Вперед в СССР! Том 2 (СИ)

Выключив ДЕМОС, я завалился на кровать.
Что ж, я сюда приехал не развлекаться.
Эмиссары лезут в разные вселенные, и всё это здорово напоминает разведку боем. Им что-то позарез нужно. Не удивлюсь, если вторжение готовят. Или прощупывают людей на предмет готовности к схватке. Выясняют, сумеем ли дать отпор, когда начнётся настоящий замес.
Я полежал минут двадцать, приводя мысли в порядок и настраиваясь на грядущую встречу. Просчитывал расклады, возводил уровни ментальной защиты. За всё это время в комнате никто не появился. Похоже, мой неизвестный сосед занят своими архиважными исследованиями.
  
Встав с постели, я сходил в туалет, принял душ, тщательно осмотрел комнату в поисках жучков и скрытых камер наблюдения. Ничего не обнаружил. Если за нами и следили, то делали это очень грамотно.
Зазвонил телефон.
Да что за город такой?
Тут же все сотовые операторы отключены…
Номер предсказуемо не определён.
— Слушаю.
— Это Козлов, — раздался знакомый голос в трубке. — Жду внизу.
Одеваться я умею очень быстро. Ещё быстрее спускаюсь по ступенькам. Да я вообще молодец. Похоже, куратор решил не ждать, пока я усну или помру от скуки, за что ему огромное человеческое спасибо.
— Сейчас ты попадёшь в спецбокс, где содержится… образец, — на ходу давал мне инструкции Виктор Викторович. — Пропуск активирован для этой зоны. У нас по этому существу работает группа высококлассных менталистов, но я хочу, чтобы ты познакомился с их выкладками позже. Составь личное мнение.
— Первая встреча? — с иронией поинтересовался я.
— Можешь и так называть.
Козлов привёл меня к уже знакомому комплексу НИИ, состоящему из нескольких корпусов. Мы поднялись на крыльцо центрального входа, прошли через стеклянную вертушку, миновали турникет и раму металлодетектора, пересекли просторный вестибюль, поздоровавшись с охранником, и оказались рядом с лифтовыми кабинами. Вот только поехали почему-то вниз. Судя по кнопкам, подземных ярусов в НИИ было ничуть не меньше, чем наземных. Прямо какая-то корпорация «Амбрелла», а не таёжный советский институт.
Двери раздвинулись на минус десятом.
Козлов повёл меня по безликому коридору. Свернув за угол, мы упёрлись в бронированную дверь, открывающуюся пропусками. С двух сторон засветились голубые полосы, и нас чем-то просканировали. За дверью обнаружился тамбур с тремя такими же дверьми. Возникло неприятное ощущение, что я попал на подводную лодку или в какой-нибудь бункер.
Снова пропуск.
Рамка металлодетектора.
Небольшая комнатка, в которой вспыхнули бактерицидные лампы. Мы постояли в ультрафиолетовых лучах, затем открыли металлический шкаф, вытащили белые комбинезоны и облачились в них, натянув поверх своей одежды. Обувь оставили в шкафу.
— Боитесь заразить это существо? — удивился я.
— Мы ничего не знаем о его природе, — пожал плечами куратор.
Я промолчал.
Эмиссары живучи до безобразия. В моём старом отделе чем только не пытались на них воздействовать… Даже вспомнить страшно. И каждый раз эти уроды восстанавливались. Боеготовность эмиссара всегда на высоте. И с каждым новым этапом развития твари становятся сильнее. Пожалуй, единственное, что их берёт, — это магия. Ну, и особое оружие, изготовленное спецами-артефакторами. И в этом мире, похоже, напрочь отсутствующее.
Закончив со всеми процедурами, мы переместились в специальный бокс. По факту, это была обширная лаборатория, в центре которой высилась капсула. Хотя, если судить по габаритам, эту штуку следовало бы назвать камерой. Бронированный куб размером с комнату, в грани которого были врезаны достаточно большие окна. Козлов пояснил, что стекло очень мощное, вдобавок его усилили псионической энергией. Я не понял, как это работает, но куб оплетали толстые кабели, а наверху виднелось нечто наподобие аккумуляторной батареи. Горели зелёные индикаторы.
— А где дверь? — поинтересовался я, медленно приближаясь к камере. — Как вы запихнули тварь в этот кубик?
