Зона сдвига (СИ)

Закончив с этим я двинулся дальше, вверх по склону, но вдруг остановился, решив позволить себе маленькую прихоть.
На груди у меня на прочной нити висел медальон подаренный Танго в первые дни. Это был простой медальон, совсем не оберег и, думаю, японец не стал бы сильно обижаться на меня за то, что я собирался сделать сейчас.
Я снял медальон с нити и засунул его в рюкзак до лучших времен. Затем вернулся к телам, на которые уже успели слететься падальщики. После некоторых усилий мне удалось выковырнуть по зубу у каждого из убитых мной врагов. Очень аккуратно, чтобы не прожечь себе пальцы я винтовкой сделал в каждом из них отверстие, в которое затем продел нашейную нить.
Медальон подаренный Танго был неплох, но новое ожерелье мне нравилось больше.
* * *
Тропа стала почти прямой и довольно резко взяла вверх к «седлу» между двумя вершинами. Где то там и должно было быть обиталище Отоа…
Если оно там есть.
Если он вообще жив — десять лет неизвестности большой срок чтобы произойти любым переменам.
Когда я поднялся до верхней точки «седла» меня ждал сюрприз.
Весьма неприятный — впереди прямо передо мной тропа прерывалась глубоким разломом. Мост через этот разлом здесь тоже был.
Подъемный. И он был поднят на другой стороне разлома.
Вот так.
Этого я не ожидал. Тропинка за мостом продолжала виться дальше и ничего похожего на чье-либо жилье там впереди заметно не было. Признаться, к такому варианту я не был готов. Путь вперёд был закрыт, но и возвращаться не хотелось — никогда не любил проигрывать.
Попытался кричать прикладывая руки к лицу рупором. Потом ждал, тщетно вглядываясь не появится ли кто-то на тропе с той стороны моста.
Потом снова кричал.
И снова ждал.
И так несколько раз пока не почувствовал что охрип. Появились опасения, что на мой зов придут те, кого я не ждал и я замолчал.
Потом внимательно изучил карту в навигаторе — обходных путей не было. Если конечно не пытаться пробраться через горные вершины, но для этого у меня не было ни навыка, ни оснащения.
Между тем стемнело. Ситуация была сложной — возвращаться в темноте было чревато — вероятность заметить опасных врагов увеличивалась многократно.
Оставаться здесь на ночевку было еще более опасным мероприятием, но так, по крайней мере, у меня был шанс завтра найти какой-нибудь способ преодолеть разлом.
У меня была палатка, но скалы которые тёмными тенями вздымались вокруг не позволяли её нигде поставить. А установить прямо на тропе её хоть и было физически возможно — тропа здесь была достаточно широкой — но могло закончиться плохо.
Опасность представляли не только дроман и адзири, но и волки, которые по рассказам здесь, на острове, были очень злыми. Из всех зол выбирают меньшее — я решил прямо на тропе развести костер и провести ночь без сна. Не слишком уверен что это было меньшим злом, но мысль о костре немного успокаивала.
Проблема состояла в том, что нужно было набрать хвороста в достаточном количестве. Луна сегодня выдалась почти полной и очень яркой — было жутковато и везде мерещились силуэты, но через несколько минут я, увлекшись сбором валежника, которого вдоль тропы оказалось в достатке, уже забыл об опасности.
То, что здесь по склонам росло довольно много деревьев и тропа была тем местом куда по склону сползали сухие мертвые ветки было настоящей удачей. Уже через полчаса мой костер горел, а чуть в стороне лежала большая куча запасов топлива.
Постарался сесть так, чтобы заметить опасность издалека — спиной к провалу и мосту и лицом к костру и тропе откуда я пришел. Так я мог заметить угрозу метров за что от себя. Оставался правда вопрос что я буду делать после того как её замечу.
Впрочем, в винтовке ждало своего часа около половины боезапаса и я мог его не жалея и особо не целясь выпустить в любого непрошеного гостя.
Лишь бы не заснуть.
Костер необходимо было поддерживать на минимальном уровне — только для того, чтобы он освещал округу и давал немного тепла — ночь была летней и довольно теплой.
 
