Осколок Демиурга. Пробуждение (СИ)

— Или уже внедрили, — тихо произнес Тадеуш, его взгляд медленно скользнул по каждому из присутствующих.
Я почувствовал, как в комнате сгустилось напряжение. Семя недоверия было посеяно, и я не мог не задуматься, было ли анонимное предупреждение в моей комнате искренним предостережением или стратегическим ходом в этой сложной игре.
— Мы должны доверять друг другу, — твердо сказал Валериан, хотя я заметил, как его модифицированные глаза на мгновение задержались на Коре. — Иначе наша группа потеряет свою силу.
  
— Доверие хорошо, — пробормотал Тадеуш, — но осторожность лучше.
— На этом предлагаю закончить, — объявил Тейн, поднимаясь из-за стола. — Чем дольше мы здесь, тем больше вероятность привлечь нежелательное внимание.
Собрание завершилось, участники начали расходиться поодиночке, соблюдая интервал в несколько минут, чтобы не привлекать внимания. Я намеренно задержался одним из последних, желая понаблюдать за уходящими.
Когда в комнате остались только я, Лириана и Тейн, старый библиотекарь внимательно посмотрел на меня:
— Ты не спешишь уходить, Азар. Есть что-то еще?
— Да, — я решил рискнуть с прямым вопросом. — Кто, по-вашему, может быть информатором Дома Вер?
Тейн помолчал, взвешивая ответ:
— Я не люблю бросаться обвинениями без доказательств. Но храни свои секреты ближе к сердцу. — Он поднял взгляд на Лириану: — Это касается вас обоих. Чем меньше людей знают детали вашего путешествия, тем безопаснее оно будет.
— Вы не доверяете даже членам группы? — спросила Лириана с нотой удивления.
— Я доверяю их намерениям, но не их безопасности, — тихо ответил Тейн. — У Дома Вер есть способы получать информацию даже от тех, кто не желает её отдавать.
Его слова прозвучали как предупреждение, которое я принял к сведению.
— Мы будем осторожны, — пообещал я.
Мы с Лирианой вышли вместе, движимые негласным соглашением продолжить разговор в более безопасном месте. Молча мы прошли через безлюдные коридоры библиотеки к тому же тайному уголку сада, где беседовали утром.
Ночной сад был наполнен тенями и шорохами, лунный свет создавал причудливые узоры на дорожках. Когда мы оказались в уединенной беседке, Лириана наконец заговорила:
— Что ты думаешь? О встрече, о группе?
— Слишком много напряжения и подозрений, — честно ответил я. — Не все члены группы разделяют одни и те же цели. И кто-то действительно может работать на Дом Вер.
— Кор? — тихо спросила она. — Я заметила, как Валериан смотрел на него.
— Возможно, — не стал я ни подтверждать, ни опровергать её догадку. — Но сейчас важнее другое. Информация о хранилище уже не является секретом. Нам нужно быть готовыми к тому, что мы будем не единственными, кто его ищет.
Лириана кивнула, её лицо было задумчивым в лунном свете:
— Я подготовлю всё необходимое для экспедиции. Но Азар... мне не нравится участие Нилы. Она присоединилась слишком внезапно.
— Ты ей не доверяешь? — спросил я, вспоминая утренний визит Нилы и её рассказ о Звездных Создателях.
— Не в этом дело, — Лириана покачала головой. — Она отличный астроном и искренне предана исследованиям. Но у неё есть... личные мотивы. Её народ хранит особые предания о древних временах. Для неё поиск хранилища может иметь религиозное значение.
— А разве это плохо? — спросил я, хотя уже понимал, к чему она ведет.
— Вера может затуманить научный взгляд, — ответила Лириана. — А в случае с такой находкой нам нужна ясность ума, а не религиозный трепет.
Я улыбнулся, оценив её приверженность рациональному подходу:
— Не беспокойся. Мы сохраним баланс между верой и наукой. В конце концов, величайшие открытия часто рождаются на этой грани.
Мы помолчали некоторое время, наслаждаясь тишиной и относительной безопасностью уединенной беседки. Я осознал, что нахожусь на пороге важного шага — экспедиция могла привести меня к одному из моих хранилищ, к информации и технологиям, которые помогли бы восстановить понимание произошедшего за три тысячелетия моего отсутствия. И, возможно, начать процесс восстановления моих истинных сил.
