Ларь (СИ)

— Чего надумал? — материализовалась рядом уже одетая лихо.
— Да все то же, — ответил я ей. — Доживем до ночи и рванем в небольшое путешествие по лесам родной земли. Хотя, двести верст — это может быть и не родной.
— Сс… дурак, — честно призналась лихо.
— Зато дуракам везет. А пока есть время, давай сгоняем в Питер. Хочу потолковать с одним рубежником о современных методах ведения бизнеса.
  
Рядом мельтешил бес. То есть казалось, что он натуральным образом беспорядочно бегает туда-сюда с тряпками. Но я по опыту знал, что мой протеже действительно убирается. Пусть это сразу и незаметно.
— Гриша, ты только в подпол не заглядывай пока.
— А что там?
— Потом расскажу.
Судя по огоньку в его бесовских глазах, он меня едва ли послушается.
— Юния, напомни еще в аптеку заехать. Купить зеленку и бинты.
— Зачем? — удивилась лихо.
— Колотые раны Грише обрабатывать.
  
Глава 8
 
В Питер я решил неожиданно мотануться на электричке. Можно, конечно, было на машине, но меня немного беспокоило, вдруг на выезде из города стоит какой-нибудь рубежный патруль. И не важно на кого работающий — на Трепова или на воеводу. В данном случае мне казалось, что хрен точно не слаще редьки.
Чуров тоже пришлось отмести, но уже по другой причине. Я знал всего несколько выходов в Питере. Один в Подворье, второй на Апрашке, третий неподалеку от дивьих людей. Короче говоря, везде было достаточно многолюдно. А мне сейчас лишнее внимание вообще ни к чему.
Но имелся еще и третий пункт, который заключался в том, что до места нашей встречи от платформы я мог дойти пешком.
Поэтому примерно через пару часов после разговора с Гришей я вышел на Финляндском вокзале, прошествовал мимо Ленина на броневичке, призывающего устремиться всех в светлое будущее, и… даже не дошел до Арсенальной набережной. Собственно, потому что прибыл в точку назначения. Чужанская табличка гласила, что здесь находится межрайонная ИФНС России №18 по Санкт-Петербургу. Правда, рядом висела другая, скрытая от посторонних глаз: «Мытарский стол по особым вопросам Великого князя Новгородского».
Судя по всему, табличка была очень старая. Половина букв выцвела, да и висела она кривовато. Что наводило на определенные мысли. К примеру, что этот самый стол особой популярностью не пользовался. И возникало ощущение, что рубежники сюда захаживали крайне редко. Интересно, очень интересно.
Я остановился у входа, вытащив термос с остатками чая. Нет, не потому что меня внезапно одолела жажда, а по вполне прозаическим причинам.
— Думаешь, оно того сс… стоит? — поинтересовалась лихо.
— Немного удачи нам не помешает. А к откату я с рождения готов.
— Ага, лишь бы потом поезд сс… с рельс не сошел на обратном пути.
Я даже на минутку задумался. Может, и правда попутку нанять или такси? Нет, тогда с машиной точно что-нибудь произойдет. А вот в случае с поездом есть шанс, что пронесет. Ну, не знаю, может, опоздает он или еще что-нибудь в этом роде. Все-таки не тянуло мое невезение на крупную техногенную катастрофу.
— Немного удачи сегодня не помешает, — повторил я, будто пытаясь убедить именно себя, а не Юнию.
Чай, к слову, действительно чуток испортился. То есть, стал слегка пованивать и на вкус отдавал протухшими тряпками. У меня была еще та самая чистая эссенция, но я решил, что ее лучше будет оставить на потом. До худших времен. Как законченный реалист, я всегда понимал, что все может быть намного хуже, чем сейчас.
Расправившись со всеми неприятными процедурами, я наконец шагнул навстречу собственной судьбе. Массивные деревянные двери пропустили без всякого сопротивления, выплюнув меня в коридор, замощенный крупной плиткой. Наверх вела широкая лестница с белыми перилами, расходящаяся в две стороны, повсюду сновали обеспокоенные люди. В общем, ничего необычного для стандартного государственного учреждения, где человек должен чувствовать себя в высшей степени неуютно.
