"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Бочка пива — два мешка мяса, — заявил гоблин и помахал пожёванным огрызком. — Такого.
Я едва не поперхнулся от такой наглости. Вяленое мясо здорово теряет в объёме и весе, и чтобы сделать аж два мешка вяленого, придётся забить не одного козлика. Пивко получится золотое, без шуток.
— Может, свежее мясо лучше? — предположил я.
— Да-да, свежее лучше, гоб! — улыбнулся гоблин. — Но пиво — два мешка такого!
  
Вот зараза. Просёк, видать, что пиво Дургузу шибко понравилось.
— Полмешка, — холодно заявил я, забрав у братца кружку и принюхавшись к остаткам содержимого.
— Нет! Два! Попробуй, гоб! — гоблинский вождь забрал у меня кружку и снова зачерпнул из бочки мутную жижицу.
— Вождь, ну на кой оно нам надо, а? — тихо спросил Улдук. — Уйдём, пока целы.
Но у меня на это пиво уже были планы. Достаточно грандиозные, чтобы его покупка имела смысл. Я выдохнул, чтобы запахом не перебивать вкус, и отхлебнул этого пойла. В общаге и не такое пили. Гоблинское пиво оказалось сладковатым и терпким, с отчётливым грибным послевкусием, сразу после которого в мозг ударяла алкогольная волна. Несмотря на сладкий вкус, крепость у этого пива оказалась — моё почтение. Я сразу же понял, надо брать, но демонстративно скривился и протянул кружку назад.
— Полмешка, — отрезал я.
— Мало, гоб! — заморгал гоблин, явно начиная нервничать. — Один и половина?
— Один, — я пошёл на небольшую уступку.
Всё-таки пиво действительно того стоило. А после простой пресной воды хотелось чего-нибудь новенького.
— Один, — улыбнулся гоблин, снова демонстрируя мелкие острые зубы. — Гоб не обманывать! Орк чуять!
Мы пожали друг другу руки, оба довольные сделкой. Уж я-то найду этому применение этому пойлу. Но куда важнее то, что с этой сделки начнётся то самое сотрудничество с гоблинами, ради которого я и шёл в эти затхлые пещеры. Уже одно это стоило того, чтобы сюда прийти.
  
