"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

Нестерпимо хотелось бахнуть вискаря.
Но я просто сидел, молчал и ничего не делал. Сегодня день отдыха. Мне нужно просто прийти в себя.
* * *
Утром, когда я пришёл к офису, то возле него стояла до боли знакомая степняцкая телега с большими колесами.
— Кабыр Онаакович? — изумлённо спросил я степняка. — Не ожила увидеть тут уважаемого мной ногайца. Строго говоря, не думал, что вообще увижу тебя снова.
  
— Вообще-то я не ногаец, а хакас. Нихрена вы русские нас не различаете, для вас степняк и степняк.
— Гм. Виноват. Буду знать. И всё же, что привело тебя ко мне, уважаемый сын хакасского народа?
— Великий каган Юба хочет встретиться с тобой, о аркадиец!
— Херня вопрос, скажи, когда он приедет, я буду ждать.
— Нет, Великий каган не хочет появляться в городе.
— Чего это?
— Он не любит большие города.
— По моему опыту городов сторонятся те, у кого агарофобия или те, кто скрывается от правоохранительных органов.
— Агар-агар… чего?
— Кабыр, дорогой, это я тут тонко намекаю, что твой этот большой каган преступник.
— Каган не может быть преступник, он выше закона, над ним только небо.
— Это в степи только небо, в вольном городе это правило не срабатывает, тут хоть граф, хоть каган, можешь запросто влететь на кичу, особенно если Кротовскому или Губачеву не угодил. Он что, против империи воевал, в составе степной орды в недавней войне?
Вообще о событиях сравнительно недавних военных действий, эхо которой отзывалось в городе, я толком не знал. Во-первых, потому что у горожан и правда, было усреднённое преставление об обитателях степи, то есть мы не понимали кто там за кого, а во-вторых, это произошло до моего появления здесь и было, хотя и недавней, но историей.
— Он и его воины в тех набегах не воевали, в том числе потому, что… он сам тебе должен об этом рассказать.
— Ты официально заявляешь, что этот как там его, Юба, не является и не являлся военным врагом Кустового?
— Ну, вроде того. Аркадиец, чего ты пристал, я простой охотник, меня просто попросили тебя привезти к кагану. Только потому, что я знаю где тебя искать.
— Где он? И чего ему от меня надо?
— Разбил шатры на восточном берегу Младшего Обагана. Это граница и нейтральный степи. Наверное, нанять тебя хочет. Адвокат, который способен, не произнеся ни слова, прострелить ногу нахальному согысшану, это хороший адвокат, смелый.
— Охеренный критерий профпригодности. Никогда не слышал про суды и законодательство степи. Я специалист по законам вольного города, может быть, чуть-чуть имперским.
— Это и требуется. Я не могу тебе всего говорить, русский.
— Ладно. Приезжай завтра с утречка, мне надо узнать, что за хрен твой Юба. Как ты, говоришь, его полностью зовут?
— Он мне не хан и не каган, я вольный северянин, просто выполняю для него поручение. Юба великий каган, сын Гемпса, каган Южного Алы Тау. И что? Ты пойдёшь со мной?
Я переписал длинное прозвище в блокнотик.
— Нет, не сегодня. Приезжай завтра.
— Прости, аркадиец, но я буду вынужден применить силу, — Кабыр вздохнул и взял из телеги ворох верёвки и короткую дубинку. Ну блин и манеры у степняков.
— Ты, наверное, забыл ту ситуацию в стойбище? — я ухмыльнулся и легким движением руки извлёк из-под полы английского пиджака остро заточенный черный нож Шило.
— Даже если я не зарежу тебя, то разорусь, тебя сцапает патруль и отправишься на каторгу на четыре года. Поэтом, скажешь, я угрожал тебе ножом. Понятно? Так что приезжай завтра. Мне этот каган тоже никто и зовут его никак. Из любопытства съезжу завтра, так и быть, сегодня мне надо разбросаться по делам.
Кабыр пару секунд хлопал глазами, переваривая изменение в расстановке сил, потом кивнул, сел в телегу и, не прощаясь, тронулся. Практически сразу же на его место стал экипаж Игоря.
