"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

— Где? Откуда вы?
— Мне нужен ваш участок на Макарьевской изнанке, за полторы тысячи рублей.
— Рублей, — повторил за мной он. — А я говорил, что не пьянею? Это из-за того, что всю жизнь работаю с деревом на Изнанке. Да, да, да. Ученые не могут дать объяснение этому факту.
Я промолчал, рассматривая подобранную с пола бутылочку.
— А выпейте со мной, адвокат?
Я обречённо кивнул, высвободил из бардака на столе две рюмки. Жаль, что простой воды нет.
  
— А откуда у вас такие мощные моторы для лесопилки? — спросил я Земляникина, чтобы отвлечь его внимание.
— Вы разбираетесь в пилорамах?
— У меня есть прииск.
— Где?
— На Макарьевской изнанке, — вздохнул я и прочитал этикетку бутылочки.
Там было написано: «Элексир для быстрого отрезвления дам и господ, на макрах третьего уровня и секретных китайских травах».
Сейчас проверим, что там за магия.
Земляникин ткнул пальцем в правую сторону длинного строения.
— Моторы фирмы Гейтса. Немецкие, три. Но все три разные. А давайте выпьем за мою лесопилку, она не уйдёт от меня как эта… стерва!
Я налил ему в рюмку эликсир, а себе плеснул капельку водки.
— Выпьем, Андрей Ильич, если вы согласитесь продать мне участок за полторы тысячи рублей.
— Где участок?
— На Макарьевской Изнанке.
— У меня есть там участок?
— Пьём, — вздохнул я, подал ему рюмку, мы чокнулись и выпили.
— Гадость какая, — он дернулся всем телом, — по вкусу как мой эликсир.
— Андрей Ильич, мне надо чтобы вы чуточку протрезвели. И поговорить про участок.
— Не буду трезветь! Я развожусь. Двадцать два года в браке, и она теперь требует развода.
Он действительно трезвел. Я налил ему ещё эликсира.
— Меня Аркадий зовут.
— За знакомство.
Следующие полтора часа протрезвевший и обратно неторопливо напивающийся Земляникин рассказывал историю своей жизни в эпизодах и историю своей ссоры с женой, спровоцированной невинной (по его словам) интрижкой на стороне.
— Андрей Ильич!
— Друзья зовут меня Балан. Это обрезок бревна такой.
— Хорошо, — я услышал свой голос и напрягся.
Как бы сильно я старался не пить, некоторое количество алкоголя всё же в себя залил.
— Так вот, — продолжил свою мысль, — жёны не любят, когда их мужья совершают лёгкие интрижки на стороне, вот совершенно они этого не любят.
— Да что ты знаешь про баб⁉
— Про женщин. И это не аргумент.
— Выпьем.
— Больше не одной. Пока не продадите мне участок, а потом не пообещаете.
— Что пообещаю?
Я ткнул пальцем в сторону улицы. Там начинался дождик и потемнело.
— Я куплю у вас участок за полторы тысячи, подписываем документы, допиваем бутылку, и вы с деньгами идёте в голландский квартал, там круглые сутки продают розы.
— На кой вам розы?
— Вам розы. Вам.
— Я не люблю цветы, Аркадий! Что за вздор! Я суровый лесоруб?
— Не вам. Жене вашей!
— Жене?
— Не перебивайте. От того квартала недалеко есть цыганский театр. Наймём цыган.
— Тьфу. Они работники никудышные. Кстати, а знаете почему сегодня на лесопилке выходной? А это я устроил, всем оплатил три дня в честь запоя директора.
— Цыгане будут играть на гитарах и петь. И я вас поддержу, как человек, который час назад пил с вами за дружбу.
— Мы уйдём в табор жить, Аркадий? Спать с медведем? Он же воняет!
— Сейчас подолью вам эликсира. Нет, мы не уйдем жить в табор. Мы поедем к вам домой, и вы с цыганами будете петь песни и просить прощения у супруги, а когда она откроет окно, подарите ей цветы.
— Думаешь, сработает? — со сомнением посмотрел в свою рюмку Земляникин.
— Начнём с договора, — я хоть и не был трезв, но достал договор, комплект документов к нему и шариковую ручку. — Этот план точно лучше, чем насвинячиваться три дня на собственной лесопилке.
  
