Вперед в СССР! Том 2 (СИ)
Наше падение в туннель лишь казалось хаотичным. Чу безошибочно вёл меня в те подпространственные дебри, где расположилась душа эмиссара. Он у меня как гончая, только лучше. Да я и сам уже чувствовал знакомые эманации, протянувшиеся сквозь один из самых мрачных и тёмных слоёв…
Зачастую здесь обитали мертвецы.
Или духи, не пожелавшие отправляться на перерождение.
Мы ворвались в неуютный мирок твари на полной скорости и начали сносить выставленные блоки. Казалось, мы прорываемся сквозь кирпичные стены, рушим их, ныряем в проломы, двигаемся дальше…
И вот мы уже в подсознании монстра!
Не самое приятное зрелище.
Я с хомяком — посреди бескрайнего кладбища. В небе полная луна, на горизонте зубчатая кромка леса, всюду могильные плиты, испещрённые закорючками неведомого языка. А прямо перед нами высится готический особняк, постоянно меняющийся, достраивающий новые этажи, флигели и балконы. Деталей становится всё больше, а в окнах — непроглядный мрак.
Подозреваю, что особняк — комбинированный образ.
Я уже начал влиять на своего врага, и межпространство адаптируется под наше присутствие.
— И долго нам тут стоять? — возмутился Чу. — Он же восстанавливается!
— Не поспоришь, — хмыкнул я. — Ну, пойдём нагибать.
— Кого? — не понял фамильяр.
— Шестую колонну.
Мы двинулись вперёд.
С каждым шагом я тратил всё больше пси-энергии, превращая особняк в смертельно опасную ловушку. Я буду находиться внутри, исследовать комнаты и добывать таким образом нужные сведения. Тварь попытается меня убить. При этом она не сможет вырваться наружу, пока я этого не захочу. Как говорится, всё сложно.
Крыльцо за несколько секунд увеличило количество ступенек, вырастило козырёк, добавило две колонны… а потом преобразовало всё это в террасу на уровне второго этажа. Крыльцо сохранилось, но двери обзавелись ручками в виде львиных морд.
Распахнув двери настежь, я оказался внутри.
Чупакабра нехотя последовал за мной.
Двери захлопнулись.
Незримая борьба не прекращалась ни на мгновение. Чтобы проникнуть в дом, мы с Чу сломали несколько мощных барьеров. Эмиссар ещё толком не догадался, что происходит, но атмосфера была насыщена нервозностью.
Холл расширился, потом сузился, словно огромный желудок.
Ниша со статуей рыцаря уступила место пылающему камину.
А ещё вокруг начали появляться зловещие элементы, от которых даже у меня мурашки по спине пробегали. Заострённые колья с извивающимися на них голыми людьми. Чавкающие в полумраке жутковатые создания. Ползающие под потолком саламандры, щёлкающие челюстями. Картины в золочёных рамах, изображающие скелеты доисторических гигантов… Какой-то жуткий микс из того, что хранилось в подсознании эмиссара, с моими собственными образами.
Потолок с каменным гулом начал ползти вниз.
Чупакабра среагировал молниеносно: с двух сторон от нас из пустоты соткались колонны. Грубые, сложенные из сочащихся влагой камней, покрытых мхом… В духе этого места.
С хрустом навалившись на колонны, потолок замер.
Меня накрыло чужой злобой и ненавистью.
— Он выстраивает новые барьеры, — предупредил Чу.
— Бесполезно, — качаю головой. — Мы внутри.
— Так и в подсознании есть свои уровни.
Вот здесь не поспоришь.
С другой стороны, проще убить меня в стенах этого дома, чем упаковывать в барьеры каждую комнату. А ведь я сейчас начну свою прогулку. И откопаю такое…
В глубине дома что-то тяжело ухнуло.
Раздался гул, словно билось гигантское сердце. По галереям и коридорам прокатился чудовищный рык. Эмиссар вышел на охоту.
Чего и следовало ожидать.
— Поспешим! — бросил я фамильяру.
И направился к лестнице на второй этаж.
По правде говоря, никакой лестницы не было, это я её придумал. Только что. У меня открылась способность трансформировать особняк, перекраивая его архитектуру. Да, работать приходилось, в основном, с образами эмиссара, но я мог с ними работать — а это главное!
