"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

— Эээээ…
— В Ваша ттом проник посторонний. Мы слеттили и сразу напали, как только он вошёл в ттом.
— А как вошёл? Замок вскрыл?
— Нет. Магия. Ппыл свиток, который пхых-пшых и стена исчесснуть.
— О! Жоржу Милославскому бы понравилось, — от нервов мозги работали быстро, я некстати вспомнил старый добрый фильм и тот факт, что обаятельному вору хотелось машину, способную стену в универмаге приподнять.
  
— Мы вошли, он смокк двоих раскидать. Наша удивицца. Наша — чёрные пояса.
— Сбежал?
— Нет. К сожалению, мы его уппить, — он сокрушался и покачивал головой, словно произошло большое горе.
— А наши все целы, живы?
— Наша синяки, переломы, кколова ппух. Наша жить будут. Наша пакуют чужак, чтоппы увессти его до утра. Аркад Ий не против?
— Не против, вы же действуете в связке с боссом Танлу-Же.
— Босс скоро приеттет. Мы позвоним, скажем, что с Вами всё карасо.
Пока бойцы, умудряясь перемещаться бесшумно и при этом ругаясь под нос (маловероятно, что в такой ситуации и с такой экспрессией это всё же был не мат), бродили по дому, изредка включая фонарики. Я тем временем проверил труп, деликатно прикрытый покрывалом с дивана. Мин их теперь убьёт, она мне все уши прожужжала, что долго и тщательно выбирала этот плед-покрывало по текстуре, рисунку, исходя из света, который падал на диван, общую цветовую гамму в доме и всяческий Фэн-шуй, предпочтя именно его из ста пятидесяти вариантов и осталась довольна выбором.
Ну что, труп как труп. Мёртвый, это уж совершенно точно. Китайцы тут шагнули в ногу со временем, они немного нетрадиционно прострелили ему голову. Вот тебе и каратисты. Вспомнилась поговорочка из моего прошлого мира, что «лучше нету карате, чем в кармане два ТТ». А вообще хвалю, нельзя слишком упирать в традиции сами по себе. Дай казаку базуку, он шмальнёт из неё, чай не дурак, понимает, что нагайка против танка не канает.
Вот и китайцы — шмальнули.
В остальном — немолодой мужчина, крепкий, но не более того, волосы чёрные с вкраплением седины, на пальцах много перстней магического наполнения, на груди три амулета. Одежда с виду обычная, для брожения по городу и поездок, но это только на вид. На поясе чехлы с короткими ножами, на икрах ног в специальных ножнах стилет и короткий тесак.
Что там думать — это убийца местного гибридного разлива, сочетающий магию и прочие фокусы. Особенности мира, мать их…
За окном мелькнули и быстро погасли фары, это бесшумно подъехали две машины.
Вошедший Танлу-Же быстро обменялся со своими несколькими ёмкими фразами, его подчинённые при появлении босса стали по стойке смирно, отвечали ёмко и, наверное, по существу.
Мы с ним поздоровались, и он увлёк меня за собой, посадил в машину и увёз в более безопасный и привычный ему китайский квартал.
…
— Как думаете, кто нанял? — после обмена любезностей, прямо спросил я.
— Ну, моё посольское чутьё подсказывает, что это кто-то из Ваших друзей. Старых, новых. Может, Хомяковы? — он налил мне полную пиалу чая.
Было половина пятого утра. В кафе никого не было в такой час, он хозяйничал сам.
— Хомяковы? А давайте с Вами подумаем, что называется, от обратного.
— Ну давайте, мой друг, попробуем.
— Это профи. Надо думать, не местный, хотя конкретно в Кустовом есть по меньшей мере человек шестьдесят, которые считаются опытными и стабильными киллерами.
— Откуда такая точная цифра? Узнавали? Хотели оказать услуги своему дядюшке? — старый китаец был прав, я действительно прощупывал почву, но быстро понял тщетность даже самих попыток.
— У местного сообщества есть такой принцип, не совершение преступлений против Владетеля, — многозначительно ответил я. — Они не пошли бы против него, равно как и сейчас против меня. Это не исключает, что отдельные исполнители могли бы решиться пойти против системы, но… Не местный, как считаете?
— Мы установим точно, — вздохнул Танлу-Же, которому тоже, вероятно, было жаль, что вместо говорящего пленного получился не вполне законный труп, который к тому же надо ещё и прятать после «следственных действий». — Но по виду, да, залётный. Ещё и из столицы, наверное.
— А сколько такой чудо-богатырь может стоить?
