Одна откровенная ночь (ЛП)

— Да, — произношу я. Ощущаю, как возбуждение спускается вниз по телу. Начинаю лихорадочно искать руками его мягкие волосы. Круговыми движениями он продолжает посасывать мою грудь, пока я руками обхватываю его затылок.
— Ты невероятна на вкус, Ливи, — бормочет он, целуя мой сосок и спускаясь ниже. В блаженстве закрыв глаза, я впитываю каждое ощущение, прикосновение и благоговение Миллера. Его вездесущие губы заставляют меня извиваться и стонать. Нежный укус, а затем поцелуй не дают возможности задуматься о неминуемом будущем.
Резко втягиваю воздух, когда его рука опускается еще ниже.
— Аааа.
Склоняю голову набок, а руки сжимаю на затылке, направляя. Я хочу чувствовать его губы там.
Большим пальцем Миллер едва задевает клитор. Он все также целует мой живот. Трение усиливается, и я задерживаю дыхание.
— Всегда готова для меня.
Я вздыхаю, позволяя ему делать все, что пожелает. Возбуждение усиливается, а дыхание сбивается. Я стараюсь не застонать, но слышу довольное бормотание Миллера.
— Я хочу, чтобы ты кончила именно в таком положении, — входит в меня пальцами и начинает двигаться, — а после я всерьёз возьмусь за тебя.
— Ты всегда тщательно берешься за меня, — бормочу я, зарываясь руками в собственные волосы. Мои бедра взлетают вверх, подстраиваясь под его темп.
— И это великолепно. — Я сглатываю. Его пальцы внутри. — Когда тебе хорошо твой взгляд затуманен. А дыхание, когда ты пытаешься контролировать себя… — Миллер делает круговые движения, заставляя меня перемещаться на кровати, — нет ничего прекрасней этого.
Еще немного, и меня разорвет на куски.
— Ты уже близко? — тихо спрашивает он, наклоняясь и обдувая самый центр. И это ощущение подводит меня к краю. Я сильно тяну себя за волосы и сжимаю его пальцы, а он все продолжает двигаться внутри меня.
— Оооо, — выдыхаю я, а моя голова раскачивается из стороны в сторону, — Миллер, позволь мне кончить.
Я пытаюсь выровнять дыхание, но кровь приливает к голове.
И вот тогда он губами накрывает клитор, продолжая движения пальцами, а я вскрикиваю и начинаю неудержимо дрожать.
— Миллер!
Он вытаскивает пальцы и быстро ложится между моих ног, кладя руки на внутреннюю сторону бедер. Жар его дыхания опаляет. Я сильно вцепляюсь в Миллера и, вероятно, мешаю ему, но оргазм близко. Клитор пульсирует под его языком, а я вскидываю бедра, находя нужный угол.
— Мне нравится, когда ты выкрикиваешь мое имя.
Он проводит языком по самому центру, подводя меня к финалу.
— А я люблю, когда ты доводишь меня до такого состояния.
Он нежно целует меня, поднимаясь вдоль тела до тех пор, пока не смотрит мне прямо в лицо. Я вглядываюсь в его горящие желанием глаза. Он входит, заставая меня врасплох. Лоб Миллера блестит от пота, прядь волос скользит по влажной коже.
— Ты такая теплая, — произносит он, увеличивая темп. Его глаза блестят. — Чертовски хорошо тебя ощущать.
Я целую его, и он стонет мне в рот.
— Нет, ты лучше, — бормочу я, а его щетина касается моего лица.
Он прерывает наш поцелуй и задевает меня носом.
— Вынужден не согласиться. — Он медленно двигается. — Оливия, — шепчет Миллер, и от этого сердце начинает громко биться. — Ты мое сокровище, Оливия Тейлор.
Он контролирует свои действия и очень нежен.
Выгибаю спину, а руками хватаю его за плечи. Когда он немного отстраняется, мои мышцы напрягаются.
— Я просто обожаю проводить с тобой время.
Мы закрываем глаза и протяжно стонем.
— Я хочу видеть твои глаза, моя сладкая девочка. Открой их.
Не могу отказать. Он живет благодаря силе и свету, которые в них видит. Сейчас ему нужны эти дары, поэтому я открываю свои сапфирового цвета глаза и тону в его пронзительной синеве. Миллер опирается на предплечья, внимательно наблюдая за мной, а после размеренно входит еще одним толчком. Я поднимаю бедра в такт ему. Мы так крепко прижаты друг к другу, что трение ощущается постоянно, и это божественно. Кажется, мне не хватает воздуха.
— Пожалуйста.
