Территория нелюбви (СИ)

— Мы на него обрушимся, — обещаю я к огромной радости Алекс.
— И будет сладок его долгий плен! — пропела она и унеслась в свою комнату наводить марафет.
А спустя несколько минут вернулась, упаковав своё рельефное туловище в какой-то тесный белый чехол.
— Ты что, вот в этом поедешь? — спрашиваю в надежде, что она пошутила.
— Да! А что такое? — совсем не шутит Алекс.
— Сань, мы же не на пляж, а в ночной клуб, — поясняю ей, как маленькой. — Там же дресс-код, скорее всего, а ты выглядишь, как фрау Шлюхер!
— Ну спасибо, сестрёнка, умеешь ты замотивировать. Такая очаровательная прямолинейность! Не понимаю, как твои клиенты ещё не разбежались?
— Но им же я не обязана говорить правду… А иначе откуда бы у меня взялись клиенты? А ты как-никак моя семья! Ну, пусть будет не Шлюхер, а бабочка!.. Ночная!
— Вот то-то же! Бабочки — дивные создания, а сейчас как раз ночь! — Алекс расправила плечи и потрясла грудями. — Пусть все вокруг меня хотят… но никому я не достанусь.
— Как пить дать — захотят! — без сомнений соглашаюсь и указываю на её запястья. — Синяки только спрячь! А то ты, как будто с невольничьего рынка сбежала.
— Комплименты — это прям твоё! — Алекс с досадой потёрла лиловые полосы и выругалась: — Ноэль, падло! И этому вонючему козлу я отдала лучшие три дня моей жизни!
— Пять, — напомнила я, разглядывая себя в зеркале.
— Пять! Твою мать! — картинно ужаснулась Алекс. — Целых пять дней этому псу под хвост! На хвост… А-а, короче, где мои драгоценные наручники?
И уже через двадцать пять минут нас оглушает весёлый подвальчик «Двадцать два».
— Ну всё, — горланит мне на ухо Алекс, — погнали продегустируем моральную стойкость твоего Кирилл-сана.
  
22.2
 
Жители Австралии — ну о-очень приветливые и общительные люди! И поэтому сейчас все вокруг нас пытаются пообщаться с Алекс. Со мной — бесполезно! Кроме их «привет» и «пока», я всё равно ничего не понимаю. А поскольку австралийцам лень выговаривать целые слова и они привыкли их безобразно сокращать, то Алекс тоже понимает их через раз. И от этого страшно злится! Но упорно продолжает осваивать местный диалект. Я же всех поприветствовала и сижу себе молча — попиваю розовый коктейль.
Дресс-код в этом клубе оказался лайтовым, поэтому, в отличие от меня, Алекс в своём развратном чехле идеально вписалась в хмельную и развязную атмосферу. Все мужчины, как и планировалось, пожирают её глазами, но Алекс гордо и неприступно вихляет крутыми бёдрами и не достаётся никому.
— Айка, поздравляю! Твой Кирилл-сан уже в дрова — можно брать и пользовать, — ржёт Алекс, а я не понимаю, почему в такой день, а вернее ночь, он совершенно один.
Может, у него неприятности? В нашей переписке никаких намёков на одиночество. Где же его гламурная блондинка потерялась? Но даже если допустить, что они больше не вместе, то друзья же у него должны быть… И где эти разнузданные весёлые парни, восхваляющие именинника и удерживающие его подальше от края алкогольной пропасти? Где они?
— Теперь мы его единственные друзья! — резюмировала Алекс, когда я поделилась с ней своими мыслями. — А вот мы ещё подумаем, дружить ли с этим потаскуном. Я смотрю, он совсем не скучает, уже всех девок глазами перетрахал. Так что не пропадёт твой Кир-сан — он в абсолютной гармонии с окружающим миром и алкоголь принимает таким, какой он есть. Полагаю, Айка, ты для него нерентабельна. Пусть попроще себе найдёт. Сидит вон, хер в окопе, пристреливается. И морда у него порочная!..
— Саш, заткнись, а! — я начинаю смеяться. — Не ты ли у нас прёшься от порочных мужиков?
— Так ведь то ж я! А ты у нас юная неискушённая дева — это ж совсем другой расклад. Тебе для первой тренировки нужен опытный, интеллигентный и мягкий тренер, — наставительно вещает Алекс и сама начинает ржать, как лошадь.
— Мягкого себе можешь забрать, а я сама знаю, кто мне нужен!
— Согласна, возможно, я ещё плохо знaю Кир-сана с хорошей стороны, зато хорошо вижу его кобелиные глазюки. О! Айка, бегом расправь плечи, наш клиент обратил своё мужское достоинство на твой тощий зад.
 
