Деловая лесбиянка (СИ)
— Придётся и ей прокатиться. Свяжи её покрепче, чтобы не пришлось с ней вошкаться, когда придёт в себя. И чтобы я не слышал ни звука!
Очнувшись после внезапного шока, Ванесса попыталась освободиться, но всё завершилось тем, что её связали по рукам и ногам да бесцеремонно швырнули в фургон на кучу старого хлама. Рот Ван был крепко заклеен скотчем, поэтому она не могла издать ничего, лишь возмущённое мычание. Потом бандиты связали Марселу и тоже швырнули в фургон. Двери закрылись, оставив пленниц в кромешной темноте. Фургон резко тронулся с места, толчком откинув Ван к Марселе.
Девушка прижалась к ней, будто ища защиты, одновременно стараясь определить, дышит ли она. Ван с ужасом осознала, насколько права была Фрай, а она была так глупа и самонадеянна, что не поверила ей. Ванессе до сих пор не верилось, что Хулио способен на эдакую подлость. После регаты она не встречалась с итальянцем и думала, что он возвратился в свою страну. Но если старый казанова с таким пренебрежением относится к супруге, то почему он должен уважать кого-то другого? Как ни велико разочарование, придётся всё-таки поверить в предательство друга семьи.
<<Что же с нами сделают>>, — ломала голову Ванесса.
Сначала она решила, что надо запоминать повороты и попытаться определить направление движения. Но фургон никуда не сворачивал, и ей показалось, что их везут прочь из города. К величайшему облегчению, Марсела наконец пошевелилась. Она была без сознания почти полчаса. Глаза Ван успели привыкнуть к темноте, и она придвинулась ближе, чтобы посмотреть в лицо Марселы. Та застонала и вдруг дёрнулась, поняв, что связана. В следующий миг Фрай увидела Ван.
Приподнявшись на локте, она посмотрела на Ван сверху вниз. Даже в темноте та разглядела калейдоскоп эмоций на лице кубинки. Они могли общаться лишь при помощи глаз, поэтому Ванесса постаралась выразить во взгляде всю степень раскаяния в своей беспечности, которая ввергла их в столь плачевное положение. Она не заметила у бандитов оружия, но это не означало, что они не вооружены и не могут в любое мгновение пристрелить пленниц. Кажется, Марсела пришла к такому же выводу. С искажённым от бессильной ярости лицом она откинулась на кучу тряпок и принялась перебирать в уме варианты спасения. Ванесса тоже размышляла над тем, как освободиться.
Можно было попытаться развязать узлы, повернувшись друг к другу спиной. Но как сказать об этом Марселе? Ван поймала её взгляд, потом повернулась и пошевелила пальцами. Фрай сразу поняла мысль девушки. Она подползла поближе к ней, повернулась спиной и попыталась ослабить узел джутовой верёвки. К сожалению, старания Марселы ни к чему не привели.
Узлы были завязаны профессионалами.
Очевидно, Фрай не удалось бы освободить руки Ван, даже если бы она видела, что делает. К тому же тряска мчащегося на большой скорости фургона совсем не помогала. Попытка Ванессы увенчалась таким же успехом, несмотря на то, что её пальцы были маленькими и проворными. Ван сломала несколько длинных, покрытых лаком ногтей, но так ничего и не добилась. Марсела откатилась от Ванессы и принялась бить ногой в двери фургона в надежде, что они откроются.
Вместо этого раскрылось маленькое окошко в стенке, за которой сидел водитель, и послышался хриплый голос бандита:
— Эй, тёлки! Угомонитесь!
Эти слова подействовали на Фрай, как красная тряпка на быка. Она с удвоенной силой продолжила выбивать двери. Бандиты не замедлили с реакцией. Случилось именно то, чего Ван опасалась больше всего: в окошко просунулось дуло пистолета и зловеще блеснуло в лучах заходящего солнца, ненадолго осветившего передвижную темницу.
— Спокойнее, я говорю! — зарычал тот же тип. — Лежите и не шевелитесь!
К счастью, Марсела сочла за благо подчиниться, потому что ничего другого в сложившейся ситуации предпринять было нельзя. Кубинка улеглась на тряпки, только выражение её лица должно было подсказать похитителям, что ещё наступит время, когда они пожалеют о том, что родились. Спустя секунду дуло пистолета исчезло, и окошко закрылось, вновь погрузив пленниц в темноту. Ван села и упёрлась спиной в стенку фургона. Проклятая верёвка уже довольно сильно растёрла руки. Постоянно возвращаясь мыслями к моменту похищения, она спрашивала себя, можно ли было всё предотвратить. Хотя, вероятно, лучше было бы снова подумать о возможностях бегства.
