Предатель. Ты мне (не) изменил (СИ)

— Я люблю ее, примешь ты это или нет! И либо она станет моей женой, либо никто, — его голос звучал твердо и безапелляционно. — Если ты еще что-то скажешь, то мы перестанем общаться. Ты готова пойти на это?
Именно тогда я впервые в полной мере почувствовала масштабы его любви… передергиваю плечами от непрошенного воспоминания. Сердце больно сжимается в груди. Куда же делись наши чувства? Почему все так произошло? 
  
— Не говори глупости, — строгий интонации Дениса окончательно возвращают меня в реальность. — Мы всегда ждем тебя. Просто, предупреди ты, что приедешь, я бы отправил за тобой машину, чтобы тебя привезли от дома до дома. 
— Да что тут ехать?! — свекровь машет рукой. — Сел на электричку и вот Москва. Только по метро все еще плутаю. Поэтому и попросила меня встретить.
— У тебя есть возможность ездить не на электричках, — Денис старается сохранять спокойствие. Но по вздувшейся на лбу венке понимаю, что он начинает заводиться. В такие моменты муж всегда барабанит пальцем по столу, как сейчас.
По привычке дергаюсь, чтобы положить руку на его ладонь. И тут же останавливаю себя. Мы больше не семья. Это будет лишним.
— Ну если вы не против, — Тамара Алексеевна ложкой перемешивает в тарелке бульон. — То я дождусь тебя из командировки, Денис. 
Горло сдавливает тисками. Быть наедине со свекровью — то еще испытание. Но и отказать я не могу. Проще самой уехать. Только куда? Тяжело вздыхаю, проталкивая воздух в легкие. Денис опасливо косится на меня.
— Конечно, — говорю на выдохе. — Мы можете оставаться, на сколько хотите.
Замечаю, как плечи мужа опускаются. В эту же секунду на меня словно ушат холодной воды выливают. Где Денис будет спать? Если он ляжет в другой комнате, это вызовет много вопросов. Растерянность не отпускает на протяжении всего ужина, и после, пока я убираю со стола, загружаю посуду в посудомойку. 
Опасливо иду в спальню, где на кровати уже сидит Денис. Он поднимает голову, стоит только войти в комнату. Мы буравим друг друга взглядами. Мне хочется сбежать, но я все-таки прикрываю дверь. Противные мурашки бегут по рукам.
— Ну что ж, еще одна ночь в нашей кровати? — наконец тихо произносит муж. Не могу разобрать эмоций в его голосе. — Надеюсь, что последняя, — а вот эти слова он выплевывает. 
Возмущение давит на грудь, выталкивая из нее весь воздух. Я никак не ожидала от Дениса такой наглости. Но даже загнанная в угол я не должна сдаваться. 
— Только через мой труп! — цежу в ответ.
  
Глава 36
 
— Почему сын спал в другой комнате? — грозный голос Тамары Алексеевны настигает меня в тот момент, когда я почти переношу ногу через порог дома.
Удрученно вздыхаю, возвращаюсь в холл.
— Мы решили, что ему нужно очень рано уехать из дома, поэтому, чтобы не будить меня, он ушел спать в соседнюю спальню, — смотрю в глаза свекрови, а у самой дикое желание закрыть лицо рукой. Пальцы покалывает от необходимости спрятаться.
На самом деле, мы вчера долго спорили с мужем, где он будет спать. Я категорически не позволяла ему лечь в нашу кровать. В какой-то момент даже схватила одеяло и обмоталась в него. Ночью этот поступок казался находчивым, сегодня воспоминания о нем заставляют покраснеть. Измена мужа ума мне точно не прибавляет. В конечном итоге, Денис, глядя на меня в платье из одеяла закатил глаза, сказал, что я ненормальная, после чего схватил костюм из шкафа и вышел из спальни, напоследок бросив на меня нечитаемый взгляд. Я же осела на пол. Сколько так просидела, не могу сказать, но за это время колени жутко затекли. Буря эмоций, начиная от злости и заканчивая непонятно откуда взявшейся тоской, на тот момент проносилась внутри.
Встряхиваю головой. Наверняка приближающийся ПМС сказывается. Либо усталость. Не могу сдерживать себя, хочется наконец выплеснуть наружу все переживания. Кажется, я достигла своего предела. До зубного скрежета испытываю необходимость с кем-то поговорить.
— Думаешь, Денис будет терпеть такое отношение к себе? — Тамара Алексеевна складывает руки на груди. — Он хоть через час может встать, ты должна это принимать и поддерживать его! Ты же жена. И утром тебе никуда не надо, все равно не работаешь. Кстати, — она изгибает бровь. — А куда это ты собралась?
Еле сдерживаю рвущуюся наружу улыбку.
— На работу, — веселье все равно просачивается в голос.
— Что? — глаза свекрови округляется. — У вас проблемы с деньгами?
Передергиваю плечами. Тру переносицу.
— У нас все в порядке с деньгами, — прикусываю язык, чтобы не добавить, что это конкретно у меня с ними проблемы.
— Ты с ума сошла? — вскрикивает Тамара Алексеевна. — Думаешь, такая, — обводит меня ладонью, — нужна Денису? Да ты и так по дому ничего не делаешь. А что будет теперь?
— Я опаздываю, — прерываю начинающуюся тираду.
— Он бросит тебя! — сочащаяся ядом угроза звучит за закрывшейся дверью.
Быстрой походкой направляюсь к лифту. Вдавливаю кнопку. Прижимаюсь спиной к стене, пока жду. Опускаю голову и тяжело вздыхаю. Пять дней со свекровью — это вечность. Да пять минут уже каторга! Так и стою, пока разъезжающиеся створки не приводят меня в чувства.
До работы доезжаю на метро. Не хочу пользоваться возможностями мужа. Мне нужно привыкать жить самостоятельно.
— А вот и наша новенькая, — весело приветствует меня Артем, стоит только войти кабинет. Начальник улыбает мне, отчего на его щеках появляются задорные ямочки.
Приподнимаю уголки губ в ответ. Приятно осознавать, что я стала частью коллектива. Помимо нас с Артемом, еще два стола уже заняты моими коллегами. И это несмотря на то, что я пришла на пятнадцать минут раньше начала рабочего времени. Девушки, зевая, включают компьютеры.
До двух часов работаю, не отвлекаясь. Объемные задания требуют кропотливого внимания. Поэтому к обеду, когда отвожу глаза от монитора, вижу звездочки перед глазами. Да еще и желудок громко урчит, требуя перерыва. Часто моргаю, достаю из сумки контейнер с купленной утром куриной грудкой и макаронами. Поднимаюсь с рабочего места. Осматриваю кабинет. Коллеги заняты делами, поэтому решаю никого не отвлекать. И все равно никого не знаю. Так что пока спокойнее кушать одной. Не нужно искать общие темы и терпеть неудобные вопросы.
— Ты на обед? — уже берусь за ручку двери, когда слышу уставший голос Артема за спиной.
— Ага, — оборачиваюсь через плечо. — Я быстро.
— Я не к этому. Не против, если схожу с тобой? — Артем встает, до хруста разминает затекшую спину.
Морщусь. Меня почему-то в дрожь бросает, когда слышу, как кто-то хрустит суставами. При этом киваю на вопрос начальника. Хотя внутренне сжимаюсь от волнения за то, что будет некомфортно. Перебарываю себя: нужно вливаться в коллектив, иначе так и буду отщепенцем.
— Ну, пойдем, — Артем подходит ко мне.
Распахивает дверь. Благодарю его. Мы быстро доходим до кухни. Сразу же ставлю еду в микроволновку. Артем же лезет в холодильник. Достает оттуда контейнер с пельменями. Мотаю головой. Воспоминания о вчерашнем ужине комом встают в горле.
— Что, слишком по-холостяцки? — улыбается Артем, подходя ко мне.
Он встает настолько близко, что задевает мое плечо своим. Хочется отодвинуться. Чувствую себя ужасно неуютно. Но боюсь, что проявляю себя с нехорошей стороны, тем самым, лишившись расположения своего же начальника. Поэтому заставляю себя стоять на месте.
Микроволновка издает спасительный звоночек. Вынимаю контейнер, иду к одному из двух деревянных столов, стоящих посреди кухни. Горячий пластик греет пальцы. Сажусь. Из корзиночки, стоящей посередине столешницы, достаю пластиковые вилку и ложку. Начинаю разрезать курицу на маленькие кусочки.
  
Улавливаю готовность обеда у Артема. Начальник плюхается напротив. Берет ложку. Пристально смотрит на меня. Отвлекаюсь от еды. Ежусь под его внимательным взглядом. Кажется, что он пытается заглянуть мне в душу.
— Итак, Аврора, — Артем понижает голос, добавляется в него хрипотцы. — Давай наконец познакомимся поближе?