Равенклифф (ЛП)

Мистер Фарнсворт стоически смотрел на него, пока тот приближался, его губы выговаривали тихие слова, которые, как я думала, могли быть молитвой или, возможно, проклятием. Что бы это ни было, он был бессилен остановить ван Друда. Я увидела, как ван Друд потянулся к Фарнсворту. Он схватил портмоне. Фарнсворт отпустил перила и широко расправил руки, как водолаз, готовящийся сделать сальто спиной назад, удерживаемый только ремнями портмоне…
Ван Друд дёрнул портмоне, щёлкнув ремнями, и Фарнсворт упал назад. Я закричала и внезапно поднялась в воздух, мои крылья прорвались сквозь корсет. Я пролетела над носом корабля, который теперь стремительно погружался в море, и нырнула вниз, последовав за мистером Фарнсвортом в море.
Шок от ледяной воды едва не заставил меня потерять сознание. Я умру в Нью-Йорке, если погибну здесь? Это казалось до ужаса правдоподобным, вода холодная, как смерть. Тяга тонущего корабля тащила меня вниз, в морские глубины. Я вспомнила, что Рэйвен рассказывал мне о душах, попавших в адские врата — что даже Дарклинг может быть пойман навсегда в этом смертельном водовороте. Я чувствовала, как души тонут вокруг меня, их жизни тянули меня вниз за собой, частичка моей души уходила с ними… а потом я начала подниматься к поверхности, нечто крылатое тянуло меня наверх.
Это был Дарклинг — мужчина Дарклинг с лицом, изрезанным линиями горя и полосой седины в его тёмных, мокрых волосах. Его глаза с грустью смотрели на меня, пока он поднимал меня на поверхность, глаза его почему-то казались знакомыми.
— Даже во сне можно потерять душу, дорогуша, — сказал он мне.
Дорогуша. Моя мать так меня называла.
Он помог мне забраться на заблудившуюся в море деревяшку, на которой лежал мистер Фарнсворт.
— Вы можете здесь видеть меня? — спросила я.
— Я могу видеть тебя где угодно, — он коснулся моего лица, и я почувствовала тепло его изнуренной руки. — Но я не могу остаться. Есть кое-что, что я должен сделать для этого рыцаря.
Он повернулся к мистеру Фарнсворту, который наблюдал за пожилым Дарклингом широко распахнутыми, ошеломлёнными глазами. Одной рукой он сжимал край деревяшки, а другой вытащил пакет, в котором находилась книга.
— Возьми это, — прохрипел он. — Держи это в безопасности. В ней рассказывается, как можно спасти ваш вид… и наш.
Дарклинг взял пакет и сунул его под рубашку. Затем он поднял мистера Фарнсворта на руки.
— Пойдём со мной, дорогуша, — сказал он и рванул в воздух.
Я последовала за ним в небо, над обломками "Титаника" — над мёртвыми и умиравшими в ледяной воде. Здесь были и другие Дарклинги — целая стая — они пикировали вниз и снова взлетали с пульсирующим светом в руках. Они уносили души умиравших, чтобы их не засосало в водоворот, созданный тонувшим кораблём.
Затем мы полетели над спасательными шлюпками, полными напуганных с широко раскрытыми глазами выживших. Я увидела Агнес и мою бабушку, обнимавшими миссис ван Бек, в то время как она оплакивала своего мужа. И я увидела, как ван Друд присел на корточки на фюзеляже другой лодки, низко накинув плащ на голову и прижимая портмоне к груди. Когда мы пролетели над ним, он разорвал портмоне, достал книгу и полистал страницы. Когда он увидел, что его обманули, он взревел, и из его раскрытого рта полился дым, и дым превратился в стаю воронья, которая последовала за нами.
Мы летели быстро, преследуемые сумрачными воронами, сквозь холодную тёмную ночь. Я не знала, как долго смогу поспевать за его темпом, или навстречу чему мы летим… а потом вдалеке я разглядела свет корабля, несущегося к обломкам "Титаника". Это была "Карпатия", корабль, который спас выживших на "Титанике". Мы летели к нему, преследуемые стаей смертоносных ворон. Они подобрались так близко, что я чувствовала запах их опаленного дыхания и почувствовала, как их острые клювы клюют мою кожу. Одна из ворон вцепилась в рубашку Дарклинга, процарапав несвязанную книгу, и вырвав страницу. Дарклинг яростно ударил ворону и нырнул вниз в сторону "Карпатии". Он задержался достаточно долго, чтобы уложить мистера Фарнсворта на палубу.
 
