"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)
— Сколько времени займёт? — старую кобуру я поддел под костюм, так что сейчас проверял насколько хорошо новое оружие в нём «сидело». Идёт туговато, но помещается полностью.
— Час, от силы два. Вы-таки уже уезжаете с Чёрного рынка? Или погуляете, а попозже зайдёте?
— А есть у Вас доставка?
— Лучше. У меня есть двуколка, я сам Вам привезу через полтора часа.
— Вы же говорили, час? Хорошо, — я написал ему адрес в китайском квартале. — Заодно могу Вас с китайцами познакомить.
— Ой-вей, знакомьте, может быть, они тоже что-то купят, а то ходят со своими палками на цепочках, а это даже не прошлый век!
Портальные свитки я уже купил, а в одной из одежных лавок старьевщиков мне попался, наконец и комплект каторжанской одежды. Надо же, его не только кто-то продал, но даже не потрудился срезать номер и название учреждения.
Я не стал мерять, Василия под рукой не было, купил, потратив всего пять рублей и пошёл забирать Василия.
Снова рассадка в тесноте, ну что делать, машина у меня была именно такая. А если я надумаю девушку какую молодую, да красивую — покатать, мой телохранитель тоже захочет в багажнике посидеть?
Лавочник сидел и покачивал ножкой, ожидая нашу гоп-компанию:
— Что делаем?
— Надо каторжную робу, штаны и кепи подшить чтобы сидели как влитые.
— Я продаю зелья и снадобья!
— Вы же и волосы Василию перекрасили? Я думал, Вы всё умеете, — улыбнулся ему в ответ.
— Позову соседку, но платите за удовольствие Вы. — мне показалось, что китаец и правда всё умеет, но сейчас ему было лень.
Нам не пришлось покидать лавку, нас обработали прямо там и даже напоили всех ароматным зелёным чаем.
Робу приталили, подкоротили рукава, но швея на этом не остановилась и у Василия появилось несколько потайных карманов, ему пришили комплект отмычек, крошечный нож в рукаве, карман для портального свитка точно по размер, вшили артефакт, скрыв его куском грязной ткани.
Короче, китайцы приняли участие в будущем мероприятии со всем энтузиазмом, ненароком вешая на себя соучастие в уголовном деле.
Чудесные люди и не задавали вопроса — зачем мы превращаем озорного черноглазого Василия в смесь Джеймса Бонда и зачуханного лагерного обитателя.
Мне кажется, даже профессиональному убегатору нравилось происходящее.
Глава 22
Доктор Хон, старый, серьёзный, одетый в разношенный плотный халат, с еле заметной татуировкой на запястье правой руки, попыхивая странной на вид сигаретой и прищуриваясь от её едкого дыма, пробормотал фактически целую тираду на китайском, а его юный внук тут же кратко перевёл:
— Дедушка говорит, что Вам надо будет ещё целую неделю спать побольше, хорошо кушать, не пить много водки, не курить опий и избегать кабаков с падшими женщинами. Однако, его работа закончена.
Когда разносторонне развитый подросток закончил переводить, старик, сохраняя невообразимую смесь благожелательности и невозмутимости на лице, поклонился мне, а я поклонился в ответ. Провожать меня из квартала вышел Танлу-Же и ещё несколько китайцев, вроде бы смутно знакомых, но чьи профессии и статус в общине были для меня загадкой.
С ними был Василий, одетый, покормленный и вообще, всячески довольный собой.
— Пусть тебе в твоих делах сопутствует удача, — сдержанно улыбнулся Танлу-Же.
Формально я не посвящал его в свои планы, да и вообще освобождение брата второй жены кагана Юбы никак не было связано с общиной. Однако, он совершенно точно всё знал и даже вызвался помогать.
— Мы решили дать тебе машину побольше. С водителем, — продолжил Триады.
Я благодарно пожал ему руку и затем критически осмотрел транспорт.
Не шибко солидный четырёхместный автомобиль. Община даёт его мне потому, что переживает и потому, что хочет прикрыть на случай нападения на меня вне города. Собственно, дай им волю, они наверняка заперли бы меня в одном из своих заведений, кормили, поили и развлекали в режиме двадцать четыре на семь.