Несомненно, главную роль сыграл тот факт, что Теона была в отпуске и её замещал Майк.
Очевидно, кто-то перехватил звонок шофёру и сказал Майку, чтобы он подал авто к главному входу. Теона никогда не поверила бы в такой приказ, потому что знала — большая машина на старой узкой улице города через минуту создаст пробку. Тот же тип помог похитителям проникнуть в охраняемый гараж.
Выходит, Ванессу предал кто-то из служащих филиала! Эта мысль причинила ей сильную боль. Ужасно было подозревать самых близких людей. Кто же являлся предателем?
Секретарша, референтка? Нет, это невозможно. Кто-то из штатных сотрудников?
Нет, Ван безоговорочно доверяла персоналу.
Скорее всего это была одна из тётушек, а возможно, и обе сразу.
<<Ах, дорогая бабушка, — горько подумала внучка, — зачем ты подпустила их к бизнесу?>>
Тётушек, безусловно, раздражал тот факт, что во главе филиала стоит она, и это недовольство лишь усугублялось взаимным соперничеством. Очевидно, тётушки усмотрели в возможном переходе контрольного пакета акций в чужие руки некий шанс для себя. Может, каждая из них надеялась возвыситься за счёт другой и Ванессы. В чём же заключался весь план?
Скорее всего, противники хотели на время убрать Ванессу, чтобы она не помешала им в решающий миг прибрать к рукам филиал.
Исчезновение главы фирмы можно было объяснить переутомлением или внезапным нервным срывом. Достоверным подтверждением вполне послужила бы огласка происшествия во Флориде, когда Ван тоже отсутствовала в течение пары часов и никто не знал, где её искать. Затем она могла сколько угодно обличать похитителей и обвинять недругов — ей сложно было бы кого-нибудь переубедить. А Хулио тем временем потирал бы руки над контрольным пакетом акций фирмы <<Виктори Груп>>! В фургоне было душно, и Ванессу стала мучить жажда.
<<Сколько ещё они будут нас везти, — спрашивала она себя. — И куда мы направляемся — в Канаду, в Мексику или на Восточное побережье? Эти головорезы могут увезти куда угодно, у них столько времени было на подготовку, а всё моя самоуверенность и доверие этой старой обезьяне — Хулио!>>
Скорее всего, бандиты направляются на восток — там много укромных мест, где можно спрятать пленниц.
<< Похитители не станут удерживать нас долго, — размышляла она, — потому что известие о моём “нервном срыве” вызовет панику, а Хулио невыгодно падение курса акций>>.
Ванесса старалась не думать о том, что их могут убить. Она отказывалась поверить, что Хулио способен на такое… Она изменила неудобное положение и заметила, что Марсела уснула.
<< Как она может спать при таких обстоятельствах? Может, и мне надо попытаться уснуть, — решила Ван, — всё равно больше нечего делать>>…
Она подползла к Фрай и устроилась возле неё.
<<Нужно было прислушаться к её словам раньше, — мрачно напомнила она себе. — Марсела хотела меня защитить, а я не доверяла ей>>.
Однажды кубинка сказала, что иногда следует прислушиваться к собственным инстинктам, но Ванессу всю жизнь учили делать прямо наоборот! Как же научиться жить иначе?
Может, надо вспомнить, о чём она мечтала. В царстве грёз управляют чувства. Там Ванесса не боялась поддаться сладостному искушению пронзительных чёрных глаз. Хотя Ван и не надеялась, но сон всё-таки к ней пришёл. Сильное нервное перенапряжение постепенно исчезало в такт мерному покачиванию фургона. Кошмарная реальность сменилась миром сновидений, где не было ничего невозможного, где становились явью самые смелые мечты…
8
Ванесса открыла глаза и в первую минуту не могла сообразить, где находится. Затем она почувствовала, что руки и ноги её связаны, и всё вспомнила. Фургон стоял, и кто-то снаружи открывал двери. Возле неё проснулась Марсела. Сев, она взглянула на Ван. Несмотря ни на что, та поняла — пока эта особа около неё, ничего не случится. Бандиты коротко о чём-то посовещались, и один из них развязал пленницам ноги. У Ван вспыхнула было надежда на бегство, но тут же потухла, потому что она опять увидела дуло пистолета, направленное не на неё, а на Марселу.