Перерожденный

Как и Ромин – колесил по странам и континентам, отыскивая и уничтожая демонов, когда получил послание от брата. Магический дар мага – его гордость, сила и проклятие. Дар Ромина наиболее редкий – некромантия: на данный момент в мире существовало всего четыре некроманта, и Ромин был младшим из них. Это в его-то сто девять лет! И за всю его жизнь на свет не родилось ни одного мага с тем же даром. Несмотря на свои годы, мужчина выглядел лет на тридцать – тридцать пять по человеческим меркам, и в ближайшее столетие это вряд ли изменится.
  
Хотя возраст магов вещь непредсказуемая. В истории известны случаи, когда одни доживали до полуторы тысяч лет, а другие угасали уже к четырёхстам. Впрочем, подавляющее большинство умирало не своей смертью, а в битвах с демонами. И случалось это в любом возрасте: хоть тридцать тебе, хоть триста. Одна оплошность, неосторожное действие, досадная ошибка, неудачное стечение обстоятельств, и Амивар терял очередного защитника.
Ромин спрыгнул с коня и, расседлав, оставил пастись возле озера. Мышцы уставшего тела ныли, хотелось смыть с себя дорожную пыль, да поспать нормально. Почти четыре недели беспрерывной скачки уже сказывались на его настроении: он заезжал по пути к трём пространственным магам, но ни один из них так и не смог связаться с братом, и это уже всерьёз тревожило. Так что некромант торопился – надежда ускорить путь порталом не оправдалась.
Хотя практически в каждом крупном городе жил пространственный маг, лишь особо одарённые могли создавать порталы, чтобы перенести собрата из одного города в другой – сил на это тратилось немеренно. Основная же их задача – обеспечивать стабильную связь, и уже одно это было огромным подспорьем. Собственно только поэтому пространственники и жили в городах среди обычных людей – именно к ним приезжали другие маги, чтобы установить связь и сообщить совету о своих успехах, дальнейших передвижениях или получить очередное задание.
У каждого мага имелось небольшое, круглое, уникальное зеркальце, настроенное на владельца: одна капля крови, немного волшебства, и персональное средство связи всегда с собой. Когда с магом желают связаться, ощущаются весьма болезненные покалывания в руке: пропустить или перепутать вызов с чем-то другим – невозможно. Для ответа достаточно прикосновения к стеклу, но в отражении маг видит не себя, как в обычных зеркалах, а того, кто вызывает. Чуднóе волшебство, и подвластно оно только пространственным магам  – именно они поддерживают связь во время разговора.
Ромин уже трижды пытался связаться с братом, но тот не отвечал. И тут возникал вопрос: либо с зеркалом Велиса что-то случилось, и он не успел создать  новое, либо что-то произошло с ним самим.
Некромант скинул длинный чёрный плащ и взглянул на своё отражение в озере. Дорожная пыль на уставшем лице не скрывала благородные, без единого изъяна,  черты: прямой аккуратный нос, высокий лоб и уверенный взгляд невероятно-синих глаз. Ох, сколько девушек и юношей засматривалось на длинные пшеничные волосы, насмешливый изгиб бровей и соблазнительную улыбку, и сколько раз Ромин этим бессовестно пользовался, но всё это осталось в прошлом. Если бы только…
Мужчина тряхнул головой и, не раздеваясь, нырнул в воду. Воспоминания, что так часто и настойчиво преследовали его, сейчас были совершенно ни к чему. Сейчас ему стоило подумать о живых, а именно о том, что же, демоны раздери, происходит в магическом городе, и почему его брат не отвечает! Да, тот силён – верховный маг, но и он не бессмертен... Сердце сжимала тревога: брат и сестра – бесконечно дорогие для него люди.
