Идеально неподходящий (СИ)
— Страшные у тебя сказки, — откровенно веселясь, качает головой. — Поехали, — рывком ставит меня на самокат.
Одну руку Ник кладет на ручку самоката, а второй мастерски пробирается мне под майку. Прохладными от стакана кончиками пальцев водит от груди вниз.
— Без щекотки, иначе мы оба свалимся, — накрываю его руку своей. — Как отец Артура?
В обед я написала Артуру пожелание выздоровления для отца. Ответа не было, но я на него и не рассчитывала. Ему сейчас не до этого…
— Лучше. Выгнал жену и двух дочерей из больницы домой. Сказал пускать только Артика. Он не истерит.
— Хорошо, что лучше.
— План поменялся. Бассейна нет, есть самокат. Если только…мы найдём бассейн? — он только что предложил влезть к кому-нибудь?! И о каком плане речь?! Я никуда ни за какие тугрики не полезу!
— Согласна на самокат, — поспешно заверяю.
Ник крепко прижимает меня к себе. Мы медленно катимся по пустым улицам. Я потягиваю потрясающее сочетание апельсина и кофе, Ник нашёптывает мне название созвездий.
Единорог…Персей…Ариадна…
Ничего не понимаю и даже не стараюсь. Я полностью поглощена обволакивающей хрипотой голоса, мятным жаром дыхания, ласкающего ухо, и твёрдой выпуклостью, упирающейся в поясницу. Пьяняще. Остро. И самую малость безумно.
Меня натурально повело…
Сделав круг, мы останавливаемся возле дома, и я мысленно бью себя по лбу. Входную дверь я просто прикрыла, а вот калитку не догадалась оставить настежь… Магнитное препятствие чтоб его!
Ник же не теряется. Не без труда, конечно, перелазит через почти двухметровый забор. Он точно нигде не пропадет!
В доме единственное на что я успеваю заметить прежде, чем Ник подхватывает меня и впечатывает в стену, — это моё кольцо, висящее на вешалке. А вот и первые признаки маразма…Даже задумываться не буду как и что. А мне и не дадут.
Ник жадно впивается в мои губы. ему с не меньшей жаждой. Всё отходит на второй план. Я словно воспламеняюсь изнутри. Кажетсяпламя вспыхнет и на коже. Есть только я, он и наши лихорадочные ласки.
Ник стягивает майку в кулаке, сильнее вжимая меня в стену. Языком проводит по нёбу, кусает мои губы.
— Хочу тебя, — шепчет между поцелуями.
Нерешительность на долю секунды обретает очертания. Для меня это ново. Никогда никого не хотела до сладких судорог, собирающихся внизу живота. Хочу только чувствовать…
— Коль, я…у меня не было…
— Самое лучшее для меня? — передо мной Чеширский кот, искупавшийся в валерьянке.
— Для тебя, — лепечу пересохшими губами. Теперь я поняла смысл и…. очень рада его догадливости.
— Ты такая красивая, — целует с невообразимой нежностью, сметая нерешительность и страх. пробивающийся хрупким ростком.
Не говоря ни слова, беру его за руку и в тишине, заполненной нашим сбитым дыханием, веду Ника в спальню.
На пороге комнаты я оборачиваюсь и… остатки трезвости улетучиваются. от полного желания взгляда Ника.
Поддеваю пальцем шлевку джинсовых шорт и, вновь попадая под настиск жёстких губ, тяну парня на себя. Влажная пульсация между ног превращается в пытку. Ник подхватывает меня и бережно опускает на кровать. Он гладит и осыпает поцелуями мои ноги, поднимаясь выше..
Сердце заходится в бешенной пляске, когда Ник снимает с меня шорты и подцепляет трусики. Дрожащими руками помогаю снять с себя майку. Не думая, безотчётно прикрываю грудь. Ухмыльнувшись, Ник берёт мои руки, целует запястья и убирает их в сторону. Так странно и несколько стыдно лежать перед ним полностью открытой.
— Идеально! — сдавленно хрипит.
Он ещё что-то говорит, но я ничего не слышу. Меня полностью поглотили прикосновения руки, лениво спускающейся от окаменевших вершин груди к влажным, жаждущим этих самых прикосновений складкам. Я невразумительно бормочу, когда Ник подушечкой пальца задевает клитор. Через секунду в меня проникает палец. Ник дразнит и подготаливает меня по кругу двигая им.
— Хочу….тебя… — бормочу как в бреду.