Спешным шагом к нам подошёл так же и запыхавшийся с утра пораньше Чен.
— Разрешите Вас прервать? — он обратился к Танлу-Же и одному из пожилых членов общины, те в ответ покровительственно кивнули.
— Господин Аркад Ий, Вы просили сообщить, когда того мужчину будут выписывать из больницы. Мне только что донесли, что это произойдёт сегодня, когда закончится обход.
Я посмотрел на часы. Было достаточно ранее утро и, слава Предку, в мои планы это всё вполне укладывалось.
— Спасибо за предоставленного водителя, но… Я бы хотел поехать с Ченом, с Джо и с Василием, разумеется.
— А кто за рулём? — невозмутимо спросил Танлу-Же.
— Я сам.
Они лишь молча, с некоторым осуждением на обычно безэмоциональных лицах, переглянулись. Вероятно, тот факт, что я сам управляю автомобилем иной раз нарушал какие-то негласные правила китайской морали и принципы иерархии, но мне многое в моём поведении прощалось.
К тому же, негласно (и они искренне считали, что я этого не знал), Чен тоже был в первую очередь боевиком, а только во вторую моим помощником, хотя плавно вырастал во внутренней иерархии триад, поскольку «тянул» статус помощника адвоката и заместителя директора прииска.
По замыслу общины, должны были ехать так же четверо, только «на рулях» их человек. Кстати, я отметил, что это не мой прежний водитель/извозчик, что бы это не значило.
Чен со своими новостями был фактором внезапности. Пока они колебались, я показал Танлу-Же пальцем на портфель в руках Чена, очень прозрачно намекая, что там документы по прииску, и мы вполне сможем по дороге какие-то вопросы «отработать». Это моментально решило дилемму, и местный водитель остался.
По дороге в больницу мы заехали в магазин готового платья, где я на глаз купил хорошую кожаную куртку, плотные штаны, а в соседнем продуктовом магазине целую сумку продуктов. Китайцы, да и Василий тоже, явно не понимали, что я творю, но зато и не возражали.
Сергея Степановича и его маму мы застали на улице возле больницы, то есть, его уже выписали, но от навязчивых приставаний извозчиков они категорически отмахивались, предпочитая сэкономить деньги и дойти до остановки трамвая.
— Сергей Степанович!
— О, господин адвокат!
— Я рад, что Вы выздоровели.
— Мне повезло, Вы поговорили с моим работодателем, матушке денег дали, — он слабо пожал мне руку.
— Всё, что могу.
— Но ведь это всё не Ваша вина. Я же помню, за вожжами сидел какой-то хилый степняк.
— Иногда мы несём бремя даже и без всякой вины. Я бы сказал, чаще всего так и бывает.
Я вспомнил свою вредную семью, которая как туча висела на горизонте. Заботиться о немолодом алкоголике, пострадавшем от действий извозчика общины, о чём знал только я и сам виновник. О человеке, который выжил благодаря прямому вмешательству Предка Филина — было намного приятнее, чем подтирать сопли своему заносчивому семейству.
— Примите эти скромные дары, — я сгрузил на них одежду для мужичка (его прикид в ДТП изрядно пострадал) и продукты, а пока они вяло отнекивались, махнул извозчику, который назойливо предлагал отвезти, спешно, пока не успели возразить, оплатил его услуги, решив таким образом их транспортный вопрос. Всё же после больнички мужичку следовало беречь силы, а не толкаться в трамвае.
* * *Машину тряхнуло так, что я неосознанно притормозил, а Джо звонко клацнул зубами. Дорога на поселок Приозёрный была всё же совершенно отвратительной, как, впрочем, мне показалось и в прошлый раз. Может из-за того, что машина была более тяжёлой, чем моя, она управлялась гораздо хуже, да и в целом, мне была незнакома. К тому же, под капотом оглушительно ревел вонючий дизельный двигатель, который при посредстве пробитого глушителя создавал неповторимый шарм трактора, едущего по полю.
Я практически постоянно держал низкую скорость, периодически притормаживая, чтобы огибать ямы и ухабы и чтобы не сильно прыгать на раскатанных ямах.