Перерожденный

Квин стал рассказывать, как наставница впервые подпустила его к демону, и Илит  вздохнул с облегчением — кажется, темы Ромина удалось избежать. Так, болтая,  они дошли до постоялого двора, где остановились Илит и некромант. У ворот Квин обхватил его за талию и нежно поцеловал, затем пожелал хороших снов и пошёл обратно. Илит смотрел ему вслед, пока крепко скроенная фигура не скрылась на соседней улице, и лишь потом отправился к себе.
  
Он застыл у двери, переминаясь с ноги на ногу и силясь собраться с мыслями — отчего-то открывать её было страшно.
Да что ж это такое в конце-то концов! Он ведь и правда ничем с Ромином не связан,  отчитываться о своих чувствах ему не обязан! Илит осторожно толкнул дверь и несмело заглянул в комнату. Никого… Юноша вошёл и осмотрелся: кровать некроманта заправлена, его самого нет. Ил даже в ванной проверил на всякий случай. Что ж, может, оно и к лучшему.
Илит сполоснулся в прохладной воде, быстренько замотался в одеяло и улёгся спать. Вот только сон, как частенько бывало в последнее время, не шёл. Кажется, он проворочался ни один час, а Ромин, между прочим, за это время так и не вернулся. «Ну, учитывая слухи, что ходят о нём…» Да, Ил знал об этих слухах с самого начала, просто за два месяца им ни разу не было подтверждения. Но, похоже, сегодня  Ромин отправился пополнять свою коллекцию любовных побед. С этими мыслями Илит наконец-то уснул.
Открыв глаза утром, он увидел наставника, сидевшего на широком диване с чашкой чая и поедавшего купленные Илитом сладости. Купленные себе, любимые сладости!
— Утречка, — бросил некромант, заметив, что Ил не спит.
— И тебе. Хорошо провёл ночь? — нарочито небрежно спросил он, поднимаясь с постели, и сам себя за этот вопрос захотел прибить. Вот зачем он спросил? Ему-то до этого какое дело?
— Неплохо, — ответил Ромин, усмехнувшись. — В бар ходил, но меня больше удивляет: ты-то почему здесь ночевал?
— А что, не должен был?
— Ну-у-у, учитывая, что твой загадочный парень, который, между прочим, оказался учеником моей сестры, в городе… Или он не потрудился пригласить тебя?
— Пригласил, — буркнул юноша, хватая со стула, брошенное ещё вчера вечером полотенце, и намереваясь скрыться в ванной.
— И ты отказался?! Я-то думал, ты соскучился по нему, — Ромин лениво потянулся и встал, а потом как-то слишком быстро оказался возле Илита, ловко обхватил со спины и, уткнувшись в рыжие волосы, прошептал: — А может, ты просто ещё девственник и не пошёл потому, что испугался? А, Лит?
Ил тут же вспыхнул и вывернулся из рук Ромина, бросив обиженное «Придурок», захлопнул перед ним дверь, из-за которой уже раздавался смех. Вот, козлина! Илит сунул полыхающее лицо в таз с водой. Извращенец озабоченный! В баре он сидел, как же! Ещё и издевается… Хотя, лучше уж пусть вот так подкалывает, чем орёт на него или злится, как в тот раз, на рудниках. Когда Илит вышел, Ромин преспокойно допивал свой чай, будто и не он тут пять минут назад цирк устроил.
— Куда-то собираешься? — спросил некромант, глядя, как Илит натягивает куртку.
— На тренировку — твоя сестра предложила помочь. Но сначала вниз, я ещё не ел вообще-то.
Ромин кивнул, взял свой плащ и молча пошёл следом. И вот теперь он угрюмо сидит на пожухлой траве и наблюдает за тремя огневиками.
Отвлекшись на мрачного наставника, Илит не заметил, как его барьер ослаб и треснул, да вот только Квин уже успел отправить в него поток огня, который теперь летел прямиком в лицо. Ил и Амина одновременно вскинули руки, собираясь отбить удар, но этого не потребовалось — чары Квина ударились о щит некроманта. Девушка бросила на брата недовольный взгляд.
— Ты вроде как сторонний наблюдатель, — огрызнулась она, на что Ромин лишь лениво зевнул. — Или ты не доверяешь мне обучение своего воспитанника?
— Тебе-то доверяю, да вот твой ученик уже несколько раз накосячил.
Амина закатила глаза, но ничего ему не ответила.