Коля разводит мои ноги шире. Горячий воздух из его лёгких попадает чувствительные точки. Ох, можно и так.
Ник языком собирает влагу, которой становится всё больше от действий. Он требовательно исследует каждый миллиметр. Тугой электрический ком внутри разрастается от умелых движений. Мне мало. Мне хочется всего здесь и сейчас.
Неестественно выгибаюсь, когда Ник языком проникает в меня. Неистово ласкает, словно это жизненно важно для него. Я извиваюсь и надрывно кричу, кончая от его языка, когда меня прошибает сжигающий импульс.
Мне кажется, я рассыпалась на тысячу части.
Сквозь масляную поволоку слежу за Ником, достающим из кармана шорт презерватив и ловко избавляющимся от своей одежды.
Налитый член с блестящей головкой вызывает предвкушающую дрожь. Беру его в руку и несмело провожу по всей длине. Нежная кожа под пальцами похожа на бархат.
Ник убирает мою руку и мастерски раскатывает прозрачный латекс.
Его губы находят мои и увлекают в глубокий поцелуй. Я наслаждаюсь всем: упругими мышцами, приятно давящим весом, запахом его кожи и солоноватым привкусом на губах. Горячая толстая плоть упирается между ног. Непроизвольно трусь набухшими складками о каменный член. До сумасшествия хочу ощутить его внутри себя.
— Коля… — выдыхаю умоляюще.
— Нетерпеливая, — довольно выдыхает.
Точно желая довести меня до сумасшествия, Ник медлит. Он сексуальный. страстный и невыносимый!
Он растирает указательные пальцами мои соски, щиплет и слегка оттягивает их. Царапаю его спину без слов повторяя мольбу. Ещё немного и я его покусаю!
Будто уловив мои угрожающие мысли, Коля миллиметр за миллиметром входит. Непривычное чувство заполненности сначала чертовски приятно, а потом становится БОЛЬНО. Задыхаюсь от скручивающего жжения. Мне необходимо немного перевести дыхание!
Плавно заполнив меня целиком, Ник замирает. Вцепившись ногтями в рельефные бицепсы, я закрываю глаза, отсчитывая секунды.
На пятой Коля убирает мои волосы с лица и властно берёт меня за подбородок, вынуждая открыть глаза.
— Милая, сейчас всё пройдёт.
Мягко успокаивающе он целует меня и опускает руку на клитор. К боли примешаваются слабые отголоски схлынушего возбуждения. Едва ощутимо толкаясь, Ник вглядывается в моё лицо. Дрожащим кивком я поощряю действия и тянусь к его губам.
Размеренные толчки резонируют во всём теле. Под натиском нарастающего наслаждения дискомфорт постепенно растворяется….
Сама того не замечая начинаю подмахивать бёдрами и тихо постанывать. Мы находим идеальный для нас ритм. Скольжение во мне, посасывание языка, соприкосновение разгоряченных тел воспрнимаются остро…словно из чувств у меня осталось осязание.
Тяжело дыша мне в висок, Ник продолжает жёсткие толчки. Замерев на секунду, он кончает и падает на меня. Скольжу руками по влажной спине, млея от его близости. Эмоции переполняют.
Мы лежим бездумно глядя в потолок. Наше дыхание как после марафона. Шевелиться совершенно не хочется. Похоже, только мне..
— Ты как? — Ник нависает надо мной. С ленцой, как бы между прочим пальцами обрисовывает грудь.
Облизываю пересохшие губы.
— Отлично. Даже лучше. Можно тебя попросить…
— Не надоело?! — резко обрывает меня. — Мне свалить сейчас?! Или можно остаться и утром в окно сигануть? Мы, блять, в твоей спальне, после секса. Ты только что стонала ни о чем не думая, а сейчас вспомнила, что мы не одни и решила меня выставить? — вошёл в раж.
Смотрю на него как на внезапно выпрямившуюся Пизанскую башню. Не ожидала, что он может быть таким резким и грубым. Яркое сочное удовольствие посерело за секунды.
— Воды. Я хотела попросить принести воды! Но спасибо что высказался! — не могу сдержаться. Язвлю. — Если тебя так раздражает моё поведение, то я не понимаю зачем ты теряешь со мной время?! — гнев взметнулся к отметке максимум. Не до конца осознаю как вырвался этот вопрос.
— Да. Раздражает. Сколько еще ты будешь меня отфутболивать?