Отвергнутая жена дракона, или Хозяйка магического приюта (СИ)

— Малышка, — пытаюсь выиграть время, — а почему ты спрашиваешь?
— Ну… Я просто… Не хочу, чтобы у него была другая жена.
— Вот как? — только и могу, что растерянно моргнуть на ее слова.
То есть она не хочет, чтобы папа женился на ком-либо, кроме мамы? Э-э. Это вполне объяснимо.
— Да, — кивает девочка. — Хочу, чтобы вы были его женой и чтобы вы не расставались.
На этих словах окончательно теряюсь. Уже собираюсь что-то невнятное ответить, мол, от меня это не зависит, а тут...
  
Что-то неуловимо меняется вокруг, и я замолкаю. Вскакиваю со стула. Чувствую, как рушатся невидимые барьеры, которые я сама же установила. Неужели Ловцы? Кручу головой, вслушиваюсь в странные ощущения. Где-то рвутся нити пространства, привязанные к моим пальцам, заставляя руки дрожать. Куда бежать? Что делать?
Меня будто приливом сбивает с ног, когда воздух вокруг взрывается. Прямо посреди кухни вспыхивает яркий свет, пахнет озоном и чем-то обжигающе жарким. Я быстро моргаю, пытаясь рассмотреть происходящее, а через секунду... пытаюсь переваривать увиденное.
Передо мной стоит Браггар Эртирос. Он выглядит, как оживший вулкан. Глаза сверкают от злости. Дышит тяжело, часто. В мозгу пульсирует одна лишь мысль. Как он прошел мою магию?!
— Моя дочь, — его голос звучит низко и угрожающе. — В моём доме. А ты, значит, скрываешь ее от меня?
Я не успеваю открыть рот, как Мия бросается вперёд, заслоняя меня собой.
— Папочка, не вини леди Даяну! — голос у девочки дрожит. — Она не виновата. Злись на меня, если хочешь, но не на неё! Это я сюда пришла, сама.
Его взгляд падает на Мию, и в тот же миг лицо меняется. Жёсткость в глазах уступает месту теплоте и мягкости. Он медленно опускается на одно колено, словно боится её напугать.
— Фила... — его голос становится мягче, но всё ещё вибрирует от напряжения. — Почему ты здесь? Почему сбежала? Ты должна мне все рассказать.
Я стою чуть поодаль. Ошеломленная, наблюдаю за встречей. Браггар кажется одновременно уязвимым и разъярённым. Ему явно больно оттого, что Мия скрывалась, но её слова и то, как она бросилась на мою защиту... Это его задело не меньше.
— Я боялась, — тихо отвечает девочка. — Боялась, что ты передашь меня Ловцам. И я тогда не смогу тебя простить.
— Боялась, что я тебя передам? Маленькая моя. Не стоило! — он резко поднимается, теперь обращая свой взгляд на меня.
— А ты, — его голос снова обретает ту самую драконью силу, от которой хочется одновременно и отступить, и огрызнуться. — Почему ты не сказала?
Я встречаю его взгляд спокойно, хотя сердце готово выскочить из груди. Он считает меня предательницей, и от этого неожиданно щемит в груди. Становится больно и обидно.
— Браггар, вы же ничего не ответили мне, когда я вас спрашивала про отношение к дочери. Помните? Инквизитор вы или отец? Что я должна была думать?
  