— Давайте-ка передохнём немного, — предложила она, отходя от Илита, — потом ещё разок отработаем барьер и отправимся обедать в город.
_
Илит придирчиво разглядывал в небольшое зеркальце своё лицо, бездумно проводя расчёской по влажным волосам. Последние несколько дней пронеслись для него как в каком-то сне. По утрам они всё так же, вчетвером, ходили на тренировку. Ну как, вчетвером —  огневки-то тренировались, а Ромин мрачной тучей смотрел на них и, кажется, с каждым днём становился только угрюмее. Затем уставшие огневики и хмурый некромант выбирали какой-нибудь трактирчик для обеда, а потом разбивались на пары и расходились по своим делам.
Чем занимались брат и сестра, Илит понятия не имел, да и не интересовался особо. Единственное, что волновало его, это то, что они с Квином оставались наедине до самого позднего вечера. Они гуляли по городу, держась за руки, вместе ходили на рынок за покупками, как-то даже попали на выступление приезжих артистов. В один из дней сходили в общественные горячие купальни, в другой — сняли лодочку и катались на ней до самых сумерек, пока на улицах не стали зажигаться фонари. А один раз даже попали на приём какого-то вельможи, который по чистой случайности столкнулся с ними у лавки портного и, увидев их кулоны, пригласил юных магов к себе. Было весело. Каждый день они проводили как настоящая парочка! В академии у них просто не было столько свободного времени, чтобы выбираться в город на настоящие свидания, здесь же…
Как бы Илит хотел, чтобы время сейчас остановилось, но оно неумолимо шло вперёд, а значит — им с Квином осталось дня три-четыре, пока они вновь не разъедутся в разные концы мира. Ну почему ему не повезло так же, как Слиму и Ури?! Почему он не оказался с Квином на одном курсе? Тогда, возможно, их забрали бы обучать как пару. Мечты, мечты…
Илит вновь посмотрел на своё отражение: какой-то он бледный, да и вообще излишне нервничает. Хотя было от чего волноваться, ведь сегодня он собрался остаться ночевать у Квина! Даже новую красивую тунику купил — как девчонка! — чёрную с красным огненным узором. Но в одном придурок Ромин был прав — Илит всё ещё девственник, и он в самом деле трусил!
В академии они с Квином не заходили дальше объятий и поцелуев, иногда весьма откровенных поцелуев, но всё же… Каждый раз, когда тот пытался добиться большего, Ила будто холодом сковывало. Он не отталкивал и не просил остановиться, всякий раз надеясь, что этот непонятный блокирующий страх когда-нибудь уйдёт, но Квин сам замечал его состояние и, мягко обнимая, говорил: «Не переживай, тебе же всего шестнадцать, ты просто ещё не готов». Ил вздыхал с облегчением и благодарно прижимался к нему. Но теперь-то он готов! Он чувствовал, что готов. В эти дни, проведённые с Квином, где-то глубоко внутри, он ощущал зарождающееся желание, когда парень обнимал его, поглаживал по щеке или брал за руку. Разве это не значит: готов? И потом: сколько можно ломаться? Он же не благородная девица на выданье! Они вот-вот снова разлучаться бог весть на какой срок, и до того, как это произойдёт, Илит хотел стать ближе со своим парнем. Хотел, чтобы у них осталось больше нежных воспоминаний друг о друге, которые будут греть их сердца в разлуке.
Ил снова глянул в зеркало и отложил расчёску. Ну всё, хватит. Он ведь симпатичный, даже очень, и сиди не сиди перед этой стекляшкой, краше явно не станет. Юноша поднялся, подхватил с дивана куртку и направился к выходу, вот только дойти не успел. Дверь открылась, и в комнату вошёл Ромин. На секунду в глазах некроманта промелькнула такая ненависть, что Ил невольно отшатнулся. Ромин медленно прикрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной.
«Ну прямо непреодолимая преграда», — раздражённо подумал Ил. Серьёзно, не запрёт же он его здесь?
— Я так понимаю, ночью тебя не ждать? — спросил некромант, оглядев его с ног до головы.
Илит неуверенно кивнул — а смысл отрицать очевидное?  Ромин отлип от двери и сделал шаг к нему, потом ещё один, и ещё… Ну прямо охотник, загоняющий дичь, вот только Ил определённо против быть дичью — шагнул в сторону. Но куда ему тягаться с Ромином? Мужчина тут же обхватил его за талию и прижал к себе.