Малышка его мечты (СИ)

Я поклялась сделать все, чтобы вырастить малыша достойным потомком отца. Расшибиться в лепешку, но стать лучшей матерью на свете. И, может быть, когда-нибудь рассказать Михаилу, каким чудесным малышом вырос его ребенок. Дать ему выбор — общаться с предателем-отцом или нет.
Впрочем, о последнем я старалась думать как можно меньше. Сейчас куда важнее и ближе были иные цели: сохранить ребенка. Вернуться домой, найти жилье и работу. А там…
Там можно подумать и о будущем. И о прошлом…
Все эти безрадостные и вместе с тем необходимые думы настолько заняли мой разум, что из такси я вышла, подобно зомби. Не видя и не замечая ничего вокруг. До рейса оставалась пара часов, и я решила скоротать их с пользой. Купила мороженое и глотала его — белое и холодное, с соленым привкусом собственных слез. Другая еда в меня просто не поместилась бы. Но есть я была должна — не ради себя, а ради малыша.
— Маша!..
Оклик Михаила показался мне продолжением собственных фантазий. Я не подняла головы, все еще рассматривая мыски собственных сандалий.
— Машенька, любимая, вот ты где!
Наваждение не желало исчезать. Более того, оно обрело вполне себе физическую оболочку. Михаил в буквальном смысле упал возле меня на колени, обнял и доверчиво положил голову на мои руки.
— Как хорошо, что ты не улетела, — проговорил он, положив горячие ладони мне на бедра.
Я не верила в то, что все происходит наяву.
— Ч-что ты сказал? — спросила так тихо, что едва разобрала звук собственного голоса, так тих он был. Словно легкий ветерок коснулся пожухлой листвы, и она едва прошуршала.
Миша поднял голову и встретился со мной взглядами:
— Хорошо, что ты не улетела. Но в любом случае я отправился бы за тобой.
— Почему?
— Потому что люблю. И жизни не представляю без тебя, — сказав это, он достал уже знакомую мне коробочку и открыл ее. — Прости, что так долго тянул с признанием. Но я понятия не имел… Маша, любимая, выходи за меня замуж?
Я так долго ждала этих слов, так мечтала о них. Иногда, позволяя воображению взять верх, рисовала в мыслях картины. Представляла, что отвечу, когда он это предложит.
А сейчас смогла пробормотать лишь тихое:
— А как же Катерина?
Миша рассказал о ее проблеме, о том, как она обратилась к нему за помощью. О том, что он не смог ей отказать, несмотря на то, что не чувствует к ней ровным счетом ничего.
— Так ты выйдешь за меня? — предложил он снова.
И у меня не осталось сомнений в том, что этот вопрос его интересует куда больше, чем все, связанное с Катериной.
Конечно же, я согласилась. А после сказала о беременности, и Михаил радовался так искренне, словно сам стал ребенком и получил долгожданный подарок на Рождество.
— Люблю тебя, — произнес он, положив ладонь мне на живот. — Ты самое дорогое, что у меня есть. Моя малышка.
— Люблю, — повторила я эхом. — Теперь поцелуй меня, а то мне до сих пор кажется, что все происходящее ― только лишь прекрасный сон.
  
Эпилог
 
Наша с Михаилом свадьба состоялась тридцатого июля на шикарном пляже Бол Харбор, расположенном на берегу Атлантического океана. Лазурное море, белый песок, стройные пальмы и ярко-голубое небо. Накрытые белоснежными скатертями столы, украшения из живых цветов — все искрилось и сияло изяществом. Но еще ярче сияли улыбки гостей.
Кстати, о них…
Моя сестра Лиза тоже прибыла на церемонию, вместе со своим мужем. Михаил предложил им остаться в Майами и работать на него — они, конечно же, не отказались. Теперь я была совершенно счастлива, ведь меня окружали самые близкие, самые дорогие сердцу люди.
Были на торжестве и Хилари с Майклом. Их бизнес процветал, и они были счастливы. К тому же, тоже готовились вскоре стать счастливыми родителями.
— Не могу же я отстать от лучшей подруги, — заявила Хилари, делясь последними новостями.
Тогда же она рассказала мне о Лайле, которая снова вышла замуж практически сразу после развода с Майклом. Возможно, назло ему. А, что вероятнее всего, тот парень был ее давнишним любовником. Но, как бы то ни было, семьи у нее не получилось. Новый муж оказался альфонсом и обобрал Лайлу чуть ли не до нитки.
 
