Территория нелюбви (СИ)

— Так, может, ты сам женишься на нашей жемчужине? — подаёт голос Вадик.
Ах ты козлина!
— Счёл бы за честь!.. Да куда уж мне, старичку?! — иронично сокрушается Рябинин.
— Вот именно, дед Павлуша, — Ваш поезд давно тю-тю! — отвечаю ему в тон.
Раньше надо было шанс ловить, когда я предлагала!
Мама резко вскинулась, попытавшись отчитать меня за хамство, но Стефания — моя умница! — ловко подсунула ей под нос тарелку с ароматным омлетом.
— Приятного аппетита, мамуль, — защебетала Стеша и оглянулась на Рябинина-старшего. — Присаживайтесь к столу, Павел Ильич.
Я дёрнула Вадика за руку.
— А ты чего стенку подпер, атлант примороженный? Проходи к столу!
— А он сыт! — ядовито-сладко пропела Алекс, занимая своё место.
— Ссыт? Да не ссы, Вадик, — я погладила его по ободранной щеке, — еды на всех хватит.
— Айка, — рычит мама, — ты совсем разум потеряла?
Да хоть бы ты его нашла!
— Всё нормально, тёть Насть, — утешил её Вадик, снова забыв, что она «Никакая не тётя!» — Пусть Айка присаживается, а я стул себе принесу.
А я вдруг с ужасом понимаю, что у нас нет больше стульев… Но мудрая мама находит спасительный выход:
— Вадюш, да куда она здесь сядет? Потом поест! Она, кстати, на работу собиралась… Да, Ай?
— Да! — подтвердила я почти с радостью, умоляя свой желудок не взвыть от досады.
— Мам, ты что?! — расстроенно пропищала Стеф.
— Ты совсем уже охренела?! — непочтительно гаркнула на свою родительницу именинница.
— Тёть Насть, — одновременно с Алекс прорычал рассвирепевший Вадик, — да вашей Айке положено раз шесть в день питаться! Она же энергии тратит больше, чем вы все, вместе взятые!
Оскорблённая «тёть Настя» раскрыла было рот, чтобы огрызнуться, но напоролась взглядом на сильно помрачневшего Павлика.
— Я просто решила, что Айя уже позавтракала… — проблеяла она. — Она ведь рано встаёт.
— Ты запуталась, Настя, да? — подсказал ей Рябинин и повернулся к нам с Вадиком. — Пока каждый не проглотит свою порцию этого роскошного завтрака, никто кухню не покинет!
И мой желудок громко согласился.
Завтрак получился, наверное, очень вкусным! Но нервным.
Я сижу на дружеском колене Вадика (Алекс наотрез отказалась) и думаю, как хорошо, что у меня есть девчонки. И мой Ричард. Ли был прав — семья — это очень важно! И ещё погода в доме…
Вот зря я об этом подумала. Потому что в этот самый момент с потолка отвалился кусок штукатурки и шмякнулся в тарелку именинницы.
— Это к счастью! — не позволил ей расстроиться Рябинин. — Я вот что предлагаю — сейчас все собираемся и едем ко мне. Кто ещё не был в моём загородном доме? Сейчас как раз самое время отправиться на экскурсию. А для нашей новорождённой я обещаю и шашлык, и салют, и танцы в бассейне!
— Я за! — громко обрадовалась мама.
Ага, прямо в халате и езжай!
— Пап, у нас гости приглашены! — растерялся Вадик.
— Какие проблемы — отмени! — невозмутимо распорядился Рябинин. — Это же твои гости, а не Алькины. Ей-то на хрена весь этот сброд.
Мама, которая явно рассчитывала на «весь этот сброд», слегка приуныла, но вставлять свои пять копеек больше не рискнула.
— Спасибо, Павел Ильич, — Алекс довольно разулыбалась, а я под шумок слиняла к себе в комнату.
  
10.15
 
— Айка, устала?
— Ещё как, Ричи, — ласково глажу моего друга по иссиня-чёрному оперению и подставляю голову, чтобы пожалел.
После сеанса нежности настроение повышается — всё ведь хорошо на самом деле! Я быстро переодеваюсь в джинсы и футболку, прихватываю лёгкую курточку и возвращаюсь к Ричи.
— Не скучай, ладно? Я постараюсь не сильно задерживаться. Зато привезу тебе что-нибудь вкусненькое.
Ричард слушает очень вдумчиво и, наконец, выдаёт:
— Больше!
— Хорошо, жадина, много привезу, — смеюсь и нежно треплю ворона за бороду. Мой Ричи…
Раздаётся короткий стук в дверь и, не дождавшись разрешения, в комнату входит Рябинин. Проходной двор, блин! Ричард мгновенно насторожился и нахохлился, а я поспешила навстречу непрошеному гостю. От греха подальше.
 