— Здесь с ним всё будет в порядке, — сказал он мне, — но я должен увести сумрачных ворон. Что касается тебя, — он так легко и быстро коснулся моего лица, что это было похоже на касание пера к моей коже, и опустил на меня взгляд своих грустных глаз. — Пришло время тебе проснуться.
— Но… — прежде чем я успела возразить, палуба "Карпатии" исчезла, а я вернулась в комнату мистера Фарнсворта в доме общества "Друзья Моряков".
Мне было тепло и безопасно, но я хотела вернуться в замёрзшее море. Я посмотрела на лица четырёх человек в комнате, даже на мистера Фарнсворта, который вновь обрёл искру разума в своих глазах, мои глаза наполнились слезами.
— Я видела его, — сказала я. — Я видела, как Дарклинг взял книгу.
Вот только я им не сказала — не могла сказать — что Дарклинг, взявший книгу, был моим отцом.
ГЛАВА 22
Даже если бы я рассказала им, я не смогла бы объяснить, откуда я это знаю. Я просто знала. То, как он смотрел на меня, как он называл меня "дорогуша" — так же, как называла меня мама, и даже тем же тоном, что и она — его глаза, которые были знакомы, потому что они были так похожи на мои собственные глаза.
— Он спас мистера Фарнсворта, — ответила я. — И забрал книгу. Он пытался увести ворон ван Друда прочь. Но я не знаю, выжил ли он.
Могла ли я получить это видение отца, потому что никогда больше не увижу его живым?
— Но он забрал книгу? — спросила Агнес.
— Да, — на это ответил мистер Фарнсворт. Омар был прав, что восстановление его памяти поможет его излечить. Его туманность и смятение, казалось, исчезли. Глаза были ясными и проницательными: — Я дал книгу Дарклингу. Я знал, что он сохранит её в безопасности от ван Друда, вот только…
— Где он её хранит? — Агнес задала вопрос за всех нас. — Если этот Дарклинг действительно сбежал с книгой, и в ней содержится секрет исцеления разрыва между Дарклингами и Орденом, то почему он не передал её никому в Ордене?
Она смотрела на меня в поисках ответа. У меня его не было, но у меня была идея, кто мог знать.
Агнес и Сэм подвезли меня на такси до центрального вокзала. По дороге Сэм посвятил меня во всё, что он узнал о финансовом крахе ван Бека.
— Мистер ван Бек вложил значительные средства в сам "Титаник", — сказал он мне. — Он был уверен, что это была беспроигрышная ставка, потому что корабль должен был быть непотопляемым.
Он умолк, и мы все погрузились в молчание в салоне, впитывая ужасную иронию.
— Вы выяснили, кто уговорил его на инвестиции? — спросила я.
— Да, мистер Арнольд Арбатнот из Первой Национальной Инвестиционной Фирмы. Но мы не можем свалить вину за нынешние финансовые просчёты Ордена на мистера Арбатнота. Боюсь, он умер вместе с мистером ван Беком.
— Ох! Какой ужас! Полагаю, он не мог сознательно пойти на попытку уничтожения мистера ван Бека.
— Нет, но я обнаружил, что одним из крупнейших акционеров Первой Национальной является Юдикус ван Друд. Я начинаю подозревать, что ван Друд использует злополучных приспешников для своей грязной работы.
— Он, без сомнения, контролирует их с помощью сумерек, — сказала Агнес.
— Как и контролировал Сару Леман, — сказала я с содроганием, вспомнив Сару перед смертью, с дымом, извивавшимся изо рта до того, как она сгорела в огне.
 
— Да, — ответила Агнес. — И после того, как они выполняют его приказы, он избавляется от них и переходит к своей следующей жертве. Это затруднит установление связи между финансовым крахом мистера ван Бека и нынешней инвестиционной схемой Ордена.
— Но это не невозможно, — сказал Сэм, увещевающе подняв палец. — Нужно искать базовый шаблон. Инвестиции в один огромный проект, который — в случае неудачи — разрушит Орден. Я займусь этим прямо сейчас.