Одна откровенная ночь (ЛП)

Несколько человек поворачивается, когда мы входим. Они узнают Миллера. Я понимаю это по удивленным выражениям лиц, сменившим первоначальное любопытство. Или они узнали меня? Подавляю тревожные мысли и спешу пройти к стойке. Не могу думать об этом. Я не должна так думать. Если продолжу в таком духе, тут же убегу. А я нужна Миллеру.
— Что могу вам предложить? — привлекает мое внимание идеально одетый бармен.
— Вино, — выпаливаю я, — любое, какое у вас есть.
Сажусь на ближайший кожаный стул, пытаясь в это время собрать по кусочкам сознание. Алкоголь. Алкоголь поможет. Бармен кивает. Он наливает мне вино, вопросительно глядя на Миллера.
— Скотч. Чистый, — бормочет он, — лучший, что у вас есть. Двойной.
— «Чивас Ригал Роял Салют» 50-летний. Самый лучший, сэр, — указывает бармен на бутылку, стоящую на стеклянной полке позади бара.
Миллер одобрительно хмыкает. Со мной рядом он не садится, предпочитая стоять, оглядывая бар и кивая новым посетителям. Лучший, что у них есть. Никто в «Сообществе» не платит за выпивку. Внушительные членские взносы все покрывают. И Миллер, несомненно, узнает об этом. Это вопрос частного характера. Он помнит, как Уильям возился со своим аккуратным шкафчиком, заполненным алкоголем, и наливал себе выпить. И теперь он мстит в такой глупой форме. Это же нормально?
Передо мной появляется бокал белого вина, и я тут же беру его, делая глоток. В это время мощная фигура из ниоткуда возникает позади бара. Смотрю направо, бокал все еще в руке, и вижу гигантского мужчину. Бледными, как стекло голубыми глазами он пронизывает окружающее пространство, прорезая непринужденную атмосферу словно мачете. Черные волосы завязаны в хвост. Все в баре в курсе его прихода, в том числе и Миллер, который насторожился и готов меня прикрыть. Я помню его, ни за что не смогла бы забыть. Его имя крутится на языке. Он — первый в команде Уильяма. Одет с иголочки, но сшитый на заказ костюм не скрывает ауру зла.
Сажусь удобнее и делаю глоток, нервничая. Пытаюсь игнорировать его присутствие. Невозможно. Чувствую, как стеклянные глаза буквально впиваются в мою плоть.
— Оливия, — почти рычит он.
Судорожно вдыхаю, а Миллер погружается в то состояние, где теряет рассудок. Теперь он прижимается к моей спине, посылая дрожь.
Не могу говорить. Все на что я способна — это проглотить вино, которое отпила.
— Карл, — бормочет Миллер.
Карл Китинг. Один из самых пугающих людей в моей жизни. Он не изменился совсем, даже не постарел… Аура у него все такая же пугающая.
— Мы вас не ждали, — говорит Карл, забирая пустой высокий бокал.
Мужчина качает головой и молча отсылает бармена прочь.
— Хотели сделать сюрприз. — Ответ Миллера полон высокомерия.
Карл ставит стеклянный бокал на мраморную стойку и берет с полки черную бутылку, украшенную замысловатой золотой пластиной.
— Вот этот, действительно, неплох. — Он поднимает ее вверх и достает золотую пробку.
Неловко ерзаю на стуле и, рискуя, выглядываю через плечо на Миллера. Страшно от того, что могу там увидеть. Мужественное выражение его лица и горящие голубые глаза скучающе смотрят на Карла. Такой взгляд меня вообще не успокаивает.
— Предпочитаю только лучшее, — четко произносит Миллер, упорно глядя перед собой.
Медленно моргаю и судорожно вздыхаю. Дрожащей рукой снова возвращаю бокал к губам. В последнее время я попадала в несколько неприятных ситуаций. Но прямо сейчас самая «лучшая» из них.
— Только лучшее для такого Особенного человека, да? — хитро улыбается Карл, наливая алкоголь в стакан.
Вино попадает не в то горло. Спешу поставить бокал прежде, чем выроню его. Он играет в опасную игру и знает об этом. Грудь Миллера тяжело вздымается, касается моей спины и разносит по моему телу дрожь. Я могу точно сказать, что он может взорваться в любой момент.
