны на Кавказе.
Рядом со мной бежит Ваня Долгоруков. Его командировка на Петровские заводы не затянулась. Хоть я и приказал ему оказывать содействие советнику Берг-коллегии Блюэру неопределённо долгое время, но приятель-верзила недавно вернулся. С невинным видом доложил, что цилиндрические меха сделаны и уже успешно опробованы на одной из доменных печей.
- И как успехи? Увеличился выход железа?
- Ненамного, Пётр Алексеевич, но Блюэр говорит, что такое мощное дутьё позволит построить печь в два раза больше! Просит твоего изволения.
Я решил пока не спешить с гигантскими домнами, а составил новое письмо металлургу, где поручил советнику Берг-коллегии обеспечить предварительный нагрев воздуха перед дутьём. Для этого пусть придумывает приспособление для улавливания и отвода колошниковых газов, выходящих через верхнее отверстие доменной печи. Пусть поэкспериментирует с обычной печью, отработает технологию, а уже потом проектирует супердомну! Письмо с инструкцией я передал курьеру, а Ваню оставил при себе. Всё-таки скучаю без этого чертяки!
Тяжело дыша, мы добрались до спортплощадки недалеко от Летнего дворца. Здесь занялись разминкой и растяжкой под наблюдением гравёра Алексея Ростовцева. Дело в том, что я решил между делом написать учебник по физической подготовке с иллюстрациями. Пишу в соавторстве с Ваней и другими любителями спорта, а художник подготовит гравюры для печати. Впихну в книгу всё, что знаю по разминочным упражнениям, растяжке, спортивным снарядам и спортивным играм. Вторую часть книги посвящу единоборствам на кулаках, ногах, дубинках, палашах и штыках. К сожалению, сам я знаю в этой области недостаточно, поэтому привлекаю учителей откуда только можно. По бою на штыках нас консультирует усатый гвардеец из Семеновского полка, а вот в боксе и бою с палашом или дубинкой меня взялся учить приехавший недавно Нед Саттон, здоровенный англичанин из лондонского предместья. Несколько месяцев назад он потерял чемпионский титул в бою с легендарным Джеймсом Фиггом, которого я зазывал к себе ещё с весны. Но звезду английских единоборств я не получил, зато приехал Саттон, заинтересованный приглашением самого российского императора. Британец долго с любопытством осматривал мои тренажеры. Я продемонстрировал несколько трюков на турнике (уже кручу колесо с помощью ремней на запястьях!), брусьях, кольцах, с гантелями, штангой и гирей. Попрыгал со скакалкой из кожаного шнура, покувыркался на матах под навесом и побоксировал грушу. Показал, как отрабатываю удары на окинавской макиваре, пружинящей доске врытой в землю и обмотанной снопом соломы. Перед тем, как начать молотить её кулаками и ногами (растяжка у меня уже приличная!) я обмотал руки и ударные части ног тканью, чтобы не повредить кости и не заработать в итоге артрит. Как-то не хочется мне к сорока годам мучиться болями подобно Остерману. Интересно, доживу ли я до сорока? Если от угрозы оспы скоро избавлюсь, то какие-нибудь заговорщики меня могут достать, несмотря на обилие охраны вокруг. Или, например грипп, эпидемии которого каждый год выкашивают тысячи людей! Лекарства от него у меня нет кроме размытых идей об укреплении иммунитета и здоровом образе жизни.
Разобравшись с назначением диковинных приспособлений и выслушав моё мнение о важности разминки и растяжки, Саттон взялся обучать меня правильным ударам и приёмам владения кулаком, дубинкой и палашом. Не скажу, чтобы он был намного грамотнее русских мастеров кулачного боя. Тот же Ваня Долгоруков неплохо держался с ним в спарринге, а мой французский преподаватель фехтования, наверное, одолел бы британца на шпагах или палашах. Но было кое-что полезное и у англичанина, так что я предложил ему стать соавтором подготавливаемого мною и Минихом руководства по армейской физической подготовке. Медицинские комментарии о пользе гимнастики напишет Иван Блюментрост, так что среди такого количества солидных соавторов моё имя будет выглядеть всего лишь данью благосклонному спонсору. Не хочется лишний раз выглядеть инициатором каких-то нововведений!