Ветер перемен (СИ)

Однако старший не учёл, что меч северянин так и не выпустил из рук, а потому брюнет не успел отдёрнуть ногу, отвлечённый игрой на публику.
Меч Аста угодил прямо в голеностоп, пробивая мягкий сапог. Боевик взвыл, вынужденно отступая, Аст воспользовался этим чтобы подняться и вновь принять стойку, сверкая глазами. С растрёпанных волос летел песок, из разбитой губы текла кровь, но сдаваться северянин не собирался. Наши поддержали его восторженным гулом, однако я не стал в этом участвовать, прекрасно понимая, что будет дальше.
Боевик, разозлившись, попёр всерьёз, в два приёма выбивая у Аста оружие, третьим ударяя плашмя прямо по голове, после чего опрокидывая противника на песок, садясь сверху и занося руку.
Понимая, что он собирается сделать, я вырвался на площадку, с разбегу врезался в бок старшекурснику, скидывая его в песок. Тот перекатился, тут же взвился на ноги, меряя меня взглядом, но между нами уже возникала Асил.
— Нарушение, пять часов отработки, — холодно выговорила она, глядя на боевика.
Тот сплюнул на песок, но возражать не стал. Удары в голову были запрещены, но он не испытывал ни малейшего смущения по этому поводу.
Оглянувшись на то, как Аст пытается подняться и тут же валится обратно на песок, не в состоянии даже голову нормально удержать поднятой, я осознал, что прилетело тому очень даже серьёзно.
— Всем оставаться на своих местах! — скомандовала Асил.
Она быстро присела около Аста, бегло осмотрела, кивнула сама себе. Приподняв парня, подсадила его себе на спину, поднялась.
— Ждите мастера Ильяса! — приказала она, направляясь в лазарет с Астом на спине.
Я сощурился, провожая его взглядом, ощущая, как всё странным образом холодеет. Чувство ледяной ярости постепенно наполняло нутро.
* * *
Асил с лёгкостью несла мальчишку на спине, уверенно шагая в сторону обиталища целителей. Она могла поднять его и на руках, но не стала пугать местную молодежь подобным.
Аст вдруг застонал, Асил остановилась, уложила его на землю. Северянин оставался без сознания, но руками почему-то скрёб по горлу. Решив освободить его от удавки ворота, девушка расстегнула куртку, взялась за рубашку, и тут руки наткнулись на то, чего у столь худощавого парня быть не могло: два мягких холмика груди, пусть и чем-то перетянутых, но всё равно ощутимых при прямом контакте.
— Так и знала, что ты у нас с секретом, — хмыкнула Асил, щуря лисьи глаза.
Расстегнула рубашку, кивнула сама себе, обнаруживая намотанную в несколько слоев ткань, но её интересовала не она, а отсутствие повреждений. Убедившись, что по торсу студентке не нанесли сильных ударов, Асил застегнула одежду и продолжила свой путь в лазарет.
— Что с ним? — спросили у помощницы тренера прямо с порога.
— Ударили по голове.
— Другие повреждения? — тут же деловито уточнил целитель.
— Открытых ран нет, — ответила Асил, наблюдая за тем, как пожилой маг прошёлся руками поверх одежды, проверяя, действительно ли нет серьёзных травм, и вернулся к голове бессознательного Аста.
— Можете идти, мы тут с ним дальше сами разберёмся. Уберём последствия удара и отправим в общежитие, пусть отлежится до вечера.
Асил согласно кивнула.
* * *
— И что, мы это так и оставим? — внезапно раздался голос древнего духа в голове.
И я сейчас даже не собирался делать ему замечание за вклинивание в учебное время.
— Ни в коем случае, — процедил я сквозь зубы.
Перевёл взгляд на боевика, встречаясь с ним глазами.
— Сударь, лежачих бить нехорошо. Вас манерам не учили? — развернулся к нему, вскинул меч. — Так я сейчас научу.
— Мало было одного наглого поставить на место, как тут же лезет второй, — скривился он в ответ, но от предлагаемого мной поединка не отказался. — Круг!