— Дорого. В нашем городе цена сильно зависит от персоны оказываемых услуг.
— А сколько бы я потянул?
— Тысяч пятьдесят.
— Солидно. Вы мне льстите.
— Ну… — ухмыльнулся Танлу-Же, — всё же граф, лендлорд, миллионер, министр.
— Пусть так. Как считаете, могли ли Хомяковы тряхнуть мошной на, назовём это, «полтинник», чтобы прибить мою табличку с двумя датами к стволу генеалогического древа?
— Они и так сильно поиздержались со своей попыткой Вас победить. Вы же не думаете, что им эта история легко, бесплатно и беззаботно далась?
— Честно говоря, не думаю. А ещё они понимают, что я человек трудноубиваемый и чуть что, без сомнений отомщу, снеся половину их клана.
Танлу-Же не ответил на мои слова, но поощрительно отсалютовал пиалой. Не понятно, что его радовало больше, моя самооценка или наличие логики в таких условиях.
— Так же гражданин Мещеряков отметается по тому же основанию. Жмот он и голь перекатная, денег бы на такого упакованного хлопчика не хватило бы. Пу-пу-пу… У Владоса не осталось наследников. Оставшиеся в живых «сольпуги»? Маловероятно, этим не до развлечений. А могли быть тайные верные слуги у самого Вьюрковского?
— Типа месть мёртвого? — поднял бровь китаец. — Кто-то исполняет непреклонную волю отомстить?
— Ну да, вроде того. Жизнеспособная теория?
— Да, но… Тогда и убивать Вас, Аркадий, надо было сразу, пока Вы были в зависимом положении, в слабом. Не ждать, пока войдёте в силу. Да и не так уж очевидно, что Вы виноваты в его смерти. Мстить надо убийце, а Вы просто недруг, коих у него было много. Его же накрыла секретная служба.
Он посмотрел на меня хитро. Ну да, я не говорил ему, что написал донос на Вьюрковского, но он о таком догадывался и сам.
— Формально Вы не его убийца, а только наследник.
— Поляки?
— Старина пан Кнышский — человек вспыльчивый, но также и отходчивый, — рассуждал Танлу-Же. — Думаю, что, пережив все события, он хотя и не станет Вам другом и будет за спиной плести козни, но послать убийцу — это хладнокровный ход, умелый, достаточно дорогой. Вот если бы Вас пытались из пулемёта среди бела дня накрыть… Хотя о чём это я, такое тоже было.
— Ну да, интересную жизнь живу, — без энтузиазма отозвался я. — Сам себе завидую.
— Англичане? — в свою очередь предложил он.
— Да я, вроде…
— Что? — лукаво улыбнулся китаец, как расчётливый игрок, который начал выигрывать в маджонг. — Вы не делали ничего против них напрямую?
— Ну да, — слабо возразил я, — не выступал напрямую, грань не переходил, матом не крыл, из домов не выгонял.
— Вы наступили на горло их финансовым интересам?
— Я не отказывал им в открытую.
— Они не такие люди, чтобы их подобные формальности беспокоили. Как, по-Вашему, крошечная островная держава стала мировым колонизатором и продолжает доминировать на планете?
— Ну, они же джентльмены, — в сомнении протянул я и сам же рассмеялся.
Мы оба понимали, что не стоит путать внешнюю вежливость и содержание их политики и действий.
Англичане и правда в последнее время активно интересовались мной. Кто-то, как Симменс, сначала пришли «поговорить». А кто-то мог посчитать болтовню излишней.
Есть такая философская тема — роль личности в истории. Ну то есть, часть событий происходит, потому что «такова природа вещей» и конкретные исполнители, участники, это всего лишь фамилии статистов в групповой сцене. А что-то происходит благодаря конкретным ключевым лицам.
  
Если подумать, я довольно-таки резко повернул каганат (который сам пока что этого не чувствует) лицом к своей империи, одновременно отвернув от остальных. В отличие от Соединённого королевства, соседствующий Китай в лице своего посла воспринимал ситуацию без излишнего трагизма, а также обоснованно полагал, что его страна и его народ от этой истории ещё и заработают, на поставках, на выполнении работ, станут жителями при создании предприятий, потому что трудолюбивы и дисциплинированы. Словом, Танлу-Же был той связующей с его родиной ниточкой, поэтому я думаю, что приступив к обязанностям посла в Кустовом, он ответственно направлял отчёты и информацию, через которую в Поднебесной присматривали за событиями как в Кустовом, так и ближайшей к нему Степи, достаточно достоверно знали, что там у Юбы.