— Люк, — бросил мне в спину Виктор Викторович. — Если нам потребуется транспортировать образец, есть механизм усыпления и сброса. Стыкуется капсула, которая подаётся по вакуумному туннелю.
Охренеть!
Вот это технологии. В моём мире такого не было, да и быть не могло.
Я приблизился вплотную к тюрьме эмиссара. В стенки были вмонтированы сенсорные дисплеи, какие-то кнопки, ручки регуляторов. Жутко представить, какие эксперименты здесь ведутся.
Замираю в нескольких сантиметрах от стекла.
Да, это эмиссар.
Взрослая, полностью сформированная особь. Если такой «образец» вырвется наружу, всем несдобровать. Я понимаю, что в комплексе есть одарённые — физики, энергеты. Возможно, спецназовцы-новы. Их боевой потенциал я оценить не могу, но в моём мире тварь на щелчок разорвала бы даже матёрого штурмовика из спецподразделения. Надеюсь, учёные в этой версии СССР хотя бы примерно понимают, с чем столкнулись.
Переродившийся эмиссар похож на горгулью.
Рост и вес — как у обычного человека. Внешность… кардинально перестроена. Когтистые, перевитые мышечными жгутами лапы, заострённые уши, оскаленная зубастая пасть, глубоко спрятанные под надбровными дугами глаза. Чёрные, с красными зрачками. Иногда глаза эмиссаров светятся, но это в режиме берсерка. Крылья тоже есть, и я благодарен судьбе, что Алайская не успела их отрастить.
Сейчас эмиссар спал, превратившись в каменное изваяние. Интересно, кем он был до трансформации… В смысле — носитель, ставший донором для твари.
Внезапно глаза эмиссара открылись.
Тяжёлый взгляд пригвоздил меня к полу.
 Глава 2 
Так, нельзя поддаваться… Чему? Эмиссар на меня не влиял. Просто мне ещё не доводилось встречаться с этими монстрами вот так — через стекло, словно в музее, где машина смерти предстала подобием экспоната. Все прежние мои контакты с эмиссарами носили исключительно боевой характер: его вычисляли, и я отправлялся с группой на ликвидацию. По большому счёту, никогда даже толком рассмотреть этих выродков не удавалось. Теперь же я мог это сделать.
И не только рассмотреть, но и попытаться влезть твари в голову, покопаться в сознании. На что прежде тоже никогда не было времени.
Однако я отлично понимал, что здесь и сейчас подопытный, которого нужно исследовать, не только эмиссар.
Я тоже был объектом для изучения. Менторы, включая Козлова, наверняка хотят понять, каким образом мне удастся взаимодействовать с объектом. Я бы на их месте точно захотел. И сейчас на меня направлено самое пристальное внимание телепатов и менталистов. Я их не вижу, но это не значит, что их нет.
Поэтому первым делом следовало выставить психические барьеры. Обнаружить себя в качестве носителя принципиально нового для этого мира Дара мне совсем не улыбалось. Так можно запросто и самому оказаться в подобном бронированном кубе.
— Ну как, — обратился ко мне Козлов, пока я плёл защитные барьеры, чтобы обезопасить себя от внимания местных менторов, — попробуете?
Я кивнул. Конечно. Для того и прибыл.
Козлов отступил на шаг, словно приглашая меня начинать.
Закончив формирование барьеров, я мысленно потянулся к эмиссару, застывшему напротив меня, словно статуя. Уродливая горгулья из фантазий средневековых архитекторов, украшавших монастыри и готические храмы водомётами в виде причудливых монстров. Только, по сравнению с этим выродком, скульптуры были даже симпатичными. Сейчас же передо мной находилось само зло. Нечто чужеродное, противное человеческой природе. Не просто внешне — мои ментальные щупы почувствовали это внутри чудовища, едва проникнув сквозь первичную оболочку его сознания. Невольно я испытал приступ отвращения.
  
И в эту самую секунду тварь «ожила»! Она ринулась вперёд, словно позабыла, что нас разделяет специально усиленное псионической энергией бронированное стекло, врезалась в него с размаху и сползла на пол, продолжая сверлить меня яростным, ненавидящим взглядом горящих глаз.