"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

Велиев застенчиво улыбнулся и извиняющимся тоном произнёс:
— Ну, в такой общей картине Вашей ситуации отсутствие вакансии кажется досадной помехой, пробелом, который только нужно устранить. Думаю, что к концу дня у меня будет нужная вакансия.
— То есть эта история Вас заинтересовала, Александр Эмирович?
— Да. Врать не буду. И, если подумать, выполняя свою часть шаг за шагом, я ничего не теряю и не нарушаю.
  
— Кстати об этом. Я думаю, что Вашим учредителям не нужно знать о Вашей роли, чтобы исключить риски, какие-то претензии.
— Это я знаю лучше Вас, — грустно и со вздохом согласился он. — А сам Ильяс, он знает о своей предстоящей роли?
— Нет.
— Я так и думал, — понимающе кивнул он. — Груз ответственности только бы ему помешал адекватно учиться и работать. К тому же это могло бы возбудить в нём, как это говорили в старину, гордыню. А нам в данной ситуации нужен умный и шустрый боец.
— Мне тоже так кажется. Он волей обстоятельств пока что считает, что ищет работу и был в этом неоднократно разочарован неудачами.
— Тем сильнее будет его рвение, — кивнул Александр Эмирович.
— Да. Пока что незачем ему всё это знать.
— Месяц, говорите? Может быть, есть больше времени?
— Пёс его знает, события могут закрутиться быстро. Пока считаем, что месяц, может удастся удержать чуть более медленный темп. Но и дать участникам остыть тоже никак нельзя.
— Я на Вашей стороне и можете на меня рассчитывать. Само собой, этот разговор останется между нами. Ильясу я скажу, что принимаю его по Вашей и Вашего семейства протекции.
— Благодарен Вам, пусть все так считают, это достаточно правдоподобно.
— Тогда с Вашего позволения, мне пора идти. Рутина, много работы, — он подал мне руку, прощаясь.
Я пожал её, и он ушел, оставив меня и спрятанный под газетой конверт с пятью сотенными купюрами в качестве взятки для Эмировича, которую не пришлось давать. Это был мой план «Б», если бы ему вся эта история показалась неинтересной. С другой стороны, обошлось без взятки (которую я даю за свой счёт) и хорошо. Нет у меня такой самоцели — взятки раздавать.
* * *
На выходе из банка внезапно зазвонил мобилет. Это был Кастет.
— Привет, Константин Иванович, давно не пересекались.
— Самолёт⁈ — вместо «здравствуйте», возбуждённо выдала мне «трубка». — Нет, правда… самолёт⁈ Ты, Аркадий, конечно, человек очень неординарный, но чтобы такое…
— Хм. Предполагаю, что Кастет Соколиный Глаз что-то не так давно увидел, что воспылал такой любовью к авиации?
— Минуту назад буквально. Твои эти… демоны, которые заняли наладочный цех, никого, даже охрану, туда не пускают. Ну я и пошёл самолично посмотреть.
— Пустили? Мы просто пока вопрос доступа не проработали.
— Пустили, старший их очень вежливый мужик, — буркнул Кастет, имея в виду, что его, как директора предприятия, не могли не пустить.
И это он ещё не знает, что младшее поколение семейного подряда далеко не такое мирное.
— И что я там вижу? — пылко продолжал он. — Разложены крылья, корпус, двигатель из трёх частей. Аркадий, у меня своя автомастерская, я же способен отличить, это не машины!
— Здорово.
— Сарказм, да? Они говорят, что это ты их нанял и разговаривать надо с тобой.
— Чистая правда.
— Ну…
— Подтверждаю, самолёт, — согласился с очевидным фактом я. — А чего ты так возбудился?
— А если Мин узнает?
— Это всего лишь самолёт, а не корабль с блэкджеком и шлюхами. В чём проблема, Константин Иванович? Ну, узнает, обязательно когда-нибудь узнает, в своё время.
— Ладно китайцы, хотя их интерес в этом деле очевиден, а вот как отреагирует сообщество Чёрного рынка?
— Сообщество «Чёрной руки»! А они мне что, мать? — начинал злится я.
— У них политика по поводу самолётов. Ты знаешь, что контрабасов, которые его в своё время сюда везли, сдали полиции именно свои.
