"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

Мы поехали в банк и всё, что делал Игорь, как порядочный директор, это надувал щёки, жал руки управляющему (такой большой клиент, как ЗАО «Нефтеперерабатывающая фабрика», само собой — был ВИПом), расписывался в формулярах, а документами дирижировал я. К десяти часам мы взяли под контроль расчетные счета предприятия, и блокировали распоряжение денежными средствами от прежней администрации.
  
Ближе к одиннадцати заехали в прокуратуру.
Хотя для нас это был важный день и особенная ситуация, они работали буднично, без шума и тревоги.
Ангелину увидеть не удалось, но она передала мне записку, следующего содержания — «мы принимаем предусмотренные законом меры, уложимся в обозначенные сроки».
Решив, что более подробной информации не получу, попросил директора-извозчика катить в промышленную зону, к его новому месту работы.
Там мы для начала встретились с двумя одетыми в линялую военную форму мужиками, которых я нанял вчера вечером. После войны со степью они уволились со службы, а сейчас перебивались мелкими заказами. Крепкие, высокие, худые, они смотрели во все стороны зоркими колючими взглядами.
— Вот ваш директор, вы теперь его охрана.
— Мы надолго наняты в телохранители? — взял быка за рога один из них.
— Да. Рассчитываем, что всё сегодня пройдёт гладко, и вы наняты на долгий срок. Это ваша новая служба. Хотел спросить, насколько вы вправе носить военную форму, вы же уже не на службе?
— Как ветераны, отмеченные медалями, до самой до смерти и похорон за счет армии, — буркнул в ответ всё тот же из двоих.
— Игорь, — стал знакомиться «директор», они жали руки, назывались, а я пока оставил его в их обществе, на лавочке неподалеку от основного входа на фабрику.
Предприятие работало буднично, клубился дымок, по ту сторону забора слышался мат.
На улице, соседствующей с фабрикой, буквально «за углом» постепенно собралось около шестидесяти казаков, которых я ангажировал через урядника Михаила. Для них это своего рода «халтурка».
— Уважаемые товарищи казаки! — они обступили меня и ждали объяснений. — Старый директор незаконно удерживает пост, обманывая работников фабрики и узурпируя власть. На нашей стороне закон и документы.
— А на его стороне? — прищурился один из седых, более опытных, казаков.
— Охрана, конечно.
— Сколько их?
— Шесть человек, но они могут поднять работяг на бунт.
— Ну, — скептически покачал головой урядник, — супротив нас не подымут. Но и мы против народу не попрём. Объясним, что да как. По-людски. Показывай документы, мы тоже вслепую работать не будем.
— Пойдёмте-ка в столовую, заодно я вас угощу.
Рядом действительно была столовая, которая до обеденного перерыва на расположенных поблизости фабриках пустовала, хотя и была открыта. В первую очередь я хотел убрать с улицы такую подозрительно большую толпу.
Курсируя по улице, вокруг фабрики патрулировал Чен, имевший вполне чёткую задачу — отслеживать начало прокурорской операции и сообщить мне об этом.
Внутри столовой я объявил, что все съеденное будет оплачено за мой счет, так что казаки единодушно решили перекусить, а уж в качестве культурной программы убедиться в законности моих действий.
Выбрав шестерых, в том числе урядника, я последовательно показал (они их почитали и даже пощупали) выписки из реестров акционеров, формирующих математическое большинство, нотариальную доверенность от кагана Юбы, протокол и последовательный комплект документов.
Казаки читали, кивали, перебрасывались отдельными фразами, а я посматривал на часы и прикидывал, сколько ещё ждать прокуратуру, которую я из вежливости рассчитывал пропустить вперёд.
Ну, надо сказать в это время произошёл «один-ноль в пользу прокуратуры», потому что Чен начало шоу ухитрился проворонить. Вернее, всё случилось стремительно и тихо. Всё же оперативники, которые его проводили, были ребятами матёрыми.