— Это ещё что за чёрт косоглазый? — сузил глаза мой извозчик, который, вероятно, временно забыл собственную этническую принадлежность.
— Охотник, думаю его нанять на Макарьевскую изнанку, на отстрел тварей, если они, конечно, там ещё остались.
— Ну что, посидим в офисе, — с надеждой спросил Игорь, рассчитывая засесть в углу и полистать столичный журнал, я как раз купил дюжину устаревших изданий на вокзале, когда смотрел там таблички и расписание работы учреждений.
— Нет, погнали в администрацию, в смысле к зданию правительства.
Игорь ответил мне тяжким вздохом, — Эксплуататор.
* * *
В администрации я решительно двинулся к Анне.
— Здравствуйте, а Сергей Николаевич занят, у него совещание.
— Доброе утро. Я думаю, сударыня, что мне сможете помочь вы.
— Я? — она пару раз хлопнула ресницами своих прекрасных глаз, чем наверняка могла бы отправить в лёгкий обморок обычного молодого парня.
— Да, — стараюсь улыбаться как можно обаятельнее. — Мне нужно узнать не был ли врагом республики или империи некий каган Юба сын Гемпса, каган Южного Алы Тау?
— Ээээ, ещё раз, я запишу. А какая разница, был, не был? Сергей Николаевич заключил со степью мир на выгодных для нас условиях.
— Допустим, этот прыщ хочет меня нанять как юриста. Не хочу в процессе работы совершить государственную измену и угодить на каторгу на восемь лет. У меня аллергия к каторжному труду.
Анна очаровательно улыбнулась.
— Среди лидеров степняков я такого человека не помню. Он нам, конечно же, не друг, но на тот момент он отсиделся в стороне, а сейчас вообще мир. Вы в любом случае можете с ним заключать контракт… хотя, если вы наймётесь, то доложите одному человеку.
Она написала мне фамилию, имя и адрес, сложила записку и положила в нагрудный карман. Глянул краешек, какая-то Гадюкина.
О как. Если меня просят «доложить», значит этот человек республиканская контрразведка на минималках. Ну что, тайная полиция нужна, а скрывать конкретно мне нечего, расскажу, если будет о чём.
…
— Теперь куда? В офис? — с надеждой в голосе спросил Игорь.
— В прокуратуру.
— Приличные адвокаты в офисах сидят, клиентов принимают, — сварливо выдохнул извозчик.
— Как встречу приличных адвокатов, обязательно им об этом передам. Погнали, дел невпроворот.
…
Я стоял возле окошка канцелярии прокуратуры и, рефлекторно высунув язык от азарта, писал второй экземпляр запроса.
По коридору уверенным шагом дефилировала Ангелина. Увидев меня, она вздёрнула нос и хотела пройти не поздоровавшись, однако я успел поставить подпись и расшифровку, то есть — дописать своё обращение и повернулся к ней.
— Стоп. Ангел мой, вы почему меня игнорируете?
— А. Аркадий Ефимович, а я думала, какого-то мошенника привели на задержание и заковать в кандалы забыли.
В коридоре кроме нас никого не было, пожилой клерк в окошке откровенно дремал.
— Сударыня, — я двинулся вперёд, слегка прижав её к стене коридора. — Я пришёл сюда по велению сердца, потому что не видел вас уже почти неделю.
— Для кого сударыня, а кому и советник второго класса!
— Милая красивая девушка. Почему ты не здороваешься со мной? Я чем-то провинился перед тобой?
Она немного смягчилась.
— Прости, с утра настроение не очень, с начальством поцапалась. Давно тебя не видела, пропадал где-то?
— Работы много. Кстати, о пропаданцах, что там слышно про Бакланова?
— Это тайна следствия. Ну правда, зачем он тебе?
— Любопытно, тем более меня из-за него даже допрашивали.
— Ничего с ним не понятно. Его потом видели в центре, он пил. И соседи его встречали. Короче, даже не спрашивай, тем более это не я занимаюсь. А что за писульку ты пишешь? Очередную кляузу?
  
— Нет, запрос, не состоит ли человечек Юба сын Гемпса из степи в розыске или ином подозрении в преступлениях.
— Пиши, подавай, конечно, но у нас не так много степняков в разработке, такое имя я бы помнила.
— Спасибо за информацию, — я подал запрос сонному клерку, получил отметку на втором экземпляре.