Приглядевшись, я наконец обнаружил точную копию вывески, которая висела снаружи. Разве что эта выглядела чуть поновее, в стиле конца существования СССР. Я подошел к двери, постучал и приоткрыл створку.
— Здрасьте, мне сказали прийти.
— Кто сказал⁈
Вопрошающий был встревожен, деловит и невероятно толст. Я даже как-то уже отвык от упитанных рубежников. Видимо, в приоритетах использования хиста формирование тела у него стояло не на первом месте. Да и оказался он всего лишь ивашкой с четырьмя рубцами, даже не ведуном. Нет, я, конечно, был не из тех, кто судит о человеке по количеству промысла, но кощей внутри меня скорчил презрительную физиономию.
Если я все правильно понял, то прямо сейчас этот чиновник занимался примерно… ничем. Ну, разве что отправлял свои козявки в открытый космос, но по определенным причинам долетали они лишь до потолка.
— Светлана Рыкалова, вы на нее… — я чуть не ляпнул «наехали».
— А, — просиял «мытарь», словно вытащил выигрышный билет в лотерею. — Незаконное обогащение с привлечением чужан. Фамилия, имя, прозвище, где присягали?
При этом чиновник стал зачем-то переставлять графин с водой, мраморное пресс-папье, ручки. Нервный, что ли? Я рассказал все, что от меня требовалось, а чиновник торопливо записал. А сам смотрел, как массивный, но вместе с тем будто скособоченный стол шатается при манипуляциях рубежника. Да, не хотел бы я быть рядом, когда этот предмет мебели навернется.
— Чего там незаконного? — поинтересовался я.
— А все, ровным счетом все.
Чиновник наконец вскочил, метнулся к двери, по пути чуть не сбив меня, и проорал куда-то в коридор:
— Антон! Антон, сюда, живо. Работа!
А после вернулся обратно, еще раз переставив вещи на столе. Ну да, в прошлый раз они же неправильно располагались.
— Сейчас мы во всем разберемся, во всем, — то ли пообещал мне чиновник, то ли пригрозил. — Антон, тут у нас злостный неплательщик. Надо его проверить на предмет лжи.
Вот теперь мне стало все ясно. Этот чиновник чуть-чуть сумасшедший, самую малость. Придумал себе какого-то вымышленного друга и с ним постоянно разговаривает. Нет, молодец, чего там. Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Жалко, что я попал в жернова этих ролевых игр. Еще пришлось на электричке сюда пилить, блин.
При этом толстяк смотрел куда-то в сторону моего левого плеча. Я знал эту игру, называлась та: «Он стоит прямо за мной?». Правда, не знаю, как там обстоят дела у сумасшедших. Но я все же повернулся и чуть отпрянул в сторону. Потому что здесь действительно стоял Антон. Который, к слову, тянул на какого-нибудь Антона Павловича. Нет, не Чехова, просто пожилого человека.
Лет ему было около семидесяти, если не больше. Правда, Антон оказался из тех, кого называли «крепкий старик». Собственно, таким он и был. Жилистый, подтянутый, с плотно сомкнутым ртом и внимательным, острым, как опасная бритва, взглядом. Роднили нас разве что только большие уши. Правда, на то, что это был мой близкий родственник, я особых ставок не делал. Чай, не индийский фильм.
А еще Антон оказался больше похож на рубежника, чем толстый тип за столом, потому что был целым ведуном.
— Здрасьте, — протянул я.
Антон даже не отреагировал, при этом продолжая внимательно изучать меня. Словно прямо сейчас на мне проступали какие-то диковинные письмена. Я чувствовал себя неловко, когда на меня так смотрели девушки. Что уж тут говорить о пожилых мужиках.
— Итак, начнем, — сказал чиновник. — Вы вступили в отношения с чужанкой Рыкаловой для последующей реализации…
  
— Ни в какие отношения я со Светланой не вступал! — внезапно разозлился я. Даже сам не понимаю из-за чего больше: из-за происходящего или из-за тона этого толстяка. — Просто у нее есть связи в определенных кругах. Я ей привез крестсеж с Изнанки, и мы из него стали делать биодобавки. Ну, хлебцы там всякие для похудения и все такое.
Что интересно, толстяк посмотрел не на меня, а на Антона. И тот… легонько кивнул. Так, а вот это уже любопытно. Тут и правда происходят какие-то странные игры.