Петля, Кадетский корпус. Книга двадцать пятая (СИ)

— Их привели жалкие ключники, решили, что смертные лучше нас сохранят секреты древних, — презрительно прошипели в ответ.
* * *
Жутко не желаю возвращаться, удары стражей озера весьма неприятные, боль просто запредельная, причем если физические страдания легко забываются, то ментальные могут зудеть месяцами. И пусть урон, понесенный в цикле, стирается из реальности, мой мозг все равно считает, что пережил не одну-две атаки, а десятки! Я как будто солдат, получивший два десятка ранений в одну часть тела, при тех же самых обстоятельствах! Захочет ли нормальный человек повторить подобное в двадцать первый раз? Мне теперь чисто инстинктивно хочется держаться как можно дальше от озера Преспа и Голем-града.
  
Однако в предложении, выработанном на Малом Совете, есть логика и смысл. Зачем губить десятки тысяч солдат в полномасштабной войне с неизвестным результатом, когда можно одним махом сделать князя Георгия Кастриоти лидером Албании? С таким перевесом сил Илиаз Зогу даже при поддержке Британии не сможет оказать серьезного влияния на Балканский конфликт. В таком случае Османская Империя будет вынуждена противостоять союзу четырех государств, суммарно равных ей по мощи. Стамбулу придется обуздать реваншистские настроения, а то и пойти на территориальные уступки.
Одно незначительное усилие с моей стороны, если мерить в масштабах предстоящей войны, может предопределить исход противостояния миллионов разумных. Конечно, рядом с мучениями матерей, смертями тысяч солдат и гражданских, бомбардировками мирных городов мои жертвы в петле выглядят незначительными, однако головушка хорошо помнить причиненную боль и не желает повторения. Не зря говорят, своя рубашка ближе к телу. В общем лечу в Албанию без особого энтузиазма, мотивация на нуле, только чувство долга и стальная воля двигают вперед. Чисто технически мудрить не стал, повторяю тот же самый маршрут.
— Операцию придется отложить, — в дороге меня набрал барон Корф.
— Что случилось? — сердце екнуло от радости, неужели сегодня не получу ментальной дубиной по башке?
— Илиаз Зогу значительно усилил охрану Голем-града, вокруг озера Преспа фактически создан целый укрепленный район, на подступах расположились несколько пехотных частей при поддержке БМП «Вориор», батальона танков «Чифтен» и дивизиона ЗРК «Рапира», — перечислил Модест Андреевич, — Ко всему зафиксирован усилившийся радиообмен между албанцами и шестым авианесущим флотом Роял Нави, судя по всему, лайми переориентировали часть своей орбитальной группы, держат наготове целый рой БПЛА, самолеты ДРЛО и истребители «Юникорна».
— Ну современные средства ПВО меня не заметят, — прикидываю изменившиеся обстоятельства, — Правда при пересечении озера придется пошуметь, проникну на Голем-град, заберу заложников… Да, на обратном пути могут и прихватить, будут внимательно отслеживать ситуацию.
— Возвращайся, время пока терпит, возможно дождемся более благоприятных условий, — предложил глава СИБ и добавил, — Илиазу Зогу не с руки держать в горах целую армию, рано или поздно он ее оттуда снимет.
— Это его родовое гнездо и гарантия участия в конфликте трех княжеств, может и оставить войска у Преспы, — отрицательно качаю головой, — Давайте все-таки посмотрю на месте, оценю обстановку. Возможно, именно сейчас есть шанс вытащить пленников, пока народ не освоился на новом месте.
— Хорошо, но, Михаил, не рискуй понапрасну, — без особой надежды попросил Модест Андреевич.
— Принято, разведаю все, если опасно, то отложим дело до лучших времен, — соглашаюсь с куратором, но раз уже почти на месте, то стоит глянуть, конечно в петле.
* * *
— Полковник, зачем мы торчим в этих горах? — недоумевал британский офицер, оглядывая живописные окрестности.
