Опасная игра леди Эвелин (СИ)

— Почему вы не стали ни о чем больше спрашивать? — спросила, когда мы сделали несколько шагов.
Он шел теперь медленно и осторожно, но вместо благодарности я чувствовала лишь глухое раздражение. От его противоречивости я устала сильнее, чем от этого визита.
— Отпала необходимость. И не хотел слушать ненадежного свидетеля, — неожиданно миролюбиво пояснил он.
— Почему ненадежного?
  
— Я думаю, все, что миссис Фоули знала о своей дочери — одна большая ложь. И я нашел остатки упаковки и ленты из салона мадам Леру. Ваша подруга бывала в нем. Скорее всего, неоднократно.
Я знала это, чувствовала, но все равно ощутила, как тяжесть его слов придавила меня к земле.
— Это нормально, — Беркли усмехнулся. — На самом деле, мы очень мало знаем о людях вокруг нас. Даже о тех, кого считаем близкими...
Я хотела, но не успела спросить, кого он имел в виду, потому что мы как раз покинули участок миссис Фоули и подошли к экипажу, а нам навстречу шагнул кучер.
— Милорд, один из ваших мальчишек передал послание, — произнес он что-то непонятное, но Беркли разом подобрался и кивнул, показав, что слушает. — Сказал, что добыл нечто для вас важное про «разряженных в пух и шелк дамочек» и что встретится с вами на том же месте, где в прошлый раз.
Кучер скривился, явно не одобряя подобный язык, а Беркли хмыкнул.
— Это Томми, — сказал он и покосился на меня. — Согласны еще немного прокатиться?
Что я могла ответить, кроме как.
— Конечно же.
Мы приехали... на ярмарку. Экипаж остановился недалеко от центральной части города.
— Пройдемся, — сказал Беркли, когда я ступила на мостовую, и привычным жестом предложил мне локоть.
А вместо горничной следом за нами отправилось двое незнакомых мужчин. Когда мы отошли на сотню шагов, я увидела экипаж, который совершенно точно уже мелькал сегодня у меня перед глазами. Вероятно, то самое «сопровождение», о котором упомянул как-то Беркли. Охрана.
Пока мы шли, я с любопытством оглядывалась. И хотя я старалась не крутить особенно сильно головой, Беркли все равно заметил.
— Редко бываете в этой части города? — спросил он небрежно.
И я залилась густой краской, почувствовав себя нищенкой, выбравшейся в свет. Стало неприятно, все волшебство прогулки разом улетучилось.
— Редко, — неохотно выдавила я из себя и резко отвернулась, чтобы скрыть смущение.
— Я не предполагал вас задеть, миледи, — сказал Беркли с обескураживающей прямотой, и я почувствовала, как в груди заворчало глухое недовольство.
Что с ним творилось сегодня? Он то был нарочито груб, то почти извинялся. То смотреть на меня не мог, то подавал локоть и сопровождал мое движение пристальным, невыносимым взглядом...
От злости я поджала губы в тонкую нить. Дедушка был не так уж не прав. Нам действительно стоило держаться от него подальше.
Мне.
— Пришли, — ровным голосом сообщил Беркли и потянул меня чуть в сторону от торговых рядов, между которыми с деловитым видом сновали кухарки и горничные.
День был не выходным, и на ярмарке почти никто не прогуливался. Не было ни детей, ни гувернанток, ни семейный пар. Лишь спешащие по своим делам, замученные слуги. На их фоне я и Беркли выделялись, и мне стало неловко, потому что нас провожали долгими взглядами и смотрели нам вслед.
Странное место встречи назначил ему этот Томми.
— Вашмилость! — мальчишка вынырнул из тени так резко, что я едва не вскрикнула от неожиданности и схватилась за локоть Беркли.
Граф дернулся, явно тоже застигнутый врасплох, но, в отличие от меня, его первая реакция была менее эмоциональной — он коротко выругался сквозь зубы и, не раздумывая, отвесил мальчишке затрещину.
— Не смей так больше делать, Томми, если не хочешь однажды словить пулю вместо затрещины, — холодно бросил Беркли.
Я моргнула, удивленно переводя взгляд с него на мальчишку.
Томми, хоть и поморщился, вовсе не казался обиженным — наоборот, он быстро почесал нос, подобрался и кивнул.
