Отвергнутая жена дракона, или Хозяйка магического приюта (СИ)

— Обещай, что Грегора не казнят! Он ведь не хотел кидать нож. Его менталист заставил, честно, он хороший!
— Я с этим разберусь, — отвечает Инквизитор. — Обещаю. Невиновные не пострадают.
— Спасибо! Я так и знала, что ты поймешь! Я так жалею, что убежала в тот день из дома. Зря я леди Витторию послушалась. Но зато я леди Даяну узнала. И ты тоже ее узнал, да, папочка? Так что может и не зря я сбежала. А ты как думаешь? — девочка с тревогой морщит лобик.
  
— Не зря, маленькая. Не зря, — улыбается муж. — Но больше никогда от нас не убегай!
Это его «нас» означает меня и его?
Больше не сдерживаясь, утыкаюсь лицом в бархатный камзол Браггара и безостановочно всхлипываю. Пока я слушаю тираду Мии, ко мне постепенно возвращается способность говорить. Стоит малышке замолчать, как я встреваю с самым главным вопросом:
— Мы пропустили начало речи из-за Ловцов. Ты расскажешь нам последние новости? Интернаты закроют? Детям больше ничего не грозит?
Между бровями мужа прорезается вертикальная складка. Он неопределенно пожимает плечами:
— Думаю, об этом мы поговорим дома.
  
Глава 59
 
Через час
Дома… Перед тем, как мы покинули площадь, я думала, что муж говорил о поместье, а оказалось, он имел в виду городскую виллу. Впервые возвращаюсь сюда после того, как Браггар пообещал сгноить меня в глухомани.
Сейчас, когда захожу в огромный вестибюль, где пол выложен мраморными плитами, а стены увешены красивыми картинами, вспоминаю, как тоскливо стучали мои каблучки, когда я отсюда уходила. Сейчас кажется, что жестокие слова мужа были обращены к другому человеку, а не ко мне.
Теперь все иначе. И, хотя он держит за руку Мию и слушает ее, но я чувствую, что его взгляд не отпускает меня ни на секунду. Признаться, это доставляет мне удовольствие.
Когда мы всем скопом заходим в просторное здание, нас почтительно приветствует седовласый слуга. Он настолько хорошо вышколен, что не показывает и намека на удивление при нашем шумном появлении. Мне он заявляет:
— Рад видеть вас в добром здравии, леди Эртирос. Надеюсь, вы останетесь здесь надолго. Со своей стороны я сделаю все, чтобы скрасить ваше пребывание в этом доме.
Как странно. Помню, каким презрительным взглядом провожал меня этот мужчина во время моего изгнания в глухомань. Удивленная, бормочу слова благодарности, после чего Браггар распоряжается, чтобы в приемном зале накрыли на двоих, а детей накормили на кухне.
Замечаю, что дети по привычке переглядываются с Ликой, будто спрашивая, стоит ли доверять такому приглашению. Когда девочка кивает, все радостной гурьбой идут в кухню, причем Мия берет на себя роль экскурсовода:
— А вот на этой картине моя бабушка леди Горация Эртирос. Папина мама. Видите, какая она красивая была в молодости? Ей очень шли эти милые усики, правда?
Пока мы с Браггаром направляемся в зал, осматриваюсь, подмечая роскошные детали. Магические светильники, цветы в дорогих фарфоровых вазах. После жизни в усадьбе мне непривычна подобная роскошь. Это как из добротного летнего домика с огородом и теплицей перенестись в резиденцию миллиардера. Разница колоссальная.
Я устраиваюсь на удобном кресле перед овальным, лакированным столиком, а муж — тут же, рядом, на диване, чтобы поговорить. Я хочу получить ответы на свои вопросы, и он, кажется, наконец-то, готов их предоставить.
Мне немного не по себе под его пристальным взглядом. Я бы сказала, в этом взгляде сфокусирован очень мужской ко мне интерес. Это и приятно, и в то же время напрягает, потому что наше совместное будущее все еще под большим вопросом.
Неожиданно для самой себя принимаюсь без умолку тараторить. Какие прекрасные шторы и гобелены! А этот шелк, которым обита мебель, — настоящее произведение искусства! И ковры, ковры исключительно хороши.
Муж слушает молча, снисходительно улыбаясь, но, стоит слугам, накрывшим на диванный столик чай и блюдо с пирожными, закрыть за собой дверь, он обрывает мою болтовню:
— Здесь было пусто без тебя, Даяна. Невыносимо пусто.
Его тон абсолютно серьезный, и я отвечаю таким же.
— Я ушла отсюда не по своей воле, — пожимаю плечами.
На моих словах Браггар кривится, будто съел горькую пилюлю, а я, точнее, моя внутренняя поборница справедливость, потирает ручки. Понимаю, он хочет меня вернуть. Но также понимаю, что облегчать ему эту задачу я не стану.
— Хочу, чтоб ты знала, — наконец, выдает дракон. — Я предоставил Виттории выбор. Признаться перед слугами в клевете и отправиться на служение в храм, где служительницы принимают обет пожизненного молчания. Или же отплыть на остров проклятых.
— Остров проклятых? — я вопросительно вскидываю брови.
Название звучит жутко. Я бы ни за что не согласилась на этот вариант, будь у меня другой выбор.
— Это остров, — говорит Браггар, — откуда нет выхода. Его обитатели сами строят себе примитивные жилища и сами добывают себе пищу. Там не живут, а выживают.
— Кто туда попадает?
— Тот, кто предал своего господина-дракона или причинил вред его семье,того больше нельзя считать частью нашего общества. Они становятся изгоями.
Я передергиваю плечами, ежусь при мысли о судьбе этой девицы. Ей привалил такой бумеранг, что не позавидуешь!
— И что, в итоге? — осведомляюсь. — Уверена, она выбрала монастырь. Там ей хотя бы не придется голодать и мерзнуть.
— Ты права. Виттория призналась перед слугами, что оклеветала тебя. А потом отправилась на пожизненное служение в монастырь. Теперь все слуги в курсе, что были к тебе несправедливы. В их глазах ты белая жертва.
— Белая жертва?
— Это значит, каждый из слуг считает тебя невинно пострадавшей и готов из кожи вон лезть, лишь бы завоевать твое прощение, — дракон с усмешкой добавляет: — Теперь видишь, как выгодно тебе будет сюда вернуться?
— Это очень… мило с их стороны, — пожимаю плечами. — Виттория несет свое наказание в монастыре. Слуги готовы лезть из кожи вон, чтобы мне угодить. А ты, Браггар? Ты, мой муж. Ты должен был меня защищать, а вместо этого поверил клевете и выгнал с позором из дома. На что ты готов, чтобы я вернулась?
  
