"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)
— А ордер есть? — скептически спросил один присутствующий здесь адвокат, немного утомлённый калейдоскопом недавних событий.
— Ну вот что ты сразу, Аркадий Ефимович, ну откуда у нас ордер? Мы ж заявление отрабатываем.
— Ну ладно, ладно, так уж и быть. Посмотрите, только работе не мешайте. Один чёрт нам скрывать нечего.
Когда они удалились, я в двух словах пересказал инженеру, кого они ищут (не поясняя, впрочем, что предмет их поиска в качестве деликатесного корма покоится сейчас с утяжелителями в виде камней где-то в болотах за равниной) и чтобы рабочие не болтали. Последнее, впрочем, были излишним.
Наш угонщик, невзрачный мужичок самого мирного и некриминального вида, был уж готов. Я оставил автомобиль, всё равно он принадлежал общине, но забрал конный экипаж, велел перегрузить продовольствие и укатил таким образом, чтобы полиция моего уезда не видела. Незачем им знать, куда меня черти унесли.
Два часа по уже привычной местности, и мы добрались до автомобиля наркомафии. Теперь его срочно надо отсюда убирать, раз уж его ищут.
Слесарь не подвёл. Достал какую-то проволоку, что-то пробормотал, засунул под стекло, со скрежетом открыл водительскую дверь, залез головой куда-то под руль и, мурлыкая под нос китайскую мелодию, поковырявшись всего полминуты, завёл автомобиль. Потом покрутил в руках кусок другой проволоки и вставил в гнездо зажигания. Попробовал заводить и глушить. Проволока великолепно срабатывала в качестве ключа, жестами (вероятно, что русского языка он и не знал) показал мне, как пользоваться.
Мы перегрузили продукты в машину наркомафии, и я отправил слесаря обратно на прииск, велев передать, чтобы его премировали на сорок рублей и сегодняшний день зачли, как полный рабочий, а если не сделают, чтобы жаловался мне, потому что он очень помог.
Бандиты бросили машину по достаточно разумной причине — не ехать же им до самого костра на ней? Уж больно демаскирует.
Сейчас мы гнали к стоянке степняков, что есть сил. Конечно, полиция не без моих намёков пошла по ложному пути, обходя прииск, территория которого за последнее время выросла втрое.
Конечно, они и сами понимали, что некие торговцы, которые якобы что-то хотели продать на Изнанке, где обитают только китайские рабочие и больше никого — это какая-то чушь собачья. Но приказ начальства они добросовестно отрабатывали.
Допустим, рабочие им про степняков ничего не скажут (просто потому, что после одного намёка начальства вообще будут «не понимать по-русски»), но полиция могла бы пронюхать про степняков и иначе. И тогда они поедут их искать и могут найти следы боя, свежие следы от покрышек (почва в некоторым местах была сырой и следы оставались во множестве). Короче, пора отсюда валить.
К счастью, степняки не разбрелись охотиться, а ждали меня, собранные и молчаливые.
Коротко переговорив со Смелым Вороном, мы выстроили их в колонну, в конце которой стоял заведённый автомобиль.
Я сломал печать, активировал портал, и они пошли в него, ведя под узды своих коротконогих выносливых и умных лошадей. Последним проехал я, боясь, что портал «истает».
* * *Здесь пахло Степью. Настоящей, лицевой, ароматной, пряной.
Тут не было населённого пункта в обычном смысле этого слова. Был пункт таможни, который в основном никого и не досматривал. Скопление торговых палаток, позволяющих вести некое подобии коммерции со Степью. Поодаль — шатры степняков.
Степняки не любили город. Непонятное для них явление, собрание каменных домов и недружелюбных законов, которые так легко нарушить и угодить на каторгу. Но у них была потребность в товарах, особенно патронах, лекарствах, сложной технической и кузнечной продукции, тонкой ткани и прочим, чего Степь в качестве продукции дать ну никак не могла, если только как трофеи.
Сами они привозили товары с другой стороны Степи, шкуры, пушнину, мясо, гнали скот, везли и контрабанду, на что таможня частенько закрывала глаза.