Карл поднимает стакан с напитком вместо того, чтобы поставить его на стойку перед Миллером, а потом покачивает его… дразня. Слегка вздрагиваю, когда Миллер поднимает руку вверх и выхватывает бокал у Карла. Китинг ухмыляется подобно злобному зверю. Ему явно нравится испытывать острые ощущения, задевая Миллера. Я чувствую это. Миллер выпивает спиртное одним глотком, а затем разбивает стакан. Его губы растягиваются в легкой ухмылке, взгляд все это время прикован к Карлу. У меня кружится голова от напряжения между двумя мужчинами.
 
— Мистер Андерсон готов принять вас в своем офисе. Он скоро подойдет.
Карл не успевает договорить, а Миллер уже хватает меня за шею, ставит на ноги и уводит прочь. Я не успела допить вино, которое мне так необходимо сейчас. От Миллера исходят мощные волны гнева. Я нервничаю от нахождения в этом месте. Плохие эмоции не идут на пользу. Стук каблуков по полу отзываются у меня в голове. Кажется, будто стены вокруг сжимаются.
А затем я вижу дверь. В последний раз я бежала прочь от нее. Затейливая дверная ручка так и тянет к себе, зазывает войти внутрь, указывает путь. Настенные светильники выглядят все более тусклыми. Легкое жужжание шикарного клуба трансформируется в тихий гул позади меня. Мой бедный разум захвачен болезненными воспоминаниями.
Глаза словно приклеились к ручке. Ладонь Миллера возникает передо мной и опускает ее вниз, открывая дверь. Он достаточно сильно толкает меня вперед. Не думала, что увижу эту комнату снова. Но прежде чем осознаю происходящее, слышу звук закрывающейся двери. Миллер поворачивает меня и притягивает к себе. Судорожно выдыхаю от неожиданности. От шока я даже шатаюсь. Поцелуй Миллера голодный и торопливый, но я с радостью принимаю его. Благодаря нему мне не приходится рассматривать комнату, напоминающую о плохом.
Мы сталкиваемся ртами, словно поглощая друг драга. Он переключается на мою шею, щеки, плечо, а потом возвращается к губам.
— Хочу взять тебя здесь, — рычит он, отступая и призывая меня двигаться назад.
Я пячусь, пока не упираюсь ногами в твердую древесину.
— Хочу трахнуть тебя в этой комнате, заставить кричать от восторга и кончить на мой член.
Миллер поднимает меня и усаживает на стоящий позади стол. Задирая платье до талии, он продолжает атаковать мой рот. Я понимаю, что он делает. Но мне вообще наплевать. Только таким способом я могу набраться сил.
— Сделай это. — Я задыхаюсь, протягиваю руку и дергаю его за волосы. Миллер рычит, расстегивая ремень и спуская брюки. Затем он возвращает руки ко мне и разводит мои ноги в стороны. Наш поцелуй прерывается, я смотрю на его пах. Его член нетерпеливо дергается, призывая меня дотронуться.
— Двигайся вперед, — хрипло приказывает он. Одной рукой хватает меня за задницу и притягивает к себе, второй медленно проводит по своему возрастающему возбуждению. — Ну же, иди ко мне, детка.
Подвигаюсь немного, опираясь ладонями на стол. Мой взгляд направлен только на него, на его идеальное лицо. Не хочу видеть окружающую обстановку, напоминать себе о том, где нахожусь. Влажная головка его члена скользит по моим половым губам, отчего я шиплю и напрягаюсь. Мне нужны силы, чтобы держать глаза открытыми, но они заканчиваются. Он выводит круги кончиком своей эрекции, дразня меня. Миллер не входит внутрь, используя знакомую дразнящую тактику, будто забыв о срочности.
— Миллер! — возмущаюсь, сжимая челюсть.
— Хочешь, чтобы я вошел в тебя, Оливия? — Он переводит взгляд от своего паха к моему раскрасневшемуся лицу. — Хочешь?
— Да. — Обвиваю ногами его талию, притягивая к себе. — Да! — задыхаясь от проникновения, выкрикиваю я.
— О, блядь! Ливи! — Он покидает мое тело, пристально наблюдая за движением.
Сжав челюсти, он смотрит на меня и не двигается. Его голубые глаза заметно потемнели. Миллер крепко держит мои бедра… подготавливая. Я жду, удерживая его взгляд до тех пор, пока все еще скрытый костюмом торс не приближается ко мне и наши носы почти не соприкасаются. Миллер продолжает удерживать равновесие, внутри меня только головка. Я не шевелюсь. Остаюсь спокойной и терпеливой, изучая его лицо и тяжело дыша. Ужасно хочется двигаться, но я позволяю Миллеру вести, зная, что он нуждается именно в этом.