Глава 60
 
— Что ты хочешь, Даяна? Деньги? — он впивается в меня внимательным взглядом и тут же сам отвечает: — Нет, о чем я… Не деньги, конечно. Ты ждешь моих извинений. Мне жаль... мне очень жаль, что я поверил лживой Виттории. Фила сбежала. Я был не в себе. На столе лежала ее записка, где она винила тебя в своем побеге. Прости.
Он неотрывно всматривается в мое лицо, ждет моей реакции. При этом волнение выдает только учащенное дыхание. Грудь часто вздымается, в то время, как лицо остается непроницаемым. Его извинения звучат искренне. В конце концов, если бы мою племянницу кто-то обидел, и она пропала, оставив объяснительную записку, я бы стерла ее обидчика в порошок, даже до полиции не дошла!
Встречаю взгляд дракона и коротко киваю:
— Твои извинения приняты.
В его темных глазах читается облегчение, и он подается мне навстречу, поэтому поспешно добавляю:
— Мое прощение — это не гарантия совместного будущего. Нам еще много предстоит обсудить. Раз уж ты заговорил об этом, Браггар, что теперь будет с Филой и остальными одаренными?
— Им придется пройти проверку в кабинете мага дознавателя, — поймав мой встревоженный взгляд муж опускает на мою руку горячую ладонь. — Все будет проходить под моим наблюдением. Никто не причинит им вреда.
— Но зачем вообще нужна какая-то проверка? — во мне снова включается мама-медведица. — Детям только лишний стресс. Им бы уже выдохнуть и спокойно зажить, чтобы никто их не трогал!
  
— Прояви терпение, Даяна. Скоро многое поменяется. Но для начала, чтобы доказать невиновность детей, надо доказать влияние менталиста.
— Тот менталист... — нетерпеливо ерзаю на стуле. — Его уже нашли?