— Прямо этот факт мне не известен, но я в курсе про беспилотную зону для простого народа в регионе. Но, честно говоря, я и сам не собираюсь авиакомпанию создавать. Так, для небольшого личного пользования.
— Может, ты его просто продашь и дело с концом? Такое они спустят, официально базара против самолётов не было.
— Я адвокат, поговорю с ними, урегулирую. А пока что, кроме тебя и моей наёмной бригады, никто про зарождение авиации на одном медеплавильном заводе не в курсе?
— Нет. Я велел никого не пускать и самим не ходить. Припугнул, что они над составом взрывчатки экспериментируют, для горных работ, это опасно и трогать их нельзя. Но я бы, конечно, хотел, чтобы ты, как сможешь, убрал к хренам эту стальную птицу.
— Он в основном на деревянном каркасе. Красивый хотя бы?
— Ну, это да, выглядит внушительно.
— Скажи, там по бизнесу всё ровно идёт?
— Если от фискальщиков нас отобьёшь по тому соглашению, то не сказать, чтобы деньги лопатой, но жить можно и работать годами.
— Думаю, что отобью, динамика позитивная. А особняк продался?
— Аванс уже поглотили, скоро будет и основной расчёт, оформление идёт, документы поданы, всё тип-топ. Твоему Цветлану тоже заплатим, у него глаза горят, как будто он на английском порошке целыми днями сидит. А ещё он напоминает, что мы его обещали принять в банду. Я не против, только не знаю, на какое направление его пристроить, под что переучить?
— Не надо его менять. Он риелтор, пусть в этом направлении и двигается. Снимем ему офис, я ему фирму зарегистрирую, ты ему заказы за откат будешь подгонять, по своей среде, плюс у тебя клиентская база автосервиса, тоже широкий круг знакомств.
— Там же всё больше бандиты, — с некоторым сомнением протянул он.
— Ну и ничего, бандитам тоже риелтор нужен, не всю же жизнь по ховирам ныкаться?
— Добро. Мы скоро на обучение по управлению медным бизнесом едем, так что меня не будет какое-то время, — вдруг замялся Аркадий, — если ты не против, я хотел с собой Мин взять?
— Тебе виднее, китайцы будут в восторге, что она интегрирована в завод, она их канал влияния. Только ты не говори новым коллегам, что она китаянка.
— Я так и понял, что англичане что-то с китайцами не поделили. Мы уже договорились врать, что она татарочка.
— Вообще-то татары европеоиды, если на то пошло. Хотя какая разница, главное, чтобы англичане поверили.
— Конкретно тамошний директор вроде бы был татарин, — уже в некотором сомнении произнёс Кастет. — Ладно, поменяем на калмыков. Страна большая, выбор есть.
— Тогда хакас, они малочисленные и их язык никто не знает.
— Определимся. Но вот что плохо… Она опять про своего жениха заговорила, — поделился наболевшим Кастет.
— А ты? На свидание её водил?
— Вожу, цветы дарю, двери открываю, несколько раз целовались, обнимались. Я, Аркадий, не первый раз женат буду. Только баб всё одно не пойму, к чему этот разговор про её жениха? Она же его ни разу не видела? Любит его? А я ей тогда кто, просто друг? Я не нанимался быть просто другом.
— Думаю, что повышение рейтинга изменит баланс сил в её семье, позволит ей говорить родителям, что она вправе сама решать, с кем ей дальше жить. Но ты можешь поучаствовать в этом процессе.
— А при чём тут её родители?
— Ты с ними знаком? — задал встречный вопрос я.
— Пока нет, случая не было.
— Знакомься и рассказывай о себе. Позиционируй себя, как очень перспективный в плане бизнеса будущий муж и вообще, хороший человек без расовых предрассудков.
— Руки и сердца у них просить? Типа благословения?
— Это если ты до такого созрел. Я тебе вообще в целом к тому, что у китайцев очень многое зависит от родителей. Мин, конечно, девка прогрессивная, но если её родственники будут против, то ей будет психологически трудно идти против воли семьи и общины.
  
— Бляха. Китайцы — народ сложный.
— А что ты хотел, пять тысяч лет цивилизации! Не обижайся, но варвары это мы, они порох изобрели, пока мы дубинами воевали.