— А ты и достоинство его разглядела? — усмехаюсь и отправляю ему сообщение: «Всё ещё празднуешь, Кир?»
— Это опыт, Айка! Если глаза мужика приклеились надолго, то поверь мне, эта хреновина тоже сюда смотрит, просто нам из-за стола не видно.
«Не то слово! Взахлёб черпаю положительные эмоции!» — прилетает ответ пьяного оптимиста.
— Чего он там пишет? — любопытствует Алекс. — Какие-нибудь гадости, небось?
— Пишет, что ему очень весело.
— А-а, ну это сразу видно — веселее мужика я ещё не встречала!
Однако экран не успел погаснуть, как прилетело новое сообщение:
«Гейша, а какой у тебя размер груди?»
Серьёзно? А тебе не всё равно, с какими сиськами ты переписываешься?
— Чего-чего?! — Алекс перегнулась через мое плечо и, конечно, прочитала вопрос. — Ну всё! Вот он и явил нам свой истинный потасканный лик! Да какой он, на фиг, Кирилл Андреич?! Андрон Трахенберг! Анус двуликий! Вот зачем ему сиськи в переписке? Вот увидишь — ещё попросит фотку выслать, извращенец!
— Сашка, замолкни, иначе я тебя ударю чем-нибудь! — грожу ей, едва сдерживая смех, и отправляю Кириллу честный ответ. Ну а смысл мне врать?
— Ударишь?! Чем это, интересно? Твои ударные палочки, насколько я помню, остались за семью морями, а без них своими ветками ты можешь разве что мух отгонять. И чем угрожать родной сестре, подумай лучше… — Алекс прислушалась к звуку сообщения и тянется посмотреть. — Ну-ка, чего он там ответил?
«Мой любимый размер!»
— Вот видишь, — смеюсь я, — мой Кир-сан тоже интеллигент.
Умом я понимаю, что это враньё, но почему-то приятно, что он ответил именно так.
— Вот же змей изворотливый! — подытожила Алекс. — Всё! Кладём на эти именины! Подайте шляпу и пальто!
— Ну и проваливай, без тебя намного тише.
— Неблагодарная! Зри в корень, глупая! — подстрекает меня рыжая мегера. — А что… отлично устроился мужик! Чтобы, значит, переписываться — у него есть нежная Айка-сан с номером один, а перепихиваться он может с какой-нибудь надутой Минеттой Вротоберуччи.
Я подавилась коктейлем и закашлялась.
— Сашка, коза, не смеши меня, когда я на тебя злюсь! Ещё одно слово, и я уйду к Трахенбергу!
— А ему вообще не до тебя, у него серьёзные телефонные переговоры. Гля, как хмурится!
Я оглядываюсь через плечо, чтобы рассмотреть хмурого Кир-сана, но мой взгляд цепляется за другого, смутно знакомого мужчину. Где же я его видела?
— Сашуль, глянь-ка вон на того кренделя в серой майке, — киваю в сторону мужчины. — Ты помнишь, где он был с нами? На крокодиловой ферме! Тебе это не кажется странным?
Но Алекс слишком долго не может разглядеть нужного мужика, а потом, равнодушно пожав плечами, говорит, что ни разу его не видела. Но это точно он! И на этот счёт у меня имеются кое-какие предположения. Но когда я собираюсь облечь свои подозрения в слова, Алекс внезапно командует:
— Так, хорош на чужих мужиков заглядываться! А то вон Кир-сан бесхозный мается в поисках любимого размера. Готовь живца, пока его официантка отвлекает!
Я послушно снимаю жакет и, перекинув волосы на грудь, обнажаю плечи. А спустя минуту Алекс начинает давиться смехом и похрюкивать.
— Айка, мне его жалко… ты бы сейчас видела его глаза. Сто пудов он уверен, что его приглючило. А-а-а! Он идёт! Аха-ха!.. Не, не идет! Не мо-о-жет!
Алекс согнулась пополам, а я еле держусь, чтобы не оглянуться, и отчего-то волнуюсь… Да с чего мне волноваться-то? Но сердце стучит всё быстрее и громче, будто чувствуя его приближение.
 
— Бедняжка, — глумится Алекс, — веришь, Ай, он даже не мотыляется. Аж виски вспотели от напряжения! Ой, не могу! Ну, думаю, сегодня к утру успеет дойти… Или нет, — и Алекс запела дурным писклявым голоском: — А я лягу, приля-агу, осушив третью флягу!