Монстр приближался — я это сразу почувствовал.
Едва ступени соткались из воздуха, постелившись мне под ноги, как я переместился на самый верх лестницы, сдвинул площадку вправо и отгородился глухой стеной от преследующего нас чудовища.
— Ловко! — похвалил Чупакабра.
В ближайшей стене прорезалась дверь.
Я почти успел взять под контроль это место и рассчитывал получить информацию. Пройти в первую комнату, где на меня обрушатся воспоминания. Так я смогу получить ключ к разгадке. Узнать, кто такие эмиссары, чего они добиваются, и почему я так им мешаю. А ещё очень хочется выяснить, какова истинная природа менгиров. Почему из глубин моего детства рвутся странные образы. Почему Шестая колонна обратила свой взор именно на эти объекты. Возможно, я узнаю, что связывало отца Владлена Громова с закрытым городом.
Возможно.
Если удастся победить в этой схватке.
Дверь вывела меня в бесконечный коридор, дальний конец которого терялся во мраке. Немножко не то, что я планировал. Чупакабра перестал выглядеть безобидным хомяком и явил истинный облик — клубок чёрных змей, разверстая огненная пасть с острыми клыками, пламенеющие безумные глаза.
— Он идёт сюда! — пророкотал фамильяр. — И выставляет блоки.
— Сноси! — приказал я.
Двинулся вперёд, а передо мной уже распространялась волна инфернального ужаса, который должен был вывести из строя даже эмиссара.
Потолочные лампы, тянущиеся в бесконечность, начали быстро гаснуть.
К нам устремилась Тьма.
— Вот же гондон! — выругался Чу.
Теперь и я ощутил щит, выставленный тварью. Моё воздействие разбилось о незримую преграду и расплескалось по всему дому, утратив убойную мощь.
Хмыкнув, я нанёс следующий удар.
Ярость, принявшая облик светлого копья, вырвалась из меня и ухнула во тьму, проминая барьеры. Я впервые сражался с пришельцем на его территории, в мире духов, и во многом действовал наугад. Фамильяр усилил мою атаку, слегка изменив пространство.
Тьма отступила, всё ещё прячась за щитами, но я понимал, что до победы далеко.
Новая атака была панической, и тварь её выдержала, хоть мне и удалось разнести несколько слоёв защиты.
Воспользовавшись замешательством эмиссара, я сформировал дверь в стене коридора, а главного врага отрезал стеной. Шагнул в проём и оказался внутри комнаты.
Что, серьёзно?
Дверь захлопнулась.
Я увидел полупрозрачный изумрудный шар в центре комнаты, потянулся к нему и… На меня нахлынули образы. Чудовищный город, посреди улиц которого высятся изогнутые белые шпили… Я не сразу понял, что шпили — это кости доисторических животных. Размер этих павших тварей потрясал воображение. Дома либо срослись с костями, либо были вырезаны внутри, между ними были переброшены мосты и целые галереи… По улицам ходили странные существа, смахивающие на эльфов — невероятно худых, даже тощих, с белыми волосами и тёмно-фиолетовой кожей.
Город, кажется, был лишён солнца.
Возможно, сейчас царила ночь.
Я видел неоновые огни, снующие по улицам машины. Видел толпу нелюдей, собравшихся на площади перед мерцающим голографическим экраном.
Что вообще происходит? На экране застыла безликая гуманоидная фигура, словно туман с зыбкими очертаниями. Жители города падают на колени, в их зелёных глазах — молитвенный экстаз. Они поклоняются экрану?
Бред какой-то!
Присмотревшись к одному из «эльфов», я заметил поблёскивающие металлом вставки. Вдоль спины существа протянулись голубые точки — не то индикаторы, не то затянутые чем-то разъёмы. То, что мне показалось выпирающими рёбрами, в свете жёлтого фонаря выглядело деталями экзоскелета.
Видение исчезло.
Я понял, что прикоснулся к малой части воспоминаний эмиссара, но тварь вышла из ступора и начала восстанавливать барьеры. Изумрудный шар укрылся броневыми пластинами, превратился в отдалённое подобие Звезды Смерти, после чего провалился в пол.