— А теперь извинись перед леди Эвелин, которую напугала твоя идиотская выходка, — приказным тоном велел Беркли.
Мальчишка моргнул, бросив быстрый взгляд на меня, и виновато передернул плечами.
— Прошу пардону, миледи, не хотел вас пугать.
— Ничего страшного, Томми, — я сдержанно кивнула, пытаясь не улыбнуться.
— Вот и молодец, а теперь к делу, — Беркли скрестил руки на груди. — Что ты видел?
—Онбыл в салоне, — произнес с нажимом. — Дважды.
— Дважды? — граф сузил глаза. — Прошли едва ли сутки.
— В-о-о-от! — мальчик довольно кивнул. — Потому и вызвал вас так срочно, вашмилость. Так вот. Первый раз вчера под вечер. Сидел там долго, прямо до закрытия. И с утра. До сих пор сидит. Чудно́ так, что он там в дамских тряпках потерял?..
— Томми, — Беркли одернул его и строго нахмурил брови. — Избавь леди Эвелин от своих размышлений. Ты следил, кто приходил и уходил?
— Конечно, вашмилость! — он гордо вздернул нос. — Но ничего примечательного. Обычные господа. Пара леди. Никого подозрительного, кроменего.
Граф сжал челюсти, а у меня зародилось подозрение, что я знала имя человека, о котором рассказывал Томми.
— И он не встречался ни с кем еще?
— Не-а.
— Как он выглядел, когда пришел сегодня утром?
— Мрачный, как погребальная свечка, — Томми поежился. — Будто знал что-то, что ему не нравится.
Беркли бросил быстрый взгляд на меня, затем снова повернулся к мальчишке.
— Хорошая работа, Томми.
— Я ж говорил, что слежу умеючи, — тот гордо выпятил грудь и почему-то покосился на меня.
— Следи дальше. Но осторожно.
— Как скажете, вашмилость! — Томми развернулся и уже собрался юркнуть в переулок, когда Беркли остановил его.
— Погоди, — сказал он и, порывшись в кармане, протянул тому несколько монет.
Удивительно, но мальчишка не спешил их брать. Он даже спрятал грязные ладони за спину и шагнул назад.
— Рано пока, м’лорд, — посерьезнев, он покачал головой. — Я ж едва приступил.
— Бери, Томми. Ты заработал, — строго велел Беркли, и мальчишка сдался. Схватил монетки и убежал, словно его тут и не было.
Я перевела взгляд на мужчину.
— Он следил за Эзрой?
Граф хмуро смотрел в сторону, куда исчез Томми, прежде чем заговорить.
— За салоном мадам Леру. Но встретил там его, да.
Я поежилась, а он спохватился и вынырнул из глубокой задумчивости. Кажется, мой вопрос застал его врасплох. Именно поэтому я и получила правдивый ответ, хотя особо не надеялась его услышать.
— Вы не устали? — Беркли внимательно посмотрел мне в глаза.
В его взгляде была странная, непривычная мягкость.
— Почему вы спрашиваете? — удивилась я.
— Я бы хотел посетить еще одно место. Но если вы устали, то сперва я верну вас в особняк.
Он что, предоставил мне право выбирать?..
— Я не устала, — ответила я ровно, и уголки его губ едва заметно дернулись, будто он был доволен моими словами.
Я тут же отогнала от себя совершенно безумную, глупую мысль, что ему было приятно мое общество и он хотел растянуть этот момент. Потому и не спешил возвращаться в особняк.
И тут он косвенно подтвердил это.
— Хорошо, — сказал он с непривычной расслабленной легкостью. — Но сперва мы с вами выпьем чаю. Вам необходимо передохнуть, а здесь поблизости есть одно хорошее место.
Пальцы на его согнутой в локте руке я сжала почти механически.
— Почему вы рискнули и поручили Томми слежку за салоном мадам Леру? — спросила я, чтобы не молчать.
Да и вопрос давно вертелся на языке.
— Почему вы удивлены?
— Он — уличный мальчишка, а вы ему доверяете. Не боитесь, что он продаст вас Эзре.
Беркли усмехнулся.
  
— Не боюсь, — подтвердил он. — Видите ли, Томми мой должник. А на улице это не пустой звук.
— Как так вышло?..
Беркли на мгновение замолчал, будто решая, рассказывать ли мне эту историю.
— Однажды Томми попытался меня ограбить, — сказал он наконец, и в его голосе прозвучала легкая насмешка.