Ромину повезло родится в семье потомственных магов, где все обладали даром: дед, отец, мать, брат, сестра и те их предки, которых пали, сражаясь с демонами. На данный момент существовало всего одиннадцать таких семей как  у него. Ребёнок мага мог и вовсе не унаследовать дара родителя, и такое случалось куда чаще, чем обратное – большая часть магов рождалась у простых смертных. Как и почему  рождались потомственные маги – загадка, которую и по сей день пытаются разгадать. Самое  распространённое предположение –  наследный дар проявлялся лишь в особых детях: сильных духом, способных контролировать себя и подчинять свои способности, готовых щедро отдавать свои силы при необходимости. Оттого они, наверное, и рождались так редко. По последним подсчётам, в мире проживало  всего двести восемьдесят четыре мага, без учёта детей и подростков, которые ещё не закончили обучение в магической академии Ларвии и не получили официальный статус.
Хотя Ларвия и являлась одним из городов в королевстве Аскона, вот только на деле не подчинялась ни странам, ни королям. И эти самые короли с уважением и почтением обращались в оплот борьбы с демонами за помощью и защитой для своего народа. По сути Ларвия была отдельным маленьким государством со своими законами и порядками – маленьким, но при этом самым могущественным. При этом большую часть населения Ларвии составляли обычные люди: рабочие, земледельцы, торговцы и прочие ремесленники, без которых существование города было бы невозможно.
Самым же главным сокровищем этого города являлась магическая академия, где жили и обучались юные одарённые. Даже замок верховного мага и совета не был огорожен столькими защитными чарами, сколькими охранялось место обитания магических детей. Их по-настоящему берегли, хоть и воспитывали в строгости – каждый из них был драгоценен.
После нескольких недель беспрерывной дороги и изматывающего беспокойства о брате, Ромин наконец-то вздохнул с облегчением – впереди возвышались разноцветные башни Ларвии. Волнение улеглось, уступив место усталости и глухому раздражению: если это новая причуда Вела, чтобы в очередной раз заманить его в город, то он точно прибьёт брата. Взгляд задержался на башнях академии: красная, синяя, зелёная, белая и жёлтая. Либо солнце сегодня особенно ярко светило, либо их цвета и правда стали ещё насыщеннее. А может он просто успел позабыть, как красиво они возвышались над Ларвией, ведь последний раз он был здесь около пяти лет назад.
Ромин намеревался сразу же отправиться во дворец верховного мага – домой. Вот только, едва выехав на центральную улицу, он заметил магистра Бенета – директора магической академии и большого друга семьи. Магистр был одним из учителей Ромина на последних курсах, многое дал и многому научил тогда ещё глупого самоуверенного мальчишку, возомнившего себя особенным. Проехать мимо, даже не поздоровавшись, было бы просто оскорбительно, к тому же — магистр уже заметил его и помахал рукой.
— Ромин! Неужели и правда приехал? — спросил директор, как только некромант подъехал ближе и спешился.
— Добрый день, учитель. Верховный говорил, что я приеду? Он позвал меня, но я уже несколько недель не могу с ним связаться. Вы в курсе, что случилось?
— С твоим-то братом? — Бенет лукаво улыбнулся. — Да ничего. Ещё с утра был здоров и полон сил.
— Тогда, какого архидемона… — Ромин зло сузил глаза, а руки сами собой сжались в кулаки. — Он всё-таки надул меня!
— Погоди гневаться, — улыбка директора стала ещё шире, — причина действительно есть. У нас в этом году шесть выпускников, и я полагаю: одного из них заберёшь на дальнейшее обучение именно ты.
— Я?! Неужели некромант?! — брови Ромина удивлённо приподнялись. — Но никто из вас за столько лет ни разу не говорил, что родился новый маг смерти!
— Нет, — Бенет отрицательно покачал головой, — юноша не некромант, он маг огня.
— Тогда при чём здесь я? Пускай огневики занимаются им. Вон, Амине предложите. Сестра как раз недавно закончила возиться с очередным учеником, это она у нас любит детей. Только своих заводить наотрез отказывается.
— Ну если ты не захочешь его брать, предложу, конечно…
— Не захочу. Мне ещё только обузы за плечами не хватало. Был бы он некромантом, я бы ещё подумал, а так… — Ромин развёл руками. — Я надеюсь это не единственная причина, из-за которой Велис заставил меня тащиться сюда через полмира.