Глава 47
 
В ответ на мой крик души дракон продолжает буравить меня взглядом. Видимо, в конце концов, он решает, что со мной, предательницей, можно разобраться потом, чтобы не омрачать радостную встречу с дочерью. Переводит все внимание на Мию. Приседает на корточки и, обхватив узенькие плечи, мягко к ней обращается:
— Фила, кто еще, кроме леди Даяны, знает что у тебя есть магия?
— Никто, кроме… Ну… Никто, — девочка плотно сжимает ротик.
— Точно? Скажи мне правду.
— Это правда, — малышка беспокойно жмется ко мне, и взглядом ищет моей поддержки.
Она обманывает отца, потому что боится. Умалчивает про целую толпу своих друзей, что скрывается наверху. У меня нет никакого желания врать Браггару. Мой инстинкт толкает поговорить с ним начистоту, и только ма-аленький червячок сомнения: «Он же Инквизитор!» удерживает от откровенности. Пока я колеблюсь, дракон принимает решение.
— Мы сейчас же возвращаемся домой, — он берет Мию за руку, но та ловко отнимает ладошку и жмется ко мне.
— Я уже дома, — говорит она.
Чувствую, как дрожат ее ручки, когда она крепко обхватывает меня вокруг талии. Машинально глажу бедняжку по шелковистым волосам.
— Папа не желает тебе ничего плохого, — говорю девчушке, поворачиваюсь к Браггару: — Так ведь?
— Так, — подтверждает он. — Маленькая моя, я никогда не навредил бы тебе. Будь ты с магией или без, ты моя дочь. Это главное. Пойдем домой. Я… позабочусь о тебе.
— Я хочу остаться здесь, с леди Даяной.
— Ладно, — дракон охаживает меня мрачным взглядом, будто я виновата в нежелании малышки со мной расставаться. — Леди Даяна может отправиться с нами.
Вот спасибо за милость! Когда первый порыв возмущения спадает, меня кроет паникой, аж сердце начинает колотиться. Как я оставлю детей одних? Да и хозяйство на мне!
— Я никуда не пойду, — заявляю твердо. — У меня тут… Животные!
— Плевать. Если моя дочь не может от тебя оторваться, ты отправишься с нами в город.
— Зачем вам перевозить дочь в город? — лишь развожу руками от подобного упрямства. — Там опасно. Слишком много народу настроено против одаренных детей. Вот, Виттория, к примеру. Откуда вы знаете, что она не вызовет Ловцов?
— Виттория была добра к Филе.
Решительно сверкнув глазами, он крепко сжимает рот. Эта его мужская наивность меня поражает. Неужели он за ангельской личиной не разглядел гадюку?
— Папа, — встревает Мия, — леди Виттория сказала, что леди Даяна плохая, и не любит меня. Еще она сказала, что леди Даяна, как только приедет, сразу вызовет Ловцов. Поэтому я убежала. А все было наоборот. Леди Даяна меня спасла от Ловцов. Как она может быть плохая?
— Ты же другое писала в записке, — настораживается дракон.
— Я просто... поверила леди Виттории. Она сказала, что это леди Даяна рассказала ей мой секрет. Ну… про магию. Я испугалась. Я не хотела в Интернат.
Браггар вскипает. Каждая мышца тела напряглась, а в руках появляется зеленоватое свечение, и я радуюсь, что злится он не на меня. Он глухо обещает:
— Ты больше не увидишь леди Витторию. Ни в городе, ни здесь.
— Да, но…. Можно я останусь здесь?
— Ты можешь остаться здесь, если хочешь.
— Спасибо, папочка! — восклицает девочка и, наконец, кидается к Браггару обниматься.
Вдоволь наобнимавшись, она желает ему спокойной ночи и идет наверх. Слышу, как по лестнице затихает стук ее туфелек. Меня порывает уйти следом за ней, потому что дракон слишком зол. Для сложного, откровенного разговора лучше нам обоим быть в адекватном состоянии! Но уйти почему-то не получается.
И дело не только в том, что нам надо поговорить. Браггар точно магнитом к себе притягивает. Стоит в двух метрах от меня, и от одного его вида в груди поднимается странная смесь эмоций.
Высокий, с широкими плечами, дракон заполняет собой пространство кухни так, что мне кажется, будто стены стали ближе. На нем дорогой камзол темно-сапфирового цвета, вышитый серебристыми нитями. Муж проводит пальцами по темным, чуть взъерошенным волосам, словно пытаясь унять собственные мысли. В темных глазах тлеют непонятные мне огоньки.
— Моя дочь никогда мне не врала, — говорит он, задумчиво глядя в сторону.
Затем переводит на меня взгляд. Пронзительный, тяжелый. Я ощущаю себя как на весах, где от каждого моего слова зависит будущее, мое и детей. Ведь он сейчас, говоря про вранье, как раз детей имеет в виду, которые прячутся в его доме. И которым известно про магический дар его дочери.
— Фила по-прежнему хорошая, — отвечаю тихо. — Просто слишком рано столкнулась с подлостью взрослых.
Его губы дергаются в слабой, едва заметной улыбке. Но глаза — глаза продолжают жечь меня изнутри.
  
— Я благодарен тебе, Даяна, — говорит он. — Но я...
Он замолкает. То ли борется сам с собой, то ли подбирает правильные слова. Его пальцы снова касаются волос. Чувствую от него и силу, и уязвимость, и это сочетание буквально сбивает меня с ног. Нетерпеливо переспрашиваю: