Я потерялась, Дикий (СИ)

Чёрт. Сурово выгляжу с этой бородой. Отрастил, так отрастил.
А я-то думаю, чего она сразу со мной не пошла. Я ж на маньяка со стороны похож. Будь я на месте хрупкой маленькой девочки — сам бы себя испугался.
— Дикий? — тихий шёпот отрывает от зеркал, и я осматриваюсь. Взглядом тёмные волосы ищу. Не вижу. Мелкая-то пропала. Только что была передо мной, стояла рядом. В итоге пока офигевал от разноцветных огоньков, приглушённого цвета и нашего количества — она испарилась. — Вы где?
Тихо вздыхаю.
Иду за ней. Вроде комната лёгкая. Всё видно. Проход один. Нахожу её быстро, и останавливаюсь, когда она бьётся носом о зеркало.
— Ай, да что же такое, — жмурится и делает шаг назад. Потирает ушибленный нос, и судя по его красноте… Это не первое зеркало, о которое она ударилась. Чёрт. Как её тут много. Я с одной-то еле справляюсь. — О, вы тут!
Мне кажется, это самые счастливые слова, что я за сегодня слышал.
— Я потерялась, — бубнит недовольно. — Да ты так-то всего один метр прошла… Это только начало.
— Да? — озадаченно хмурится. — Я словно вечность уже тут…
Подозрительно обводит помещение взглядом. Резко припадает щекой к первому попавшемуся зеркалу и почти не дышит.
— Ты что делаешь? — с недоумение наблюдаю за серьёзным выражением лица. За нахмуренными бровями, что сводятся в переносице.
— Думаю, тут есть потайная дверь, — на полном серьёзе прижимается к поверхности только сильнее.
— И с чего ты это взяла? — усмехаюсь, наблюдая за этой нелепицей. Я и не знаю, что ей сказать на это.
— Тут нет выхода, — выдаёт. — Я уверена. Всё проверено…
Я тихо выдыхаю. Она, наверное, шутит… Ладно. Посмотреть ещё или вывести её отсюда?
Скорее второе…
И хоть нам надо убить как-то время — эти отражения глаза мозолят. И бесят. Сил нет.
Делаю шаг вперёд и сам неожиданно бьюсь носом о зеркало, жмурясь.
Плоскомордым стану с этой фигнёй!
Какого фига? Его тут не было!
Оборачиваюсь и смотрю на хихикающую моську.
— А я говорила! Выход — тут!
Нет, не нравится мне эта комната с зеркалами. Так и шизиком стать можно.
Нахожу девчонку из её копий и подхожу к ней, хватая за локоть.
— Пошли, — веду за собой, выводя из лабиринта хотя бы этого маленького участка.
— Оо, — удивлённо шепчет, понимая, что то зеркало — далеко не дверь. — Ошибочка вышла.
Ага. Ещё какая. Что мы вообще зашли сюда.
— Но дальше я сама.
Хрупкие пальцы сжимают мою майку, и тянут за собой. Пока Вика ходит и ищет выход из этого жуткого лабиринта. Как у неё ещё глаза не заболели? У меня мигрень начинается. Старость — не радость. Молодёжь никак не пойму.
— Нашла-нашла! — вскликивает, выводя меня наружу. Наконец-то. Я думал, мы тут вечность проведём.
Вдыхаю чистый (относительно) воздух и угрюмо посматриваю назад. Адское место. До сих пор в глазах троится. И везде мелкая. Абсолютно.
Ещё и духами воняет. Посмешалось всё, что может.
— Фигня какая-то, — резюмирую, ставя крест на этом развлечении в будущем.
— А мне понравилось, — радостно восклицает. Откуда весь этот энтузиазм? — Было смешно. Особенно когда ты носом о зеркало ударился!
И смеётся. Тихо, прикрывая рот ладошкой. Будто смущается, что её сейчас кто-то услышит.
— Очень смешно, — скептически осматриваю торговый зал. — Куда ещё? Мы потратили всего пятнадцать минут.
Ничтожные, но такие тяжёлые. Развлечение — не моё.
— Честно… — раздаётся где-то снизу неуверенно. — Я устала…
  
Глава 8. Дикий
 
Конечно, столько времени просидеть под дождём. Не удивлюсь, если она завтра заболеет. Но это уже будут не мои проблемы, а этой глупой головы.
— Может, посидим просто в машине? Я была бы не против…
— Пошли, — я только с радостью подталкиваю её в сторону. Держу в руках её плед и не знаю, как он у меня оказался. Успела втихую в руку сунуть. Ладно. Неважно. Осталось каких-то несколько часов. Побуду доброй нянькой, а потом помашу птенцу, улетающему из неродного дома ладошкой.
Вымотала.
Хотя я целый день мог в спортзале раньше зависать. Работать и работать. А тут… Она-то как затихший комок, то, как батарейки на вечном заряде.
 