Глава 28
 
Тягучее, злобное, тошнотворное похмелье вбивало клин прямо в темечко… Так, стоп. Где я? Я что, провалился назад во времени? Узнавание пришло вместе с Карой, которая откинула полог и вошла в чум с каким-то очередным горшком в руках. Ну, хотя бы не в гостях у гоблинов, а у себя дома. Вот только не помню ничего. Но бочка, стоящая возле одной из стен, дала понять, что сделка состоялась.
— Воды, — сиплым голосом потребовал я.
Сколько же я выпил? Только не говорите мне, что я осушил всю бочку.
Кара налила мне воды из кувшина в глиняный черепок, осторожно протянула. Я забрал кувшин и основательно приложился, пытаясь прогнать неприятные ощущения жуткого похмелья. Захотелось ударить какого-нибудь гоблина за такую подставу. После кувшина воды стало чуть лучше, я встал, сдерживая тошноту.
— Так, — хмыкнул я. — Что вчера было?
— Вы пришли вчера… Вернее, вас Улдук привёл, с братом… Бочку эту принесли… — принялась перечислять она.
Я заглянул в пресловутую бочку. Внутри плескалось грибное пиво, больше половины, почти полная. Я отшатнулся, чувствуя, что меня начинает мутить. Кефирчика бы сейчас.
— А брат мой где? У себя? — спросил я.
— Не знаю, вождь, — ответила Кара. — Наверное.
Эк нас придавило с этого пойла. Непривычны эти тела к алкоголю, совсем непривычны. Это раньше, в бурные студенческие годы, я мог уничтожать его литрами, причём без всяких последствий для организма, а утром, уже в бодром и свежем состоянии, сидеть на парах. Грустно это всё.
От завтрака, предложенного Карой, я отказался, чувствуя, что не сумею удержать его внутри себя, и вышел на свежий воздух. На окраине деревни, возле казарм, вовсю шла тренировка. Моё присутствие там даже не требовалось, сержанты справлялись самостоятельно, но я всё-таки подошёл, молча наблюдая, как пращники тренируются слитному залпу, сбивая с камней выставленные там черепа животных.
— Вождь! — поприветствовал меня сержант Нурзбук, заметивший меня первым.
— Вождь! — остальные прервали занятие, повернулись ко мне и тоже поприветствовали.
Я махнул рукой, мол, занимайтесь. Чуть поодаль копейщики в плотном строю тренировались двигаться в разных направлениях, не ломая шеренгу. Ну а лёгкие пехотинцы метали копья в подвешенные мешки, прокачивая свою меткость и силу броска. Всё шло своим чередом. Все воины из обоих племён уже побывали в наших казармах, и даже новоиспечённый вождь Каменных Когтей Хазбег, крайне скептически отнёсшийся к моей затее, несколько дней провёл в лагере, обучаясь новым приёмам.
Орки были готовы. Против настоящей армии они, конечно, вряд ли выстоят, но для покорения всех остальных племён этого будет более чем достаточно. Пора устроить им настоящий экзамен в боевых условиях. Видимо, с похмелья я был чересчур зол.
— Орки! — громогласно прорычал я.
Все воины без исключения оставили свои занятия и повернулись ко мне, ожидая дальнейших приказов. Я нечасто обращался так сразу ко всем.
— Отправляйте гонца к Каменным Копьям. Все воины должны прибыть сюда. Сегодня мы пойдём стукать, — объявил я.
Орки радостно заорали, из шеренги пращников выбежал один из подростков и трусцой отправился по горной тропе в другую деревню. Стукать врагов любили все, и уж тем более, стукать по-новому. Мне и самому было крайне интересно, как покажет себя племя Каменных Когтей и взаимодействие трёх подразделений.
Я специально перемешивал их так, чтобы в каждом подразделении было примерно поровну тех и других орков, и, к моему удивлению, старая вражда быстро забылась, вспыхивая лишь изредка. Орков больше занимало соревнование между подразделениями.
— Тренировки прекратить, — приказал я. — Готовьтесь к походу.
Воины начали расходиться кто куда, готовиться к выходу, началась суета. Да, выход по тревоге мы ещё не тренировали, а зря. Я сделал мысленную заметку, что этот момент надо будет проработать, и, в том числе, ночные внезапные подъёмы. Удивительно, но я даже пожалел, что не отслужил в армии, с армейским опытом было бы гораздо проще, а так мне приходилось изобретать велосипеды и вспоминать отцовские байки, вычленяя из них крупицы полезной информации. Никогда не думал, что буду жалеть о том, что купил военник.
Я отправился проведать брата, который тоже, скорее всего, страдал от последствий вчерашней дегустации. Дургуз, ожидаемо, спал в своём чуме, и меня встретила его подружка, которая сначала попыталась меня прогнать, чтобы не мешал её благоверному, а потом, когда узнала меня, спешно ретировалась в неизвестном направлении. Так что дорогого брата Дургуза я разбудил пинком в бок.
— Вставай, — приказал я.
Брат промычал что-то невнятное, и я подкрепил слова ещё одним лёгким пинком. Он соизволил подняться, протирая глаза.
— Башка… Болит, — простонал он.
— Водички попей, — посоветовал я. — Или к шаману сходи, подлечит.
Гарул, скорее всего, погонит его прочь, но для того, чтобы взбодриться, такой прогулки должно хватить.
— Сегодня в поход идём, — сообщил я.
— Чего? — фыркнул Дургуз.
— Стукать, куда, — ответил я. — Будь готов, в общем.
Даже не знаю, решился бы я выступить в поход, не будь я так раздражён похмельем и неприятным пробуждением. Хотелось кого-нибудь постукать, и как можно сильнее. Орочья злоба снова брала надо мной верх.
Но и если рассматривать всё с точки зрения холодного человеческого разума, пора было проверить армию в деле, расширяя и увеличивая свои владения. Окрестные племена нужно было покорить, а орочьих воинов обучить современным методам войны, чтобы мы могли на равных противостоять любой угрозе.
Я, конечно, мог бы наслаждаться абсолютной властью вождя, собрать себе гарем из орчих посимпатичнее, жрать вырезку и потягивать грибное пивко по вечерам, но мне было неспокойно. Неспокойно от того, что я понимал — наступит зима, и жрать станет нечего. Жрать сородичей, конечно, считалось приемлемым, но только в случае крайней необходимости, до которой доводить не хотелось. Перспектива голода меня пугала. А в этих горах ежегодный голод был самым обычным делом, и до весны доживало едва ли половина орков.