— Мне ее ничуть не жалко, — добавила Хилари. — Думала, все такие честные, как Майкл?
— Кажется, это именно она, Лайла, позвонила и рассказала о Катерине, — добавила я. — Вот почему голос «доброжелательницы» показался мне знакомым.
— Не делай другому зла, если не хочешь, чтобы прилетела обратка, — фыркнула Хилари.
На этом мы закончили обсуждение личной жизни Лайлы. Гораздо интереснее и важнее для нас было создание своей семьи. И обсуждение будущего нас самих и наших малышей. На свадьбе я была в кремовом платье в греческом стиле: с завышенной талией, прикрывавшей заметно округлившийся животик.
— Ты готова прожить со мною всю оставшуюся жизнь? — спросил Михаил, улыбаясь. — Готова, миссис Девил?
— Долго и счастливо? — уточнила я, касаясь его лица.
Он все же решился на пластику, и теперь отражение в зеркале не напоминало о прошлой трагедии. Но Михаил сделал это не потому, что хотел забыть или понравиться Катерине. Только лишь для того, чтоб не пугать клиентов и партнеров. «Достаточно того, что они и так зовут меня Медведем, — смеялся он. — Русским медведем».
— Непременно! — пообещал он, даря мне полный нежности и обещания поцелуй.
Незадолго до нашей свадьбы Катерина вернулась к бывшему мужу. Не знаю, что у них будет дальше, да мне и все равно, если честно. Не хочу, чтобы чужая личная жизнь вмешивалась в мою.
Одно знаю твердо: больше я не позволю предрассудкам и прошлым обидам взять верх. Буду смотреть только вперед, жить и любить так, как велит мне сердце. Пройдя трудный путь, я все же нашла то, что искала — любовь, о которой не стыдно написать в книге. Михаил стал моим мужем. Он оказался именно таким мужчиной, о котором я мечтала. Таким, каким его себе представляла. И никто больше не заставит меня в нем усомниться.
Михаил
В этот день я нервничал, пожалуй, больше, чем когда делал предложение. Даже больше, чем во время свадьбы.
Первое УЗИ.
Я переживал за здоровье малыша так, что Маше пришлось держать меня за руку. А не наоборот, как, наверное, должно бы быть. Слишком опасался, что все эти передряги и нервы из-за Катерины повредят ребенку. И почему я не рассказал Маше всю правду? С чего решил, будто скрытность доведет до добра?
В этот день я пообещал больше никогда и ничего не скрывать от любимой.
УЗИ показало девочку. Здоровую малышку, и мне показалось, что она улыбнулась мне. Прекраснее зрелища я еще никогда не видел.
— Если хочешь, мы можем назвать ее Глафирой, — подложила Маша. — В честь твоей матери.
Я был тронут ее словами. Но все же не согласился:
— Я буду рад, если наша дочь будет похожа на мою мать. Вырастет такой же доброй, отзывчивой и ласковой. И признателен тебе. Но… пусть у нашей малышки будет своя судьба и свое имя. Которое мы придумаем вместе. У нас ведь еще есть несколько месяцев на раздумья?
— Конечно… Вот только… Мне казалось, это я твоя малышка.
Маша посмотрела хитрым взглядом: в ее прекрасных глазах плескалось веселье.
— Ты всегда будешь моей малышкой, — сказал я, целуя е в кончик носа. — Но теперь я буду счастлив вдвойне. Ведь у меня будет уже две малышки. И, знаешь, я не намерен останавливаться на достигнутом.
Конец