В итоге мы направляемся в джип. По пути покупаем несколько шоколадок, которые потеряшка разворачивает в машине.
А я вот смотрю и одного понять не могу.
— Почему ты в полицию-то не пошла?
Хороший же вопрос. И голова у меня от него ломается.
Она резко останавливается, прекращая уплетать шоколад за обе щёки. Поднимает на меня растерянный взгляд и тихо сопит:
— Папа у меня злой. Боюсь, если узнает, точно на моё предложение не согласится.
— Какое? — интерес мигом вспыхивает в груди. — Если секрет — можешь не отвечать.
— Да нет, нет никакого секрета, — пожимает плечами. — Я с мамой живу, в Канаде. Но у неё в последнее время появился новый муж и я… У меня ощущения, что я там лишняя. Чувствую, что то место — не моё. Хочу переехать сюда. Учиться здесь. Но сама понимаю, что и у папы новая семья.
— Так отдельно жить. Ты же не маленькая уже, — не тебе это, Яр говорить. Ты её как увидел — с подростком перепутал.
Было, было.
— Не разрешает, — опускает голову. — Говорит, такой большой город не для меня. Потеряюсь, вот как сегодня и вообще могу проблемы посерьёзнее найти. Хочу доказать, что и сама справлюсь без него, но что-то идёт не по плану. А когда он и вовсе узнает, что я попала в такую ситуацию… Точно откажет.
Забавно, да.
Здесь я с мужиком согласен. Девчонка встрянет — потом не вылезет.
Блин, Канада.
У меня ж там, у друга тоже дочь учится. У Костика. Бывшего сослуживца. Но если я с органов ушёл — он остался. И нехилую такую должность занял. Вон на дело уехал в командировку на неделю. Вернуться скоро должен.
— Ну, ничего, подрастёшь, приедешь, — поддержать же как-то надо. — Всё образумится. Повезёт — и тут останешься. Дом бы твой найти. Но ты, конечно, Вика, даёшь. Столько приключений найти за какой-то день.
— Я не специально, честно, — виновато отзывается. — Так вышло. Мне очень неловко, что я ваше время потратила…
— Мы же уже перешли на «ты», — напоминаю. Я тут с ней целый день гуляю, а она всё ко мне как к старикану обращается. А у нас разница-то в возрасте… Небольшая. Сколько? Девять? — Перестань смущаться. Воспринимай меня как отца. Сколько твоему?
— Сорок, — ну, нормально. Костику столько же. Несмотря на разницу в возрасте — мы отлично ладим. Он был тем, на кого я работал. И вот как год назад ушёл из органов, решив реализоваться в другом деле. Надоело мне прогибаться под других.
— Ну, тогда не как к отцу, а к старшему брату.
— Если ты только не против, — мигом краснеет.
— Ты взгляд бы на меня сначала подняла, — чудная.
Вика неуверенно, но взмахивает своими ресницами и поднимает взгляд вверх. Голубые глазки всё пытаются посмотреть мне в лицо, но пока останавливаются только на груди. Окей, прогресс есть.
— Спасибо ещё раз, что помогаешь, — протягивает мне шоколадку. С карамелью и арахисом.
Мило так. Заботливо. У меня даже в груди что-то теплеет. Нет, ну, комочек доброты, ей-богу.
— Я сладкое не ем, — отодвигаю от себя. Жопа слипнется.
— Как можно не есть сладкое? — встрепенулась. — А как же гормон счастья?
Знала бы ты, девчонка, что мне гормоны повышает… То самое, отчего ты меня сегодня оторвала. Я и добежать не успел. Ирка вон обиделась, уже три смски отправила, чтобы я на глазах у неё больше не появлялся.
Минус любовница. Придётся идти грехи замаливать потом колечком. Наверное. Может, другую найду. Кобелина проклятая же…
— И без него хорошо живётся.
 
Её взгляд всё не пропадает с моей груди.
— У тебя, поэтому, наверное, такие мышцы, да? — она слегка наклоняется. Становится ближе. Чистым пальчиком, не в шоколаде, дотрагивается до моего плеча и легонько тычет. — Жуть…
— Чего жутко-то? — напрягаю бицепс, что острее виднеется на руке. А она от него как отшатывается. Мда. Проблемная девчонка. — Благодаря им, мужчины тебя на руках носят.