Королева Ателии (ЛП)

Король не спеша допивает свою чашку чая. У меня такое чувство, что он простил Эдварда, возможно еще до того, как я пришла в столовую, но не хочет сдаваться слишком рано. У тебя не может быть слишком много гордости, когда речь заходит о том, чтобы быть королем.
‒ Пришлите мальчика ко мне в кабинет в два часа, ‒ говорит он.
Мы с королевой обмениваемся едва заметной улыбкой. Миссия выполнена.
* * *
Вернувшись в комнату, я собираюсь переодеться в более удобное платье и подняться наверх в детскую, когда в дверь стучит Мейбл.
‒ Леди Гвендолин хочет видеть вас, принцесса, ‒ она понижает голос до шепота. ‒ Может, мне попросить ее уйти? Какая наглость с ее стороны приходить к вам после того, что она сделала!
‒ Пригласи ее, ‒ говорю я, думая, что это даже хорошо, что я не переоделась. ‒ Мне бы хотелось услышать, что она скажет.
В гостиной леди Гвендолин выглядит уверенной, улыбается и, кажется, ничуть не смущается, когда я смотрю на нее с ледяным выражением лица.
‒ Ваше высочество, ‒ она делает глубокий реверанс. ‒ Поездка на Остров ветров пошла вам на пользу. У вас прекрасный румянец.
‒ Спасибо, ‒ говорю я, как Бьянка в ее настроении ледяной королевы. ‒ Не будете ли вы так любезны присесть?
Леди Гвендолин расслабляется в мягком кресле с элегантностью супермодели. Сегодня она не оделась так, как будто собиралась на бал, но тем не менее ее красоту трудно игнорировать. Как бы сильно я ее не любила, не могу не ревновать. У нее есть красота, ум и уверенность в себе. Если бы у нее были еще доброта и сострадание, Эдвард был бы глупцом, если бы не сделал ее королевой.
‒ Возможно, вы не удивлены, что я решила навестить вас. Особенно после того, как все грамотные читали о «Королевском скандале», а все неграмотные слышали о нем.
‒ Лорд Дерри уже признался мне. Он поклялся, что говорит правду.
‒ Дерри не лгал, ‒ Гвен томно откидывается на спинку стула. Я почти ожидаю, что она достанет длинный черный мундштук и начнет курить. ‒ Но он же не знает всей истории. Может быть, я и стремлюсь вернуться в общество, но неужели вы думаете, что я буду так мучиться, чтобы накачать Эдварда наркотиками и позволить себя сфотографировать?
‒ Вы отрицаете то, что сделали?
‒ Я никогда не говорила, что не делала этого.
Входит Мейбл с подносом, ее блестящие глаза мечутся между мной и Гвен. Я жестом показываю ей, чтобы она поставила поднос и ушла.
Как только Мейбл исчезает, леди Гвендолин подносит чашку к своим рубиново-красным губам и принюхивается.
‒ Вы знакомы с лордом Садерлендом, ваше высочество?
Лорд Сандерленд — муж Лили. Точнее бывший муж.
‒ Только не говорите мне, что Лили попросила вас соблазнить Эдварда, потому что сама не смогла его заполучить.
Лкди Гвендолин издает звонкий смешок. Я добавляю его к списку несправедливых вещей, которые у нее есть. Мне было бы легче, если бы она смеялась, как лошадь.
‒ Нет. Именно лорд Садерленд обратился с такой просьбой.
‒ Садерленд? ‒ я не могу поверить в то, что слышу. ‒ А какое он имеет к этому отношение?
‒ Вы, конечно, слышали, что Лили Мейнард развелась с ним. Она постоянно сравнивала его с Эдвардом, и вы можете себе представить, как это удар для его гордости, ведь он считает себя подарком миру, ‒ Гвен издает насмешливый смешок. ‒ Назовите это иррациональным, если хотите, но Садерленд обвиняет Эдварда в его разводе. Более того, он затаил злобу и на вас, после того как его младший брат лишился своего места в парламенте. Он хотел причинить боль вам обоим, но не мог найти способа, пока не увидел меня на вечеринке у лорда Сесила. Он спросил, не могу ли я помочь ему, и в ответ он вернет мне мою семейную реликвию.
‒ Как же случилось, что лорд Садерленд завладел вашей фамильной реликвией?
‒ Когда я вернулась из Морина, то обнаружила, что мой отец изо всех сил старается содержать наш загородный особняк. Он продал нашу семейную реликвию лорду Садерленду в дополнение к различным ценным вещам. Я могла бы выйти замуж за богатого человека и выкупить нашу фамильную реликвию, но Садерленд не продаст ее, пока я не соглашусь на его условия, ‒ тень пробегает по ее глазам, и я задаюсь вопросом, не включал ли Садерленд в свои условия нечто большее, чем просто накачивание Эдварда наркотиками. Тень исчезает. Леди Гвендолин вновь обретает уверенность в себе. ‒ Я пришла, потому что хотела, чтобы вы знали правду. Я бы не предложила Эдварду это вино по собственной воле. И потому что я считаю, что эта история нуждается в продолжении.
 