Никто не стал возражать, вновь давая место для боя: наши кипели праведным гневом, а старшие не оставляли брошенных вызовов без ответа.
Я по глазам противника понимал, что мне не будет дано столько же времени, сколько Асту. Он не планирует со мной играть, постарается уложить максимально жёстоко и быстро. И когда прозвучал сигнал к бою, боевик первым сделал выпад с обманным финтом, но железо встретило на своём пути железо, а не мягкую плоть, как предполагалось. Я отбил его атаку и усилил напор, постепенно перехватывая инициативу.
 
Парируя удары старшекурсника и нанося свои в ответ, вдруг с удивлением осознал, что вижу его намеренья. Просчитываю планы и готовлюсь к каждому удару, почти всегда угадывая направление, а где не угадывая, там успевая перенаправить оружие. Уроки мастера и Асил пошли впрок: я был банально быстрее и гибче своего соперника, чем чрезвычайно его бесил.
Боевик начал терять терпение, ошибаться, и мне не составило труда подловить его. Опрокинув точно так же, как он Аста, я упёр меч ему в спину, встав так, чтобы он не мог до меня дотянуться. Для убедительности надавил сильнее, чем требовалось.
— И что ты скажешь о тренере-девушке сейчас? — со злой усмешкой спросил я.
— Ну-ка, что вы тут устроили⁈ — раздался недовольный голос мастера.
Я тут же убрал меч, отступая от противника, тот поторопился подняться. И только после этого старшекурсники, которые стояли со стороны Ильяса, расступились, пропуская мастера вперёд.
— Да ничего, — я пожал плечами, смахивая пот со лба. — Обсудили некоторые плюсы и минусы атаки в спину с разворота.
— И в паре моментов даже сошлись, — неожиданно поддержал меня боевик. Он продолжал буравить меня ненавидящим взглядом, но ни слова не сказал про поединок.
— Мастер, — тут же выступил я. — Можно мне раньше покинуть занятие, мне нужно в лазарет.
Тренер сощурился, окинул меня оценивающим взглядом, прекрасно понимая, что лично у меня травм нет.
— Можно, — вдруг разрешил он. — Остальные встали в стойки и продолжили тренировку! Никто не давал команды на отдых!
Я поблагодарил, сдал меч и поторопился к целителям, хотелось поскорее узнать, как там Аст. Вопреки тому, что в лазарете творились чудеса, некоторые из которых я видел воочию, внутри меня росло иррациональное беспокойство.
Но, забежав в лазарет, узнал, что Аста не так давно выписали, поэтому почти бегом добрался до общежития, подгоняемый волнением, ворвался в комнату, но та была пуста.
— Ничего не понимаю, — пробормотал вслух.
Одежды Аста не было, его обуви тоже, значит, он сюда не возвращался. Так где носит северянина, если целители отправили его сюда⁈
Вдруг раздался вопль из ванной, я в два шага оказался рядом, рванул дверь на себя, с корнем вырывая хлипкий замок, на который она была закрыта. Но Аста там не было, только его кот, который пулей вылетел в комнату и заметался по ней, словно судорожно ища хозяина.
— Вот и у меня тот же вопрос! Куда делся твой владелец? — в сердцах спросил я у кота.
Животное вдруг остановилось около кровати Аста, залезло под неё, шумно принюхиваясь. Кот чихнул, потом раздались какие-то странные звуки, белая голова вновь показалась, и в зубах у кота я заметил небольшую бумажку.
С удивлением глядел на то, как белая животина тащит листок прямо ко мне. Сделав шаг, чтобы сократить расстояние, вынул бумагу из пасти животного, перевернул, вчитался в текст.
«Мы оба знаем, кем вы являетесь в ВАШЕЙ стране. Письма здесь не являются тайной, поэтому в наших общих интересах встретиться и поговорить наедине. Приходите в портовый квартал: третий док, пятый склад. Я буду ждать. В случае Вашего отсутствия, одна большая тайна может перестать быть тайной».
Спрятав письмо в карман, я схватил куртку с вешалки и стремглав бросился за дверь. Характер письма мне сильно не понравился, и я боялся, что предчувствие надвигающейся беды станет правдивым.