Глава 20
 
Я мучился жесточайшим похмельем, против которого пока что не помог ни выпитый с утра холодный огуречный рассол, ни большое количество воды перед сном, ни принятый мной с утра пораньше душ.
А ведь я старался пить как можно меньше! Контролировал себя от начала и до конца. Хорошая новость в том, что моё тело отвыкло от алкоголя. Плохая — чёртово похмелье.
Долбанная водка! Как я её раньше пил?
Дверной колокольчик дзенькнул и ко мне пришёл посетитель. Какое бы ни было состояние, но — надо работать.
Поднял глаза, это пришёл весь из себя молодой, красивый и чем-то озадаченный Скарабейников. Я постарался вспомнить нет ли за мной по работе с ним незавершённых дел? Договор подписали, партия макров ушла на реализацию. Может быть, что-то новенькое?
— Здравствуйте, Аркадий Ефимович! — он вальяжно меня поприветствовал.
— Доброе утро, Сергей Константинович. Вы по какому вопросу?
— Тут со мной вчера казус случился. В лавку вчера заявилась мачеха и начала кричать о том, что это она глава рода, а не я.
— Вы дурку вызвали? — ухмыльнулся я, потому что после смерти связующего звена, отца, она уже никак не может на что-то претендовать.
Он рассмеялся.
— Нет, не подумал в тот момент. Но вы верно подметили, требования её абсурдны. Говорит, что у неё есть завещание моего покойного отца, по которому это она главой рода становится после его смерти.
— А такое завещание существовало в природе? — уточнил у него этот, действительно важный момент.
— Да, — кивнул он. — Но перед смертью отец изменил своё мнение, всё перешло ко мне, остался лишь долг перед мачехой и обязательство жить в доме, как и титул с фамилией.
— Да, я помню. Вы решили ту проблему?
— Оставил дом мачехе, она ещё и доплатила. Но сейчас не об этом. Она знала обо всём и вступила в наследство по своей воле.
— Подождите, Сергей Константинович. Ваша мачеха какое отношение имеет к вашему роду? У неё имеются дети в браке?
— Две дочери, но от прошлого брака. То есть к роду Скарабейниковых все они имеют весьма опосредованное отношение.
— Интересно, — вздохнул я. — И, несмотря на это, мачеха считает, что может унаследовать титул главы рода?
— Да, согласно прошлому завещанию.
— Давайте уточним один важный момент. Кого признал ваш родовой бог?
Объяснять я ему не стал, но особенности наследования дворянских родов зависят не только и не столько от завещаний, а скорее от точки зрения Предка-Покровителя. Я не сильно углублялся, в эту тематику, не моя специфика работы, но бывают даже случаи, когда Предок отстраняет живого патриарха рода и назначает из рода кого-то другого. Ситуация редкая, но не экзотика. В каком-то смысле Предок это постоянно действующий наследодатель. И когда на одной чаше весов точка зрения некой тётки, а на другой Предка, последний побеждает как слон против ослика.
— Меня, разумеется, — уверенно ответил Скарабейников. — У Екатерины даже кольца нет, я забрал его из-за неадекватного поведения ещё давно. Но она сделала подделку и уверяет, что это моё кольцо ненастоящее.
— В таком случае, тут и решать нечего. У вас «лёгкий» случай. Я вообще не понимаю, на чём основана её уверенность в том, что сможет что-то требовать в данных обстоятельствах.
— Насколько мне известно, у неё сейчас сожитель имеется. Он состоит в органах.
— А кто, кем? — интересная деталь, для коррумпированного вольного города, где только Ангелина верит в честность работы следователей из республиканской прокуратуры.
Он замялся.
— К сожалению, не уточнил.
— Но вы ведь можете узнать?
— Да, конечно.
— В таком случае, ждите приглашение в суд, до этого нечего не делайте и беспокоиться.
— Вы уверены? Всё же связи…
— Сергей Константинович, вы законный наследник, вас выбрал Первопредок. Даже если завещание настоящее, оно не имеет юридической силы. Вам не о чем беспокоиться.
  
— Спасибо, успокоили. Сколько с меня?
— Как обычно…
Скарабейников был мне ценен как торговый партнёр, так что я озвучил таксу за консультацию в десять рублей, одновременно прикидывая что если его мачеха пойдёт в суд возьму с него по минимуму.