— Мы должны быть готовы ко всему, — произнес я наконец. — Если хранилище окажется таким, как мы предполагаем, оно может содержать знания, выходящие за рамки современного понимания.
— Я готова, — тихо ответила Лириана, её глаза блестели в лунном свете. — Всю жизнь я чувствовала, что привычная версия истории неполна, что правда о нашем прошлом спрятана за слоями лжи и недомолвок. Если это хранилище содержит ответы... я готова принять их, какими бы они ни были.
В её словах я услышал эхо моих собственных стремлений, и это создавало между нами связь, выходящую за рамки простого сотрудничества.
— Три дня, — сказала она, поднимаясь. — Через три дня мы отправимся. Я подготовлю всё необходимое.
Когда мы расставались у дверей её комнаты, Лириана внезапно коснулась моей руки, её прикосновение было легким, но удивительно теплым:
— Будь осторожен до отъезда, Азар. Особенно с Виктором Казом и Домом Вер. Я бы не хотела отправляться в экспедицию одна.
— Не беспокойся, — заверил я её с улыбкой. — Я умею избегать неприятностей.
***
Когда я наконец вернулся в свою комнату, ночь была уже глубокой. Я закрыл дверь, тщательно проверил помещение на предмет нежелательных сюрпризов и только после этого позволил себе расслабиться.
Сев на край кровати, я закрыл глаза и сосредоточился на внутреннем ощущении, которое преследовало меня весь день — на присутствии Эрина, молодого человека, чье тело я занимал. Впервые я осознанно попытался дотянуться до него не сквозь сон, а напрямую.
— Эрин, — произнес я вслух. — Я знаю, что ты где-то там. Я чувствовал тебя сегодня. Ты пытался предупредить меня, помочь.
Тишина была моим единственным ответом, но я продолжил:
— Я не знаю, насколько ты осознаешь происходящее, но твои знания, твои воспоминания об этом мире могут быть бесценны. Мне нужна твоя помощь, чтобы понять, что случилось за время моего отсутствия, чтобы исправить то, что было искажено.
Медленно, почти неуловимо, в моем сознании начал формироваться образ — юноша, сидящий за столом, заваленным книгами о древних временах. Его руки перелистывали страницы с изображениями рун, в точности похожих на те, что я сам создал эоны назад. Я видел его страсть к знаниям, его поиски истины, его одержимость тайнами прошлого, которая в конечном итоге привела к нашему соединению.
Затем видение изменилось, показывая пещеру, скрытую глубоко в холмах, слабо освещенную кристаллами, испускающими пульсирующий свет. В центре пещеры на постаменте лежал кристалл, излучающий сияние, подобное звездному. Эрин – я теперь был уверен, что это его воспоминание – протягивал руку к кристаллу, шепча слова на древнем языке — моём языке. Я почти физически ощутил, как его пальцы касаются холодной поверхности артефакта, как энергия начинает пульсировать, резонируя с его собственной жизненной силой. Вспышка света, момент невыносимой боли и... пустота.
Это был момент моего пробуждения в его теле.
Образ растворился, но вместо него пришло новое ощущение — не картинка, а эмоция. Страстное стремление к знаниям, жажда истины, непоколебимая решимость. И удивительное чувство признания, как будто Эрин давно ждал этого момента, готовился к нему всю свою короткую жизнь.
— Ты искал меня, — прошептал я, осознавая правду. — Не случайно, не по ошибке. Ты намеренно пытался найти артефакт, связанный с Демиургами.
В ответ я ощутил слабый импульс согласия, как лёгкий кивок внутри собственного сознания.
— И ты всё ещё здесь, не полностью подавлен моим присутствием.
  
Теперь ощущение стало сильнее — не просто согласие, но и некое предложение, словно протянутая рука. Союз? Партнёрство? Единение двух сознаний с общей целью?
Я почувствовал, как что-то сдвинулось внутри меня, словно часть стены, разделявшей наши сознания, истончилась. Не исчезла полностью, но стала проницаемой для отдельных мыслей и чувств.