* * *
Эдвард в тот же вечер приходит в детскую.
Эдди уже принял ванну и поужинал, и до того, как он ляжет спать, остается всего час или около того. Он пристегнут ремнями к ходункам и носится по детской, его смех звенит в воздухе. Он останавливается у ног Эдварда и смотрит на отца блестящими от предвкушения глазами.
‒ Мальчуган, ‒ Эдвард мягко подталкивает ходунки, следуя за сыном в своего рода мини-туре по детской. Я с удовольствием наблюдаю, как Эдди останавливается и протягивает ко мне руки. Эдвард расстегивает ремни и поднимает сына в воздух. Эдди дрыгает своими толстыми маленькими ножками и визжит от восторга.
‒ Не слишком его возбуждай ‒ говорю я, поглядывая на часы. ‒ Он скоро должен быть в постели.
Эдвард подчиняется. Под руководством Норы он медленно ходит взад и вперед, успокаивающе похлопывая Эдди по спине. Когда он укладывает Эдди в кроватку, я надеваю свои пушистые тапочки.
Удивительно. Эдвард совершил трудный подвиг, трудный для всех, кроме меня и Норы, усыпив Эдди.
Я проскальзываю под его руку и кладу голову ему на плечо. Какое-то мгновение мы стоим рядом, глядя на нашего сына, мирно спящего в кроватке с любимым игрушечным кроликом на животике.
Мы молчим, но нам и не нужны слова. Мы вместе. Эдди больше не является препятствием между нами. Наша любовь к нему сделала нашу связь еще крепче.
Вернувшись в комнату, Эдвард лишь слегка кивает, и Мейбл с пыльной тряпкой в руке выскакивает из моего кабинета. Когда Эдвард так смотрит, это значит, что он хочет остаться со мной наедине, и если нас потревожат, то только из-за пожара или землетрясения.
‒ Я читал эту историю, ‒ он усаживается на подоконник и похлопывает по соседнему месту. Вместо того чтобы сесть туда, куда он указывает, я забираюсь к нему на колени и кладу руки ему на плечи. Эдвард поднимает бровь, но в его глазах появляется огонек, когда он усаживается удобнее и обнимает меня за спину.
Я одариваю его дерзкой улыбкой.
‒ Ты впечатлен моим блестящим раскрытием правды о той фотографии? Или ты собираешься выразить свою благодарность за то, что все уладилось между тобой и твоим отцом?
Эдвард хихикает.
‒ Кэт, ты не должна выглядеть такой самодовольной. Я так и заподозрил, когда увидела фотографию, но тогда я слишком волновалась за тебя, а потом мама отправила нас на Остров ветров. Еще, ‒ он улыбается мне, ‒ я рад, что ты приняла меры.
‒ Однако эта история рассказывает далеко не все. Сегодня днем меня навестила леди Гвендолин.
Он выглядит встревоженным.
‒ Она причинила тебе боль? Я могу запретить ей приходить во дворец.
‒ Нет, все совсем не так, ‒ я пересказываю то, что леди Гвендолин рассказала мне о Садерленде.
Эдвард на мгновение выглядит словно громом пораженный.
‒ Нелепо. Не могу поверить, что Садерленд способен на такое злонамеренное деяние.
Но я помню, что во время благотворительного бала лорда Сесила, когда я зевала и пила горячий шоколад в углу, Садерленд разговаривал с леди Гвендолин. Кроме того, будет нетрудно найти отца леди Гвендолин и проверить ее рассказ.
 
Я озвучиваю мысли Эдварду, и он замолкает. Пытаясь утешить его, кладу руки ему на грудь.
‒ Эдвард, по крайней мере, вопрос решен. Король простил тебя, и я знаю, что ты не был ему неверен. Это самое главное.