Вокруг нетронутая природа, людей почти нет, села и поля далеко внизу, даже на заливных лугах не пасутся отары овец и стада быков, максимально странное место для дислокации целой армии. Кого тут охранять? Особенно недоумевали чужаки, они прибыли на Балканы, чтобы преподать урок местным князькам и доморощенным кланам, а не крутить хвосты коровам. Не то что бы жители Туманного Альбиона жаждали драться, однако за хорошие деньги они могли и пострелять, желательно издалека.
Лайми не доверяли туземцам сложные системы вроде ЗРК «Рапира», так что вместе с технологичным оружием по контракту обычно шли наемники, часто просто переодетые солдаты вооруженных сил Туманного Альбиона. Чего уж там, даже на «Чифтенах» и «Вориерах» сидели подданные Генриха Винчестера, только техникой попроще обычно управляли бойцы из колоний: обученные индусы и прочие папуасы, выслужившиеся перед белыми сагибами.
— Это родовое гнездо клана Зогу, захват Голем-града людьми Скандерберга может в корне изменить расклад сил в Албании, — ответил командир укрепрайона.
— Озеро Преспа не находится на стратегических торговых путях, мы довольно далеко от линии соприкосновения, — продолжал сомневаться британец, — Может быть вода имеет особое значение? В Пуштуне тот, кто владеет источником, тот и правит землей.
— Нет, воды в наших княжествах хватает, — отрицательно покачал головой полковник, — Дело в заложниках, компромате, артефактах, некоторых сакральных реликвиях и прочих вещах, которые хранят на Змеином острове, обладание ими сделало князя Илиаза лидером свободной и независимой Албании.
— Что-то не очень вяжется, вы ведь строго настрого запретили приближаться к озеру, дескать в его водах водятся страшные чудовища, опять же слышал, что БПЛА и самолетам запрещено летать над Голем-градом, — логично изложил лайми, — Если все так страшно, тогда в чем наша роль?
— Остров веками считался абсолютно неприступным, армии могущественных колдунов пытались взять Голем-град штурмом, но все они потерпели неудачу, тысячи воинов остались на дне озера, по легендам Цитадель вообще стоит на костях, — ответил командир гарнизона, — Но совсем недавно в замок проник лазутчик, выкрал что-то ценное и смог уйти, поэтому обеспокоенный Господин распорядился защитить твердыню от вторжения.
— Ммм… звучит очень пафосно, но это ведь значит, что в озере можно купаться? — широко улыбнулся британец и добавил, — Мои солдаты хотят просто помочить ноги в водичке, сегодня солнечно, делать абсолютно нечего, ей богу надо дать людям отдохнуть. Места живописные, пусть пожарят мясо на углях, позагорают на песчаной косе.
— Нельзя, опасно, лучше спуститесь на дюжину километров ниже там есть прекрасное Орхидское озеро, — примирительно предложил полковник.
— Зачем тратить топливо и время, да еще и тащиться по опасным горным дрогам, когда под рукой замечательный водоем? — недоумевал наемник, похоже давно все для себя решивший. Лайми всегда пренебрегали мнением туземцев, глядя на них свысока.
— Что же, тогда пеняйте на себя, — опустил плечи командир гарнизона, он в тайне желал проучить заносчивого англосакса.
— Командир, Вильям, Лени и Боб утонули! — голос помощника прозвучал словно мгновенная карма.
— А ведь я предупреждал, — с трудом скрывая злорадство прокомментировал полковник.
— Они что напились? — разозлился британский офицер.
— Офицеры были абсолютно трезвы, более того, Боб вообще не участвовал в пикнике, полез спасать тонущих и сам пропал, а ведь он чемпион по плаванию, — адъютант развел руками, — К тому же ребят, поспешивших на выручку, скрутило прямо на берегу. Говорят, как будто кто-то прошелся молотом прямо по мозгам. На силу их вытащили, местные помогли.
— Это носители ключа, только они могут приближаться к озеру, — констатировал албанец.
  
— Тогда какого черта не выдать ключи всем моим людям? — вспылил лайми.
— Ключей всего два, это собственность клана Зогу, — ответил полковник и многозначительно добавил, — Тем более не все могут взять тяжкую ношу, лишь избранные, чья кровь, сила и воля соответствуют священному призванию.
— Чертовщина какая-то! — в сердцах выкрикнул британец, виня всех на свете в смерти подчиненных, — Прикажи нашим людям не приближаться к воде!