Примерно через десять минут после того костер загорелся раздался вой волков и я готов был поклясться что раздается он за моей спиной. Вой был жутким, но поскольку между теми, кто издавал эти звуки и мной был поднятый мост можно было не волноваться. Вой быстро стих и я сосредоточился на наблюдении за тропой. Прошло полчаса когда мне вдруг показалось что к треску костра добавился еще какой-то звук. Я прислушался. Шаги?
— Эй, ты кто? — у меня за спиной, на той стороне провала стоял старик в странной кожаной одежде, сшитой, очевидно, своими руками, но очень умело. По всей логике это мог быть только Отоа и я дико обрадовался — после долгой изнуряющей дороги и всех событий сегодняшнего дня и тело и мозг требовали отдыха и я обоснованно боялся, что незаметно усну. А это гарантировано означало гибель в случае если кто-то наткнётся на меня.
— Я от доктора Дайсона, — ответил я, очень сильно надеясь, что это имя ему что-то скажет.
Ответа не последовало, но мост поехал вниз. Как только опоры его прочно легли на выровненную в этом месте поверхность скалы старик махнул мне рукой, очевидно приглашая на ту сторону.
Уже подобрал рюкзак с земли и сделав пару шагов неожиданно услышал витиеватое ругательство, направленное явно в мой адрес.
Точно.
Костер! Я забыл потушить его. Пришлось вылить весь мой запас воды и еще и помочиться на кострище.
Старик терпеливо ждал на той стороне. Когда я приблизился он, исподлобья, хмуро, осмотрел меня с ног до головы.
Недобрый тип.
Был ли он таким изначально или одинокая жизнь изменила — неизвестно. Я тоже смог его разглядеть — белые как пепел волосы и неестественно черная борода. Было очень похоже что он её красил… вот только зачем? Бессмысленное занятие для отшельника.
Лет семьдесят наверное, но высокий и очень крепкий — мускулы стальными канатами ходили под кожей при каждом его движении. Закончив разглядывать меня он вдруг сказал:
— Я тоже могу поссать если нужно, — и… неожиданно улыбнулся.
Перемена была такой разительной, что я не удержался и рассмеялся. Старик протянул руку и дотронулся до моего ожерелья.
— Совсем свежий трофей? — спросил.
Я кивнул. Потом на всякий случай добавил:
— Я постарался замести следы, что бы не подумали на людей.
— Мне всё равно — я черепа этих тварей вывешиваю на столбах. У меня с ними война и пока они терпят сокрушительное поражение — у них уже больше сотни жертв, а у меня ни одной, — он ухмыльнулся, показывая ухоженные зубы.
Мы прошли совсем немного и вскоре нас действительно встретили столбы на каждом из которых висело около десятка прибитых большими железными гвоздями черепа дроман.
Старик театрально с гордостью развел руками как бы предлагая мне обозреть трофеи.
— Висят они тут и, наверное, злятся глядя на меня, но поделать ничего не могут, — он повернулся ко мне: — С ними веселее. Иногда когда мне становится совсем скучно я прихожу и болтаю с ними.
И нельзя было понять говорит ли он это всерьёз или так шутит. Впрочем, он действительно остановился перед одним из черепов и что-то сказал ему на незнакомом мне языке.
Пройдя эти столбы мы оказались на большой ровной поляне в центре которой стояло жилище сделанное частью из камня, частью из дерева. Старик подошел ко входу в дом и наклонившись чем-то щелкнул. Видимо, это был выключатель — рядом сразу же загорелось несколько ярких фонарей.
Неожиданно — я то ожидал что он будет разжигать костер, но оказалось что у него имелся неплохой набор достижений цивилизации.
 
Несколько винтовок — точных копий той, что была у меня в руках стояли под навесом в отверстиях специальной стойки. Здесь же, под навесом, большая кухня, которая состояла не только из большой каменной печи с кучей стальной и глиняной посуды, но и незнакомых электрических приборов.
— Пол притащил мне сотню квадратных метров той ткани из которой шьют рюкзаки, той самой, которая работает как солнечная батарея и у меня нет проблем с энергией, — пояснил хозяин заметив с каким любопытством я рассматриваю всё вокруг.