— Чего ты хочешь, — спокойно спрашивает он. Снова его хваленый самоконтроль, даже в таком состоянии. Это приводит меня в бешенство. По мере того, как возбуждение нарастает, я теряю контроль.
 
— Я хочу кончить еще раз, — признаюсь, и от этой фразы его член твердеет. — Чтобы ты заставил меня кричать твое имя.
В его глазах появляется дикий огонек, а эрекция увеличивается. Мои бедра все также двигаются вверх, подстраиваясь под его темп.
Замечательно, потому что единственное, что я могу — сконцентрироваться на удовольствии и ощущениях.
— Нет, на этот раз без криков, — отвечает он, припадая к моим губам. — Ты будешь стонать, пока я буду тебя целовать. Я собираюсь насладиться каждой секундой.
Он прижимается ко мне еще сильнее. Я снова на краю. Слишком грубо целую его, догадываясь, что вскоре произойдет.
— Наслаждайся мной, Ливи, — мягко приказывает он. Мои руки скользят вниз по его сильным предплечьям и спускаются к заднице. Счастливо стону и некоторое время поглаживаю ее, а потом хватаюсь. Теперь уже он постанывает, а издаваемые нами звуки наполняют комнату.
— Да. — Его язык проскальзывает в мой рот, и мы целуемся. Я ощущаю Миллера каждой клеточкой тела. Он задыхается, напрягается и дрожит. — О, черт, Оливия, — выдыхает он, кусая мою губу, а затем вновь впивается в рот, вовлекая меня в безумный поцелуй. — Ты готова?
— Да, — взвизгиваю я, изо всех сил стараясь остановить надвигающийся оргазм.
— Я близок к тому, чтобы кончить, — кричит он, — давай вместе, Оливия!
— Миллер!
— Черт, да!
Он делает круговое движение, выходит, а после медленно входит снова. Я на пике, поэтому меня тут же накрывает оргазм. Спина выгибается, глаза закрываются, а голова откидывается в изнеможении.
Мокрый от пота Миллер падает на меня, прерывисто дыша в шею. Его член все еще внутри. Так мы и лежим все еще соединённые, стараясь прийти в себя.
Мои ноги согнуты, а бедра раздвинуты, руки скрещены над головой. Чувствую, как шевелится мой мужчина. Сонно открываю глаза и обнаруживаю, что он смотрит на меня, и его голубые глаза сверкают как бриллианты. Миллер приподнимается и вытягивает руки, они оказываются поверх моих.
А когда он вновь начинает двигаться, я всхлипываю. Ерзаю под ним, насаживаясь на его член, а потом вздыхаю, когда Миллер перестает сдерживаться.
— Я люблю тебя, — шепчет он, целуя. И снова выбивает все ненужные мысли из головы. Я наслаждаюсь и подстраиваюсь под его движения. Не сбавляя темпа, Миллер прижимается к моему лбу.
— На мероприятии я буду представлять только тебя. — Он делает круговые движения бедрами, и я стону. — Скажи, что веришь мне.
— Верю — выдыхаю я.
Миллер слегка ускоряет темп, плавные, восхитительные толчки, его влажный лоб прижат к моему. Он рвано дышит, а потом его начинает трясти. И меня тоже.
— Дай мне прочувствовать тебя, Оливия.
Целуя Миллера, я позволяю ему овладеть собой. Он напрягается и замирает, а затем сдавлено стонет и дрожит. Меня яростно начинает трясти, я крепко прижимаю к себе Миллера, и мы продолжаем целоваться до тех пор, пока не опускаемся в бездну.
То, что сейчас происходит — прощание перед тем, как он уйдет.
— А сейчас займемся тем, что хотела ты, — тихо говорит он, уткнувшись в мою шею.
Я строго уговариваю себя успокоиться. Убеждаю, что смогу спокойно его собрать на мероприятие. Двигаюсь, заставляя Миллера приподняться. Между нами появляется расстояние. Сердце разрывается от горечи, но я должна быть сильной. Нельзя показать ему нерешительность или боль, что чрезвычайно трудно сейчас, когда я переживаю за него. Он смотрит на меня, и в его взгляде я замечаю нерешительность, поэтому заставляю себя слегка улыбнуться и целомудренно целую.
— Для начала идем в душ.
— Как пожелаешь. — Он неохотно отстраняется. Помогает мне встать, но не дает пройти в ванную. — Секунду.
Я молча стою, пока он приводит в порядок мои волосы, укладывая их на плечи. Миллер хмурится, когда более короткая прядка выбивается. На его красивом лице раздражение, а я улыбаюсь, глядя на него.