На стыке двух культур и цивилизаций таким образом появился стихийный рынок и скопление людей возле него. Трудно было назвать это посёлком, скорее напоминало стойбище, как у самих степняков.
Здесь, порасспросив местных, мы узнали, что Кабыр вчера был тут «с приятелем», купил пару степных смирных лошадок и ускакал, не оставшись даже ночевать.
Здесь я попрощался с молчаливыми хакасами и даже попытался отдать им автомобиль.
— Мы не уметь водить авто, — недоумённо пожал плечами Смелый Ворон. — Тут его не бросай. Украдут.
На рынке я потратил часть той тысячи и купил степнякам во множестве товары в дорогу. Собственно, мог и не заезжать в продуктовый в городе, тут было всё что душе угодно. Остаток выдал наличкой.
День двигался к вечеру, хотя до заката было ещё далеко.
Мы с Джо стояли на краю селения и смотрели, как группа хакасов верхом на своих лошадках неторопливо уходит в сторону горизонта. Тут постоянно кто-то прибывал или уезжал, по одному или караванами, так что этот факт не интересовал никого, кроме меня. Увижу ли я этих парней, которые так запросто (и в общем-то, занедорого, в отличие от меркантильного Шамана) спасли меня от смерти? Скорей всего, нет. Жизнь дарит нам множество встреч и столько же разлук.
Джо помахал им вслед рукой, хотя никто из хакасов не оборачивался. Надо же, для него это прямо яркое проявление сильных чувств.
— Хорошие ребята, да? — с лёгкой иронией спросил я его.
— Да. Весёлые, интересные, деловитые, — выдав подряд так много слов, обычно невозмутимый китаец умолк.
Мне кажется, только ему мрачные молчаливые суровые охотники могли показаться весёлыми. Всё относительно.
Машину я бросил прямо с отмычкой в замке зажигания, в приямке в сторону шатров степняков, только обтерев тряпкой на предмет отпечатков пальцев. Пусть местная полиция пока не умеет их снимать и идентифицировать, но бережёного Предок бережет.
Теперь, пешие (но с портальным свитком в кармане) мы пошли в местную чайхану и заказали себе манты по порции каждому и средний чайничек зелёного чая.
Джо разочарованно буркнул, что степняки чай заваривать совсем не умеют, а манты совершенно не идут ни в какое сравнение с китайскими пельмешками. Я же тем временем на всякий случай проверил свой мобилет, которым почти не пользовался. Разумеется, связи тут, в самой «жопе мира», абсолютно никакой не было.
Однако вдумчивое созерцание телефона и задорное чавканье Джо (чавкать и шумно есть для многих китайцев норма и даже элемент вежливости) навело меня на некоторые мысли. Телефон ведь должен быть на многое способен.
* * *Еще не стемнело, когда я решительно открыл дверь в городское учреждение «Телефон. Телеграф», местный аналог социальных сетей и глобальной сети.
Заплатив сразу за десять минут равнодушной тётеньке-телефонистке, я открыл блокнот и для начала записал номер из трофейных воспоминаний.
Я знаю про «сольпуг» довольно много, но пока не знаю, как это использовать.
Диск стационарного аппарата солидно крутился, вызывая ритмичное потрескивание в трубке, потом, после некоторых раздумий, в глубине трубки раздался долгий солидный звук вызова.
Целых шесть гудков, прежде чем с той стороны с грохотом взяли трубку.
— Дэ, — отозвалась трубка.
— Здравствуйте. Мне нужен Дмитрий Николаевич.
— Тут нет таких, — даже по тону было понятно, что говорящий нахмурился.
— А это барон Филинов звонит. Может всё-таки поищете где-то гражданина Шатуна?
Трубка задумчиво выдохнула и на какое-то время замолчала.
— Ждите, — наконец-то бросили оттуда и воцарилась долгая пауза.
…
— Аркадий Ефимович, — ответствовал мне, после ожидания обманчиво весёлый бодрый голос.
— Он самый, Ваша светлость.
— О чём звоните?
— Я думал, может быть, Вы спросите меня, где Ваши люди?
— Ну раз Вы звоните, значит…
— Всё верно. То и значит. Не ищите их.
— Допустим. Так чего звоните?