Так, несколько человек в потрёпанных пиджаках буднично и незаметно вошли в центральный вход, подошли к вахте, один из них отвлёк вахтера, второй нырнул под «вертушку» и за пару секунд без всякого насилия арестовал вахтера прямо в его каптёрке. Один из оперативников посильнее снял вертушку с опорной оси и аккуратно отложил в сторону.
Пятеро из шести плавно и не привлекая внимание втянулись на территорию фабрики. Нарисованный Тайлером ситуационный план им в этом немало помогал.
Второй волной за первой пошли два десятка сотрудников полиции, взятых для численности. Прокуратура их традиционно держала в неведении до последнего момента и использовала скорее, как массовку.
Спецназа в привычном мне, как представителю своего мира, понимании, у местных правоохранителей не было. Однако даже и так были некоторые более лихие гренадёры-штурмовики полиции, которым на мой взгляд не хватало бронежилетов и более тяжелого, вроде армейского, вооружения.
Основная группа пошла, втянувшись внутрь и снаружи фабрики образовалась обманчиво спокойная обстановка и только дежурившие снаружи два оперативника в штатском, похожие на скучающих гопников выдавали опытному глазу что «что-то происходит».
К тому времени Чен уже давно вытащил нас наружу, так что мы большой толпой несмело подошли к внешней границе фабрики.
Я поздоровался с ближайшим ко мне оперативником, хотя видел его впервые.
— Уважаемый, если что, у нас тут есть некоторое количество казаков, совершенно случайно.
— Спасибо за бдительность, — обаятельно улыбнулся молоденький, но от этого не менее шустрый и опытный опер, — но мы как-нибудь сами. Пробовали применять солдат… специфика не та. Но, в любом случае, спасибо.
Следственная группа, в том числе и донельзя серьёзная Ангелина, сидели в служебном автомобиле и ждали, когда их «позовут».
Внутри фабрики был шум, возня, что-то дважды громыхнуло, приглушённые крики «стой, зараза, сукин кот!», что должно быть означало — «вы арестованы, соблаговолите предоставить запястья для наручников».
Ещё несколько минут ничего не происходило, и мы с казаками даже слегка заскучали.
Потом, словно точно зная, когда подъезжать, на улице появился местный автозак и с территории фабрики стали выводить растрёпанных первых арестованных. Вели их по одному и по их поведению было сразу понятен характер.
Кто-то шёл и не трепыхался, не понуро, но и без лишней театральщины. Вроде — ну арестовали, значит арестовали. Кто-то ревел белугой и сквозь слезы обещал всех сдать, только «не губи, барин». Кого-то несли на руках как бьющуюся об лёд рыбу. Кто-то демонстрирован наливающийся лиловым бланш вокруг глаза.
В какой-то момент движение «наружу» прекратилось, и я подошёл к вахте.
— Могу я войти? — максимально вежливо осведомился у курившего прямо в «вахтёрской» оперативника в штатском.
— А Вы кто?
— Адвокат Филинов, — улыбнулся я и показал удостоверение.
— Уже? — искренне изумился он.
— Да нет, я не буду никого из этих чертей защищать, я не по этим делам. У нас тут смена директора. Скажите, а Кремер арестован?
Он усмехнулся, показывая, что выдавать ничего о следствии не намерен, но в то же время незаметно кивнул, иронично поджав губы.
— А мои друзья в количестве шестьдесят человек, могут войти следом?
Он выглянул и с улыбкой осмотрел моё воинство.
— А вы будете себя хорошо вести?
— Ни в коем случае не помешаем следствию, под ногами путаться не будет.
Парень выкинул недокуренную сигарету, которую даже раскуривать тут было нельзя, о чем имелось сразу несколько надписей и плакатов.
— Схожу спрошу разрешения у старшего. Постойте здесь.
Через пару минут нас пустили и мы, словно союзник, вступающий в захваченный не нами город, прошли внутрь.
  
Кремера мы так и не увидели, зато увидели работников администрации, основательно напуганных, сидящих по кабинетам, как зайцы.
— Могу я собрать работников и успокоить? — я обратился к усатому следователю прокуратуры, который уже вступил в права управления процессом и командовал обыском в кабинете Кремера и цеха три дробь один.