Или поближе… к греху…
— Привет, птица! — Пал Ильич махнул ворону рукой, и тот возмущённо каркнул.
— Руками не размахивайте, дядя Паша, — предупреждаю его.
— У-ух, какие вы оба грозные! — смеётся Рябинин, но руку предусмотрительно прячет в карман. — А ты чего с курткой, боишься замёрзнуть?
— Я на «Звере» поеду, — поясняю ему.
— Это… — Рябинин хмурит брови, — на скутере своём, что ль? Но зачем, Ай? Поедем на двух машинах — все уместимся…
— Я не с Вами, у меня работа ещё, — и пока он не стал возражать, беззастенчиво вру: — Я сама потом к вам приеду, только адрес мне оставьте.
Конечно, я никуда не собираюсь ехать. Не хочу больше слушать мамино «Ах, Павлик!» и…
Я снова вдыхаю этот раздражающий запах с нотками бергамота и табака…
Ничего я не хочу!
Таращиться на фейерверк или чей-то буржуйский особняк, пока Ричи будет скучать? Не-эт уж! А танцев в бассейне мне и на свадьбе хватило! Алекс поймёт. Должна понять…
— Думаешь, я позволю тебе ехать в такую даль на этом драндулете? — порыкивает Павлик-суровый.
Сам ты драндулет!
— А думаете, мне очень нужно Ваше разрешение? — усмехаюсь. — А впрочем, я могу и не ехать.
— Да уж, характер у тебя — не подарочек, — Рябинин кривит губы.
— А какой у Вас сегодня повод для подарков, дядя Паша?
Он тяжело вздыхает и закатывает глаза… А в комнату вваливается мама.
— Павлуш, ты чего здесь?.. — сверлит нас подозрительным взглядом.
Эх, жаль, что я одета!
— Рабочие моменты обсуждаем, — отвечает Рябинин, даже не глядя в её сторону. — Точнее, обсудили уже. Ладно, Айка, поаккуратнее там… на дороге…
Он протягивает руку и мягко похлопывает меня по предплечью…
Но я уже группируюсь и резко разворачиваюсь к балкону, откуда с боевым карканьем срывается Ричард. Позади истошно визжит мама, а я, раскинув руки, прыгаю навстречу ворону и ловлю ревнивца в объятия. Шиплю, стискивая зубы… Очень болезненные для меня объятия. Но продолжаю с силой прижимать Ричи к плечу, ощущая, как под его когтями уже намокла от крови моя футболка. Хорошо, что чёрная — не заметят…Если не свалят.
— Выйдите все! — рявкаю внезапно охрипшим голосом.
— Ты… в порядке? — тревожный голос Рябинина.
Нет!
— Да! Выйдите быстро!
С облегчением слышу, как открывается и закрывается дверь, но не оглядываюсь.
— Что случилось? Где Айка? — это Алекс с Вадиком.
— Я же говорила, что эту тварь надо усыпить! — визжит мама уже из коридора. — Вы бы видели!.. Он меня чуть не убил!
— Да замолкни ты, не убил же!.. Он её защищает, — мрачно и зло отвечает Рябинин и просит меня через дверь: — Айя, позвони, как освободишься, я пришлю за тобой машину. Хорошо?
— Хор-рошо, — нетерпеливо и раздражённо… снова вру.
И, лишь дождавшись, когда за дверью станет тихо, сжимаю челюсти, чтобы не взвыть от боли, и осторожно пытаюсь отстранить Ричарда.
  
Глава 11.1 Аика
 
Январь (полгода спустя)
— Айчи-ик! — звонкий голос разносится по перрону, заглушая гомон толпы.
Кажется, у меня дежавю… Приятное.
Стефания, хорошенькая до неприличия, спрыгивает с подножки вагона, совершенно не замечая мужских рук, пытающихся помочь и поддержать красавицу. Сейчас она видит только меня. В новенькой рыжей дублёночке, улыбчивая, с развевающимися пшеничными локонами, она бежит по перрону мне навстречу, а я не могу сдержать улыбку. В этой серой мрачной толпе людей Стеф словно ясное солнышко, пробившееся сквозь плотные хмурые тучи.
 
А вслед за ней не менее эффектное явление — знойное и ослепительно-яркое, как шаровая молния. Смотреть только издали, но руками — ни-ни, а иначе — обугленное сердце и полный кирдык. Александрина, надменная и прекрасная, стремительно разрезает людское море. И даже дорожный багаж в изящных руках не способен изменить её величественную осанку. Алекс тоже вся в роскошных обновках и также, как младшенькая, абсолютно не обращает внимание на повышенный интерес со стороны мужчин. Вот это у меня сестрёнки! Даже дух захватывает от восхищения и гордости! Хочется расправить плечи и стать… ну хоть чуть-чуть повыше.